Турецкий дебют (СИ)

— Ваше Императорское Величество, почему Генштаб не в курсе? — воскликнул генерал Извольский, командующий объединённым штабом Империи.
— Карл Карлович, потому что операция эта по сути не военная… — улыбнулся Император, — … а политическая. Армия не должна сделать ни одного выстрела, ваша задача — провести учения у границ Массалы, создавая видимость подготовки к вторжению… которого не будет. Для этого объявите военное положение в Империи соответствующим указом, я подпишу.
Георгий направился к выходу бросив на ходу:
— Остальные члены Совета спокойно занимаются своими делами.
Внезапно он резко развернулся и, глядя на Старикова, поинтересовался:
— Что там с делом Турчаниновых, князь?
Глава Службы безопасности встал и, опустив глаза в стол, негромко ответил:
— Дело движется государь. Ниточки ведут на самый верх и боюсь, что замешан даже кто-то из присутствующих.
Он внезапно поднял голову и быстро обежал взглядом всех сидящих за столом, чтобы оценить реакцию, начав с Сутормина. Но никто не дёрнулся, лишь князь Куракин, глава судебного департамента, наклонившись к соседу, князю Уварову, что-то тихо у того спросил.
— Хорошо, Дмитрий Львович, — сказал Император, — Тогда через два часа жду вас с докладом.
***
Встретив Берендея, все собрались в библиотеке и расположились в креслах вокруг невысокого столика.
— Мда… — произнёс Берендей, — Вы хоть понимаете, что происходит?
Рысь налил всем вина и присел.
— Не томи, Мстислав Игоревич, — устало произнёс он, — Тут не стратеги собрались. И даже местами не тактики.
Папа не торопясь поболтал вино в бокале, понюхал и, удовлетворённый ароматом, отпил.
— А значит это, что нас ждут смутные времена. Впрочем, я давно этого ожидал, да всё как-то надеялся, что мимо меня проскочит, не доживу.
— С чего ты это взял? — Рысь уже не скрывал свой интерес.
— А с того, что братцы Годуновы пытаются прокрутить очень красивую и продуманную операцию по низложению Имперского Совета и возвращению абсолютной монархии.
— Поясни для тупых.
— Не вижу тут тупых, — парировал Берендей, — Ну если только мою непутёвую дочь. Хоть бы оделась нормально к приезду отца.
Мы с Ликой улыбнулись. Я ей посоветовал одеть что-нибудь соответствующее, но она назло одела рваные джинсы и свою старую футболку с принтом "ХиШная, но симпатиШная". Как она мне пояснила, чтобы отец увидел и опечалился, что она влачит "нищенское существование".
— Лика, пойди переоденься, — я легонько пихнул, сидевшую на подлокотнике моего кресла девушку, локтем.
К моему удивлению, она не стала спорить и молча вышла из библиотеки. Ох, не к добру такое смирение, не к добру.
— Вся армия стянута к границам и будет там ещё какое-то время. Это минус один из членов Совета со своими силами.
— Извольский, — кивнул Рысь, — Но остальные-то силовики остаются в столице.
— А теперь посчитаем, Линки. Сутормин, со свои ИСО, не в счёт. У него только несколько силовых групп, он, по сути, охранник и следователь. Генерал Игошин всегда был предан Императору, так что полиция, — самое многочисленное формирование, — пойдёт за Годуновыми. Сутормин тоже не обладает достаточными силами.
— Так их и у Императора нет, — усмехнулся Рысь.
— Вот теперь я вижу, что ты не тактик. Ты забыл о "тенях".
— Чёрт! Совсем забыл, что они напрямую подчиняются Георгию!
— И они уже получили приказ собираться возле столицы. Мог бы поинтересоваться у Кузьмы. У меня несколько бывших спецназёров работают, от них и узнал.
— Кузьма никогда бы мне не сказал.
— Не умеешь ты с людьми работать, Линки. Мне же сказали. Причём, не один.
— Снимаю шляпу, Мстислав Игоревич, — Рысь привстал с кресла, кивнул головой и плюхнулся обратно, — На какое число им вызов пришёл?
