Всадник на бледном коне (СИ)
Эта Доулан понравилась мне намного больше «стандартной», поэтому я искренне улыбнулся, заключил ее в объятия и сказал то, что чувствовал:
— Знаешь, вот такой ты радуешь даже душу!
Линда вжалась лбом мне в грудь и ощутимо расслабилась:
— Спасибо за самый теплый комплимент, который я когда-либо слышала!
Я ласково растрепал ей волосы и после недолгих колебаний попробовал закрепить полученный результат:
— Если честно, то в моем представлении понятие «идеальная женщина» начинается с доброты, мягкости и внутреннего спокойствия.
— Я уже поняла… — негромко сказала она и криво усмехнулась: — А из меня эти черты характера целенаправленно выбивали с раннего детства. Чтобы защитить от разочарований и подготовить к жизни в мире Большого Бизнеса. В результате восторженная девчушка по прозвищу Honey-Bunny, обожавшая нежиться в объятиях родителей и встречавшая каждый божий день счастливой улыбкой, превратилась в холодную бездушную суку.
— Неа, не превратилась! — приобняв ее за плечи и легонечко подтолкнув по направлению к дому, улыбнулся я. — Ты спряталась в башню изо льда, а сейчас согреваешь ее своим дыханием, чтобы она побыстрее растаяла.
— Подожди, мне надо достать из багажника одежду, а то ходить в мокром купальнике будет некомфортно! — сказала она, метнулась к гидроциклу, подняла сидение, вытащила из него целлофановый пакет, а через несколько мгновений поставила умную машинку под охрану. — Все, я готова! Кстати, мне только что звонила Лиззи…
— Анька наготовила еды на семерых! — сообщил я, сообразив, куда она клонит. — Так что попроси их поторопиться, а то мы умираем с голоду…
…Сладкую парочку пришлось ждать еще минут двадцать. В большой гостиной, чтобы не захлебываться слюной от умопомрачительных запахов моих любимых блюд. А потом началось шоу — попробовав борщ, мисс Форд почему-то решила, что его приготовила Рыжова, и восхитилась кулинарными талантами этой моей подруги. Мы, естественно, заржали. А после того, как закончили веселиться, заявили, что в нашей стране питаться фастфудом как-то не принято, поэтому каждая уважающая себя девушка умеет готовить. Ну и, конечно же, посоветовали хвалить «дежурную хозяйку».
Ребята, конечно же, последовали нашему совету. Более того, Лоуренс, назвавший котлеты с пюре «божественным блюдом», даже поинтересовался, не соблаговолят ли мои дамы как-нибудь провести мастер-класс по приготовлению подобных кулинарных шедевров для его будущей супруги.
Тут выпендрилась Линда, гордо заявив, что прошлым вечером помогала Лере жарить отбивные с ананасом и, вроде бы, освоила это нелегкое дело, а в Москве научилась жарить blini и oladushki!
— Не знаю, что это такое, но уже хочу попробовать… — заявил он, но потом прислушался к своим ощущениям и сокрушенно вздохнул: — Правда, как-нибудь потом — в данный момент я не в состоянии даже дышать!
Как вскоре выяснилось, последнее заявление было ложью — буквально через четверть часа после завершения трапезы Ларри, оказавшийся фанатом быстроходных моторных яхт, бодренько пробежался от дома до пристани, поднялся на борт шестнадцатиметрового монстра от компании Rizzardi и завел движки. Этот кораблик я облазил вдоль и поперек еще накануне, да еще и под подробнейшие объяснения владельца, но все равно залюбовался обводами. Так что на небольшую площадку на корме перепрыгнул самым последним. И, оставив виллу под присмотром «Умного Дома», поднялся в кокпит, а через пару мгновений почувствовал, что такое два движка по восемьсот пятьдесят лошадей — яхта, которую мне почему-то хотелось называть катером, резво сорвалась с места и, набирая ход, помчалась на север.
— Остров, мимо которого мы сейчас движемся, называется Индиан Крик и почти целиком занят полем для гольфа… — начала Лиззи, решившая закосить под экскурсовода. — Кстати, как вы относитесь к этой игре?
— К сожалению, никак: бить морды соперникам, вроде как, запрещено, а издеваться над несчастным шариком слишком скучно… — пошутила Таня.
