Всадник на бледном коне (СИ)
Я задумчиво потер подбородок, представил наиболее очевидные следствия столь своеобразного статуса и решил, что мне катастрофически не хватает информации:
— Мне кажется, что мы начали беседу не с той темы. Давайте отложим разговор о формате прыжков и поговорим о достигнутых договоренностях.
Джеральд развел руками — мол, почему бы и нет? — и перешел к делу:
— В настоящее время отношения между нашими государствами можно назвать неплохими. Само собой, мы воюем на экономических фронтах, давим свою линию на фронтах политических и регулярно бряцаем оружием, но без особого энтузиазма.
— Ну да, кризис тридцать шестого года вправил мозги даже самым тупым и воинственным идиотам… — прокомментировала Росянка.
Джеральд потемнел взглядом, поиграл желваками и ушел в себя. Но всего на пару мгновений. А потом задвинул куда подальше неприятные воспоминания и утвердительно кивнул:
— Да, урок получился жестковатым, а поколение тех, кто его пережил, еще не уступило свое место молодым да ранним. В общем, мы предпочитаем договариваться. Даже по самым неприятным вопросам. И научились идти на уступки.
Как я понял из последующих объяснений, американцы предложили нашим настолько «вкусные» экономические «аргументы», что решение было найдено чуть ли не бегом — наша четверка получила весьма интересный статус, полную свободу передвижения, волеизъявления, ведения бизнеса и так далее, а обе договаривающиеся стороны клятвенно пообещали друг другу не резать куриц, несущих золотые яйца!
— В общем, теперь вам, как говорят в России, включили зеленый свет! — подытожил АНБ-шник. — Поэтому в кейсе, который я оставил в прихожей, лежат четыре комплекта документов граждан Соединенных Штатов, включая водительские права и лицензию штата на право скрытого ношения оружия, распечатки тех пунктов нашего законодательства, с которыми вам желательно ознакомиться в первую очередь, и десяток пистолетов «Глок» вашей любимой модели…
— Прошу прощения за то, что перебиваю, но зачем нам такой арсенал? — нахмурился я.
— По одному стволу каждому из вас, а остальные — для размещения в доме, на яхте и в машинах… — без тени улыбки объяснил Миллер. После чего огорошил еще одним столь же неожиданным заявлением: — Но и это еще не все. Только за последние сутки возле вашего дома было замечено более трех десятков дронов видеонаблюдения с аппаратурой запрещенных модификаций. Мы выделили вам две базы армейских дронов-перехватчиков, способных в автоматическом режиме обнаруживать, опрашивать и, при необходимости, уничтожать подобную технику, приближающуюся к границе охраняемой зоны. Сами базы, дроны и специалист, способный интегрировать все это добро в систему «Умный Дом» и в бортовой компьютер вашей яхты, прибудут тогда, когда вам будет удобно. И… маячков или «закладок» можете не бояться — мы рассчитываем на взаимовыгодное, а главное, долговременное сотрудничество, так что не собираемся терять лицо из-за ерунды.
К моему удивлению, искренность последнего заявления подтвердила «Система». И пусть содержимое зеленой сферы в объеме не подросло, сам факт того, что она «подмигнула», заставил меня сделать шаг навстречу:
— Что ж, я оценил продемонстрированный посыл, поэтому давайте сделаем так. Вы организуете доставку на аэродром нескольких бойцов ваших спецподразделений. Естественно, толковых, не зашоренных и готовых стать публичным лицом, а мы постараемся познакомить с ними своих фанатов…
…Толпа не очень юных парашютистов обнаружилась возле ресторана итальянской кухни «Clгb Porto Cervo». Элизабет и большая часть мужской половины их компании усиленно размахивали руками, а Лоуренс, ревниво наблюдавший за тем, как я веду яхту по марине Фишер Айленда, дотерпел до конца швартовки. Зато потом показал мне сразу два больших пальца и заявил, что мы с ним то ли два сапога пара, то ли одного поля ягоды. Естественно, в английском варианте этого выражения. Я, в общем-то, не возражал. И даже воспользовался этим заявлением для того, чтобы «не услышать» вопрос его благоверной. Однако мисс Форд оказалась на редкость упертой особой и не поленилось прервать завязавшуюся беседу о преимуществе моторных яхт перед их парусными аналогами болезненным щипком за правый бок:
— Дэнни, может, хватит над нами издеваться?
