Бар «Пьяная утка» (СИ)

Только сейчас обращаю внимание на то, что вывеска действительно очень красивая. Яркий бирюзовый неон с отблесками сиреневого ярко горит на черном фоне, освещая небольшой участок тротуара. Складывается впечатление, что здесь не просто «Презервативная», а целый секс-шоп. Даже не сомневаюсь, что Лидка способна и на такое, если её вовремя не остановить. Неуемное желание подруги склонить всех к тому, «что естественно, то не постыдно», иногда доводит до ужаса, но, в принципе, с этим можно жить, если не обращать внимания.
— Идем? Мне не терпится посмотреть, — он потирает ладони друг о друга, а меня это несколько пугает.
— Что конкретно?
— Магазин.
— Ну, магазином это сложно назвать, — жму плечами и внутренне расслабляюсь. Меня радует тот факт, что его интересует магазин, а не причина, по которой я притащила его сюда.
— А что это? — брови нахмурены, и он не совсем понимает, о чем речь.
Боже, храни Королеву!
То есть, нет, Боже, помоги мне!
— Это шоу-рум, как модно говорить. Ну, знаешь…
— Я в курсе, что такое шоу-рум. Только не говори мне, что там идет показ резинок? — его лицо в следующую секунду вытянулось как-то слишком неестественно.
— Что? Нет! Боже, ты рехнулся? — опасаясь того, что моя голова отвалится по причине того, как я усердно отрицаю его фантазии, хватаю за руку и тащу к двери. — Пошли уже! Это, знаешь, как оторвать пластырь, просто переступи порог и всё.
— Ощущение, что ты сама себя уговариваешь это сделать, — он едва успевает за мной, пока я пру к двери, и заливисто смеется. — И ассоциация с пластырем здесь совсем неуместна.
— Дем, мне итак сложно. Прошу тебя, ради всего святого и того, что между нами было, поддержи меня!
— А между нами уже что-то было? — его сексуальный и нахальный рот снова растягивается в широкой улыбке, и одна бровь игриво дергается вверх.
— Конечно. К тебе прилепился статус рыцаря. Ты уже неоднократно спасал меня.
— И скоро начну просить оплату.
— Меркантильный засранец! — говорю в ответ, когда мы заходим в помещение.
— Неразборчивая грубиянка! — выдает в ответ, а я даже замираю, распахнув глаза от удивления, услышав это в ответ.
— Полька! — слышу голос подруги из глубины зала. — Ты вернулась! — быстрой походкой от бедра Лидка направляется к нам.
Взгляд Демьяна оценивающе ползет вверх по её фигурке. Было бы странно, если он не заценил, и с этим я, пожалуй, согласна. Но где-то глубоко внутри всё равно чувствую маленький укол ревности.
К черту!
Отметаю эту мысль и переключаюсь на Лидку.
— А почему я должна была не вернуться? — но говорить с ней сейчас, это словно кричать в ухо глухому.
Подруга таращилась на Демьяна, как на редкую зверюшку в зоопарке.
— Вина? — и её хватает только на это.
— Лучше пива, если есть, — кивает он и улыбается в ответ.
Лидка исчезает, а я снова поворачиваюсь к парню.
— Твоя подруга окаменела, надеюсь, от того, что я чертовски обворожительный.
— Да, скорее всего её обворожила твоя серьга в ухе или в брови, или бесконечные татуировки на теле.
— Я в куртке, — поправляет он, а на лице уже написано, что он поймал меня. — Ты рассказывала ей про меня, не так ли? — он подходит ближе. — И что же ты ей говорила?
— Еще шаг и ты обязан будешь жениться на мне! — бросаю и замечаю справа Белова с подругой. Заливаюсь громким наигранным смехом и льну к Демьяну.
Парень сразу соображает в чем дело и собственнически обхватывает мою талию, прижав к себе непозволительно сильно. Поворачивается и взглядом находит того, кто сдвинул мой мозг, изменив поведение с нормального, на психически неустойчивое.
— Перестань вести, как собачонка, — тихо говорит он, склоняясь к моему уху.
— Какая собачонка? — в недоумении поднимаю голову, и наши лица оказываются так близко, что у меня перехватывает дыхание.
— Которая ссытся каждый раз, как видит хозяина, — на его губах сверкает едва заметная ухмылка, а мне становится нестерпимо жарко.
Белов подходит к нам вместе с девушкой и бросает в Демьяна заинтересованный взгляд. Два бульдога на арене. Во взгляде Никиты ясно читается раздражение и недовольство.
 