— Ну да, о чем это я? — усмехнулась мисс Форд и продолжила рассказ об островах, мимо которых мы проплывали.
Рассказывала довольно интересно, делала паузы, когда я поднимал руку и просил своих девчонок перевести на русский незнакомые слова, и вплетала в «лекцию» личные впечатления. Скажем, призналась, что в далекой юности повелась на уговоры мускулистого красавчика по имени Рон, приехала с ним «во-он на тот остров», поднялась на борт лодки, арендованной в компании «Therapy-IV» и… дурела от скуки все время, пока он рыбачил; поделилась парой смешных историй, связанных с нудистским пляжем, расположенным чуть севернее, показала отель «Ritz Carlton Bal Harbour», в котором несколько раз зажигала с Ларри, и т. д. А после того, как мы прошли под мостом, вышли в океан и как следует разогнались, передала слово любимому мужчине:
— Вон там, за горизонтом, прячутся Багамы. Прямо по курсу, в каких-то сорока шести морских милях, лежит Порт-Ройял, на северо-востоке Фрипорт, а на юго-востоке — Ред Бэй. Если править на юг, то можно упереться в Кубу, а прямо за ней находится уже знакомая вам Ямайка.
— А у тебя на яхте есть помповые ружья, пистолеты или, хотя бы, какой-нибудь приличный гарпун? — спросила Лерка, дождалась отрицательного ответа и расстроенно вздохнула: — Ну, и ладно, отберем оружие у пиратов. Хотя со своими стволами было бы веселее…
Лиззи аж сглотнула. А когда сообразила, что Рыжова шутит, несмело улыбнулась:
— Может, лучше повеселимся тут, а вечером выпросим у Линды blini?
«Альфа-самка» задумчиво склонила голову к плечу и «заколебалась»:
— А у вас тут сгущенка продается?
— При желании найти можно… — авторитетно заявила Голикова. — У них она называется «Condensed milk». В составе — только молоко и сахар. Прямо как во времена СССР. Вкусно — нет слов.
— Что ж, тогда обойдемся без пиратов! — заключила Валерия, встала с дивана, стянула с себя футболку, бросила ее под лобовое стекло и повернулась к Эллисону-младшему: — Ларри, будь другом, дай нам возможность окунуться. А то вторые сутки в Майами-Бич — а в океане еще не купались…
…Мы «окунались» часа два с половиной. Сначала просто плавали и играли в водное поло в восхитительно теплой, кристально чистой и очень соленой воде. Устав гонять мяч, начали прыгать с носа яхты. После того, как Лоуренс выдал нам маски и два подводных буксировщика «Seabob», поныряли и поизображали дельфинов. А последние сорок с лишним минут осваивали воднолыжный спорт. Вернее, одну-единственную доску, которая нашлась в загашниках Эллисона. Что интересно, безбашенность, с которой отрывалась наша четверка, сбила с пути истинного и американцев. Скажем, когда Танька попросила меня научить ее крутить заднее сальто, на транце построилась даже Лиззи. И пусть этот прыжок у нее получался только с моей подкруткой, сияла она похлеще любого прожектора. Ну, а Линда была готова на все, что угодно, лишь бы веселиться вместе с нами. Увы, мои оторвы оказались намного выносливее, поэтому она первой умоталась до состояния нестояния, кое-как выбралась из воды, ушла переодеваться, а через какое-то время нарисовалась на носу яхты и упала на лежак.
Веселиться, видя ее «страдания», девчонкам показалось не комильфо, так что где-то к половине девятого вечера они расположились рядом с нею и даже поделились соками, позаимствованными на камбузе. А я составил компанию Эллисону, снова дорвавшемуся до возможности порулить и направившему мощное суденышко параллельно далекому берегу.
Сидеть в кокпите, смотреть на зарево огней над курортным городом и молчать было настолько комфортно, что я на какое-то время растворился во времени и пространстве. Увы, в самый неподходящий момент Лоуренсу захотелось поговорить, и он начал монолог с расстроенного вздоха:
— Этот уикэнд получился на редкость насыщенным, но таким коротким! К сожалению, завтра начинается очень загруженная рабочая неделя, так что в двенадцать ночи мы вас покинем, в два будем в аэропорту, а поспим только во время перелета.