— Когда это я над вами издевался? — притворно удивился я, отводя «Таргу» от причала.
— Вчера! Весь вечер!!! — возмущенно протараторила она. — Я раз десять спрашивала, куда ты собираешься нас везти, а ты так и не ответил!
— Может, я хотел сделать приятный сюрприз? — улыбнулся я, довольно уверенно повернув направо и чуть-чуть добавив скорости.
— Да я всю ночь умирала от любопытства!
— А выглядишь живой и здоровой…
— Дэнни!!!
Я похлопал ресницами, типа, в упор не понимаю причин недовольства, а потом «посерьезнел»:
— По утверждениям глубоко законспирированных агентов Главного Разведывательного Управления Генерального Штаба Вооруженных Сил Российской Федерации, Фредерик Джонсон, любитель сексуальных женщин с аэродрома Хомстед, смертельно обиженный госпожой Рыжовой, задался целью испортить нам прыжковый день…
— Так, стоп, ты что, подключил к этому делу вашу разведку? — обалдело спросила Линда.
Я развел руками и… получил в печень от Таньки:
— Он издевается! На самом деле вчера вечером к нам заглянул на огонек мистер Джеральд Миллер, сообщил, что, по его сведениям, сегодня на этот аэродром заявятся тысячи фанатов Чумы, и предложил помощь в решении проблемы.
Услышав фамилию АНБ-шника, большая часть «наших» американцев подобралась. Пришлось успокаивать:
— Все нормально. Наши страны договорились, и мы получили двойное гражданство вместе с некоторыми преференциями в обмен на лояльность и небольшую информационное содействие Соединенным Штатам. В общем, прыгать будем вместе с вашими вояками на аэродроме Оушен Риф Клаб.
— Это может быть интересно… — задумчиво пробормотала Линда, вне всякого сомнения, почувствовавшая запах Больших Денег, и расплылась в довольной улыбке. Зато Морвиль помрачнел:
— А с кем именно, уже известно?
Я рассказал все, что знал. И заставил его напрячься еще сильнее:
— Не хочу вас расстраивать, но эти вояки относятся к гражданским лицам, скажем так, без особого пиетета. Так что возможны серьезные проблемы со взаимопониманием.
— Уильям, ты, кажется, забыл, с кем связался! — ухмыльнулась Лерка и приобняла за талию хищно оскалившуюся Ростовцеву. — В нашей компании есть два крупных специалист по решению именно таких проблем! Поверь на слово, «девочки» из ваших спецподразделений этой парочке не соперники…Верить ей на слово Морвиль не захотел. Но разводить панику перестал и ушел на нос яхты. Наслаждаться солнцем, скоростью и красотой океана.
Я тоже наслаждался. Вернее, откровенно балдел. Ведь «Тарга» неслась по кристально чистой воде со скоростью семьдесят четыре километра в час, оставляя за собой пенный след, над нами синело чистое небо, по левому борту виднелись десятки лодок, плывущих к подводному кладбищу «Neptune Memorial Reef», а по правому уползали назад острова Вирджиния Ки и Ки Бискейн!
Когда мы оставили позади маяк мыса Флорида, к главному страдальцу компании присоседились Арчи, Фил и Лиззи. Потом к ним унеслась и Линда с десятком банок колы, позаимствованных в холодильнике. Ларри, балдеющий не столько от моря, сколько от самой яхты, конечно же, занял соседнее сидение. А мои оторвы, покопавшись в памяти акустической системы от «JL Audio», поставила в очередь воспроизведения одну из моих любимейших вещей Дана Барнетта. Мощности встроенных колонок яхты за глаза хватило бы раскачать хороший стадион, так что первый же проигрыш композиции «Boogie Piano Madness » заставил толпу загорающих с интересом оглядеться. А основная часть произведения заулыбаться.
Следующая композиция — «Get lucky» от Daft Punk — тоже пошла на ура. А третья, «Uptown Funk » Марка Ронсона, сорвала с лежаков и погнала в пляс Линду с Лиззи!