— Поля, ты с другом? — последнюю пару слов он добавляет с легким тягучим оттенком ревности, что не ускользает от его девушки. И всё это выглядит так по-детски, что я не смогу сдержать улыбку и прячу её в грудь Дема, повернувшись.
— Простите, она у меня такая эмоциональная и одновременно стеснительная, — веселится этот болван, прижав мою голову к себе сильнее. — Нас не представили. Демьян! — и он протягивает руку Никите. А я чувствую, что начинаю задыхаться. Демьян придерживает голову, а у меня свербит в носу от его туалетной воды, хотя не скрою, пахнет он чертовски вкусно. Не удержавшись громко и со вкусом чихаю, оставив на его серой футболке след от слюны.
— Ох, чееееерт, — и меня эта выходка безумно веселит.
Демьян смотрит на слюни или сопли, или всё вместе, поднимает на меня удивленный взгляд и говорит:
— Будь здорова, милая, — и весело подмигивает.
— Никита, — Белов жмет его руку в ответ.
А потом к нам подходит Лидка с парой бутылок пива для меня и моего сопровождающего. Белов держит в руке бокал с шампанским, как и его дама сердца. Справа появляется ещё и Герман. Твою мать, весь цирк в сборе! Не хватает только экскаватора-Лешки.
Мы смотрим друг на друга, и я понимаю, что либо надо прервать затянувшееся молчание, либо заглохнуть навеки вечные.
— А это… — начинает брат, ткнув бутылкой пива в Демьяна, но я успеваю перебить его, пока носитель одной со мной ДНК не сморозил очередную пошлую шуточку.
— Это Демьян! Дем, это мой старший брат Герман, — и они тоже жмут друг другу руки. А мне вдруг приходит мысль в голову, что было бы классно, если бы Герман сменил одного друга на другого. Никиту на Демьяна. Они с ним практически одного роста и одной комплекции. Правда, мой брат не покрыт татуировками с головы до ног, у него нет туннеля в ухе, и не проколота бровь, а еще…
— Забавные усики, чувак! — и все-таки где-то моему брату явно недодали генов, потому что стоит ему только открыть рот, как вечно вырывается какая-то похабная шуточка.
— О, слышал бы ты отзывы девчонок! — многозначительно кивает Дем, чем явно обескураживает Германа.
Один ноль! Так то! Татуированный просто всухую уделывает братца.
— А ты мне нравишься, — брат прищуривается и кивает моему новому знакомому. А я выдыхаю. Слава богу! Если Герман одобрил, значит, не всё так страшно. Хотя…
— Я нравлюсь всем, чувак! — Демьян отбивает и широко улыбается. — Ну, что, моя Котлетка, идем? Хочу посмотреть, куда мы меня пригласила, — он наклоняется ко мне и смачно целует в лоб. Делает пару шагов вперед, утягивая меня за собой.
— Котлетка? Да ты издеваешься? — ворчу громко, когда мы отходим на приличное расстояние. — Я, по-твоему, очень похожа на котлетку? — пытаюсь высвободиться из стальных объятий, но сделать это не так легко.
— Они всё ещё смотрят, — шепчет он ласково, притворяясь, что у нас детская перепалка, и прижимает к себе ещё сильнее, обхватив двумя руками. — Кажется, мы их немного шокировали, — парень широко расставляет ноги, чтобы удержать меня лицом к себе, пока я в бесполезных попытках дергаюсь в его руках.
Обратив внимание на компанию, которую мы оставили неподалеку, радушно улыбаюсь и даже театрально вздыхаю, изображая искреннюю и всеобъемлющую любовь к этому полудурку.
— Отпусти меня, — шиплю, практически не шевеля растянутыми в «радостном» оскале, губами.
— Не хочу, — так же шипит он, и я вроде бы слышу смешок.
— Почему? — со стороны мы напоминали странных людей с перекошенными ртами.
 
— Мне тепло и уютно, я не хочу расставаться с этим ощущением.
— А придется.
— Не думаю.
Незаметно щипаю его под ребра.
— Ауч! — вскрикивает парень, и хватка слабеет.
— Ты слишком вжился в роль, — поправляю свой наряд и волосы.
— Ты слишком нежная.