Понять, простить, полюбить (СИ)
- Давай, садись, — сказал Арлинн, подавая брату свой платок, что бы вытереть руки и лицо, но тот его возвращать не стал, младший уже хотел сказать: — «Оставь себе, тебе нужнее!», но старший брат удивил. Он разложил платок на столе, сорвал с шеи какую-то грязную, тонкую тряпку, на которой висел завернутый примерно в такую же тряпку сверток. Положил на платок, завернул, и протянул брату.
- Возьми, Это тебе. Я боюсь, не сохраню!
Арлинн с любопытством развернул платок, потом тряпку, сверкнуло золото. На его ладони лежал небольшой медальон с отломанной петлей от цепочки.
- Цепочку пришлось отдать вот за это, — брат вытянул ногу, обутую в старый опорок, — Без обуви я бы точно загнулся, а на кандалы сапог не оденешь. Арлинн с оторопью смотрел на голую щиколотку брата, охваченную железным браслетом.
- А носки, почему не попросил носки? Ты же босой, в таком холоде! Где твой сюртук? — Еще за носки потребовали весь медальон, я побоялся повредить портрет. Соврал, что эта вещь зачарована на меня и чужому оторвет пальцы. Испугались. А на сюртуке было слишком много золота. Мне же не дали переодеться, а Вука с вещами не пропустили.
- Ты почему отцу не написал?
- Кто бы мне дал, и потом я же не знал, может это его распоряжение.
- То есть ты почти год здесь в одной рубашке⁇
- Хорошо, хоть в рубашке. Ладно, давай есть, тут так все пахнет, что я сейчас слюной захлебнусь!
Арлинн подскочил, дал шепотом приказ одному из стражников, и взялся за черпак. Налил себе и брату по тарелке наваристого куриного супа. Первые минуты ели молча. Арлинн не решился отрывать разговорами голодного брата от еды. Наконец, суп был съеден.
- Тебе повторить, или будешь мясо? Тут есть седло барашка и тушеный кролик.
- Если честно, то я и так съел больше, чем положено после голодания, но отломи ножку кролика, пососу, составлю тебе компанию.
- Вино будешь?
- Нет, сразу свалюсь, а поговорить хочется. Может, больше не удастся!
- Ты мне честно ответь, ты всю эту авантюру затеял из-за нее, — Арлинн кивнул на миниатюру в медальоне.
- Да, — кивнул брат, — только не удалось. Главари, как всегда, ушли.
- Зато как ушли! Зайцами прыгали по площади в обоср…. ных сутанах, принеслись в кабинет к отцу, запах! Сплошное благовоние! Под стать их мерзкой сущности. Теперь долго не отмоются!
- Но все равно, живы! Ты только не влезай в месть. Ты ее почти не помнишь, а из нас кто-то должен остаться, ради королевства!
- Но ты то влез!
- Я перед ней виноват. Если бы не я, то она никогда не дала бы показаний против себя!
- Это как так?
- Отец не рассказывал, откуда у меня эти шрамы и почему я считаюсь инвалидом?
- Нет, никогда.
- Так вот, эти добрые пастыри схватили меня и приволокли в подземелье, где ее допрашивали. Тебя отец сумел спрятать. Не сердись на него, он тогда только пятнадцать дней, как принял престол после деда. Ни сторонников, ни друзей поблизости. И куча недоброжелателей во главе с двоюродным дядюшкой, который весь процесс и затеял. Отцу бы деда-князя позвать, но он растерялся, боялся, что тогда его вообще не примут. Так вот, меня приволокли, я маму увидел, к ней броситься хотел, но меня приковали между двух железных столбов, сорвали рубашку, и раскаленным железом по спине, крест накрест! Я так орал, голос сорвал, очнулся на руках у отца. Он и рассказал, что мама в обмен на то, что меня отпустят, созналась во всем, в чем ее обвиняют! Знал бы, может смог бы сдержаться, не заорать! Может, ничего бы не было!
- Перестань терзаться, добились бы они своего, за меня бы взялись! Они, все, что угодно могли бы! Слушай, а о дядюшке что-то ничего не слышно. Это ты и его тоже?
- Тоже, вместе с троюродным братцем, связал спина к спине и утопил.
- В море?
- Вот еще, стану я таким дерьмом море поганить! В отхожей яме для слуг, в их загородном дворце утопил. Если хочешь, скажи тетушке, где ее муж! Любящие слуги сортир восстановили и так и продолжают гадить на хозяина. А могли бы и вытащить. Значит, заслужил!