— А вот тут неувязочка, которую я пока понять не могу. На разные числа и в разные места. Ну пока у нас время есть, так что будем думать. Кстати… — тут Берендей сделал многозначительную паузу, — Со мной пытается связаться Мишка Отрепьев, и я так думаю — на предмет помощи криминала Императору. Вот и думаю, что делать…
 
Немного помолчав, он продолжил:
— С одной стороны — нам и при Совете неплохо живётся. Всё давно поделено и всё всех устраивает. Неизвестно, как Император начнёт гайки заворачивать, пытаясь укрепить свою власть. С другой стороны — мы, вроде как, поможем, и вправе ожидать каких-либо преференций и послаблений. Поэтому я пока выжидаю, нужны твёрдые гарантии, иначе нас передавят, как клопов.
— В чём проблема, Берендей? — спросил его Рысь, — Давай, я с ним встречусь и узнаю условия.
— М-м-м… Я уже думал об этом, но мы с тобой вроде бы в паритете, и просить о новой услуге не хотелось.
— Договоримся. А пока расскажи, что там с документами Сутормина?
— Мне перевели то письмо, о котором ты просил, — Берендей достал из внутреннего кармана пиджака листок и протянул его Рыси, — Интересная вещица и многое объясняет.
Тот развернул бумагу и быстро пробежал её глазами. После чего задумчиво уставился на меня.
— Чего? — не понял я.
— Это письмо твоего деда Хасана Осман-паше, где он клянётся в верности Массале.
Твою ж мать… Приплыли.
Зашедшая в библиотеку Лика застала немую сцену. Рысь и её отец смотрели на меня, а я сидел и хватал ртом воздух, не в силах вымолвить ни слова.
— Что? Папа так много денег дал на ремонт? — как ни в чём ни бывало поинтересовалась девушка.
— Не-е-ет, от твоей красоты что-то в груди оборвалось, — просипел я.
Лика… Какая, к чертям, Лика? Анжелика! Она была великолепна. И если к её голосу я уже привык, то к тому, как она выглядит, когда ей этого очень надо, привыкнуть так и не смог. По причине того, что в таком образе я увидел её всего лишь второй раз. Ей бы принцессой родиться. В голове мигом промелькнули все мои бывшие девушки, и я понял одну вещь. Все они были… полным фуфлом. По-другому и не скажешь. Нет, ну в темноте и наготе они практически одинаковы, но так подать себя смогла только Анжелика.
Кажется, я попал со всех сторон. Из ступора меня вывел Берендей:
— Теперь понял, почему я недоволен, когда она в какие-то обноски наряжается?
— Вы мне зубы не заговаривайте, — девушка села прямо напротив меня и боком к остальным.
Я же знал, что она что-то замыслила ещё когда уходила. Её платье было слегка ниже колен, но когда она садилась, то самую малость поддёрнула его вверх. И села чуть раздвинув ноги. Мой мозг отключился моментально. Но рефлексы-то остались.
Хлопок!
Прыжок на пять минут назад 
Чёрт, чёрт, чёрт! За что мне всё это?
— С тобой всё нормально, Кирилл? — улыбаясь спросил Рысь.
Ах ты гад, опять со мной прыгнул. Как же ты это делаешь? Молчит, зараза, и только улыбается. Эта его способность не давала мне покоя всё время, а он на все мои вопросы отвечал, что это не для моего разумения.
— Мне перевели то письмо, о котором ты просил, — Берендей достал из внутреннего кармана пиджака листок и протянул его Рыси.
— Это случайно не письмо моего деда к Осман-паше? — поинтересовался я у Папы.
Тот застыл в полуприседе над креслом, а ухмыляющийся Рысь даже не подумал приподняться навстречу. Берендей, видя, что тот не торопится брать бумагу, плюхнулся обратно.
— Прыгнул? — тут же спросил он.
Быстро соображает. Очень быстро. Потому и выбился на самый верх.
— Да, пришлось. Сейчас Лика придёт, а я не хочу второй раз умереть от её красоты. Давайте я с вами поменяюсь местами, а то ведь напротив меня сядет, и голову будет некуда повернуть.
Берендей коротко хохотнул, но мою просьбу исполнил. Ну, хитрая Лиса, теперь можешь заходить.
Второе пришествие красавицы я выдержал уже спокойнее. А вот ей пришлось обломиться с местом для своего сюрприза. Вздохнув, она скромно села напротив Берендея, плотно сжав ноги. Все замолчали, не зная о чём говорить при девушке, все темы были не для её ушей.