- Вот и пусть гадят! Так что все, которых ты…
- Все, которых я! Я же дело, которое вы с Вуком из архива инквизиции выкрали, все изучил, списки составил. Кто доносил, кто лжесвидетельствовал, кто приговор подписал. Нет в моем списке невиновных. Вот только главные герои ускользнули. Там еще какая-то мелочь осталась, черт с ней. И знаешь, что поразило, большая часть священников, подписавшая приговор его даже не читала! Просто подписали за компанию с другими, потому что «инквизиция всегда права», и так далее! Честно скажу, я разуверился в роде человеческом! Ладно, давай о делах насущных. Ты знаешь, что со мной решили? Только честно. Всегда лучше знать правду. Когда, что и как? Это свидание отец разрешил потому, что уже приговор вынесли? Когда меня? — Арриан сделал знак рукой поперек горла.
- Арр, честное слово, приговора не было и не будет.
- Как так! Такой злодей! Как церковь откажется от показательной экзекуции?
- Вот так. Во-первых, они перенесли свое пребывание в Ализанну, Здесь им жизни не было. Представляешь, крестный ход, все важные, а в толпе то тут, то там, смешки! Это горожане вспомнили пробежку с благодатью. Пришли к отцу, у того насморк, он сидит с платком у носа, а им кажется, что намекает на запашок, что они с собой принесли. Взяли и наказали нас, убрались в Ализанну. Отец кучу психиатров привел, показал им материалы следствия, там, где о тебе было, те посовещались и решили, что ты во время своих деяний был не в своем уме, короче, свихнулся. А сумасшедших не судят и не казнят, их лечат! Сейчас формальности утрясают, как все оформят, переедешь в замок Нуаре, титула тебя, конечно, лишат, не может псих кронпринцем быть, будешь герцогом Нуаре. А там посмотрим, может, как говорят врачи, в ремиссию войдешь!
- Да, огорошил ты меня, из главного злодея — в психи! Ладно, мне все равно немного осталось, хоть поживу напоследок нормально!
- Поживешь! Там дед что-то нашел про твою проблему, только отец пока против. Свяжись с ним, как выйдешь. Может, зря отец возражает! Ты мне список составь, что ты хочешь в замке иметь, какой штат, какие комнаты. Я пока посмотрю, герцогство Нуаре давно выморочным было. Так что к твоему возвращению все устроим, хорошо?
- Договорились, только ты распорядись, что бы бумагу мне дали и карандаш, в то в голове все не удержишь. Только так распорядись, что бы проняло!
- Понял, проймет! Давай, брат, до встречи на свободе!
Глава 3
Весь вечер Мейлина думала о своей новой работе. Ей нисколько не претило доносить на работодателя, учитывая, кем он был и ее к нему отношение. Главное, не выдать свои настоящие чувства, всю ту ненависть, что сжигала ее изнутри. Хорошо устроился! Уничтожил более сотни человек, вся вина которых была только в том, что они служили Богу! Да еще так зверски! За что он приказал повесить отца, даже не переговорив! А мать? Она вообще только вступилась за мужа! Ничего, она не даст негодяю отсидеться за папенькиной спиной. Выведет на чистую воду и его, и продажных психиатров. С таким героическим настроением девушка наняла извозчика и поехала в замок Нуаре, пустовавший после смерти последнего герцога, не оставившего наследников мужского рода. Сейчас там доживала свой век его старшая дочь, посвятившая свою жизнь отцу. Но ни на содержание замка, ни на ремонт, денег у нее не было. Стивен сообщил девушке, что «сердобольный» новый герцог решил оставить ее в качестве экономки. Облагодетельствовал! Хозяйку в экономки! Вообще, Стивен произвел на нее очень благоприятное впечатление. Часть ее ночных дум было посвящено именно ему. Воспитанный, хорошего происхождения молодой человек, фактически ее спас от нищеты. Да еще предложил ненавязчиво поухаживать за ней, что бы частые контакты не привлекли внимания. А так: ухаживает за девушкой, она не склонна поддаваться его чарам, вот он и ищет любой повод с ней увидеться, завоевать ее внимание. Ей это было приятно, хотя она понимала, что это просто игра. Только для выполнения задачи. И он и она на службе. Цель — разоблачение группы негодяев, которые могут навредить королевству. И они свою задачу выполнят! А вот потом… но так далеко она почти не заглядывала.