Я досчитаю до пятидесяти... (СИ)
А вот Зине позвонить пришлось. Потому что не найдя меня, она вполне могла бы поднять тревогу и позвонить родителям. Отец с матерью уже долгое время жили в Нью-Йорке. Мы созванивались, конечно, но о нашей ситуации с Глебом я им не рассказывала. Поэтому звонок Зины с сообщением о том, что я пропала, мог вызвать настоящую бурю.
-Это я, - сказала сразу, - только не кричи.
- Я и не кричу, - сообщила подруга. - Мне на днях твой муж звонил, тебя искал. У тебя телефон выключен, на работе сказали, что ты отпуск взяла. Я решила, что сама объявишься.
- Спасибо, что родителей по тревоге не подняла.
- Да не за что, - хмыкнула Зина, - говори, что произошло, и где тебя черти носят.
- Я в Малайзии, - начала я с самого легкого. - Мы с Глебом развелись. Он мне изменил.
Зинка как-то странно хрюкнула, закашлялась и прохрипела:
- Это шутка?
- Нет, Зинуша. Это суровая правда.
- Ты уверена?
- Я их, можно сказать, застукала на месте преступления. Только не спрашивай о подробностях, нет у меня сил все это пересказывать.
- И что? - поинтересовалась Зина. - Не простишь?
- Не знаю, - сказала честно, - но жить с ним не могу. Наняла адвоката и улетела.
- Стася, я не осуждаю тебя, не подумай. Ты же знаешь, я всегда на твоей стороне. Глеб звонил. Голос у него такой, я даже подумала, как бы он с собой ничего не сделал.
- Переживет, - зло выпалила я, - найдёт себе ещё какую-нибудь и переживет.
- Даже не знаю, что тебе сказать, - продолжила Зина. - Наверное, вам и вправду лучше сейчас расстаться на некоторое время. Поживёте, остынете, подумаете. Может, и наладится у вас.
Я не хотела обсуждать наши с Глебом отношения ни с кем. Поэтому свернула разговор, заверив подругу, что у меня все хорошо и пообещав звонить.
А на следующий день улетела на Борнео. Моя первая остановка на острове мечты - город Кучинг - понравился мне безумно. Небольшой, стоящий на берегу реки, с традиционными для Малайзии Китайским и Индийским кварталами, он изобиловал памятниками кошек. Я гуляла по набережной, заходила в буддийские храмы, ужинала на фут-корте, расположенном на многоэтажной автомобильной стоянке. Побывала в центре реабилитации орангутангов «Семенгок», посетила все местные музеи и ярмарки и целую неделю провела в национальном парке Бако. Ходила по непролазным джунглям, купалась в маленьком водопаде, по вечерам к моему домишке приходило кормиться семейство пробоскисов. Но что бы я не делала, меня не покидало чувство, что стоит мне повернуть голову и я увижу Глеба. Мне казалось, что он здесь, рядом со мной, и вот-вот возьмёт меня за руку или обнимет, устраивая подбородок на моей макушке. Вечерами мысленно я рассказывала ему о том, как прошёл мой день. Каких животных я видела, с какими людьми познакомилась, какие растения удалось сфотографировать. Стоило мне прикрыть глаза, и вот он. Сидит напротив. Слушает о моих походах по джунглям, смеётся над моим рассказом о том, как в темноте я испугалась дикого кабанчика и своим криком подняла на ноги всех соседей, а оказалось, что кабан вовсе и не дикий. Просто привык, что туристы подкармливают его вкусненьким и ткнулся мне в руку в надежде на угощение. Я жаловалась Глебу на то, что в море купаться нельзя, потому что с реки заплывают крокодилы и купаться приходится ходить к водопаду, а это три с половиной километра по джунглям в одну сторону. Я рассказывала какой вкусный рис подают в здешней столовой, а вот мясо - совершенно несъедобное, и он сочувственно кивал. В общем, каждый вечер я вела нескончаемый диалог с бывшим мужем. Это было так здорово, будто последний месяц нашей жизни растворился во времени и пространстве. Раз, и не было ничего. Как в сказке. Вот только заканчивался наш диалог всегда одинаково. В какое-то мгновенье перед глазами всплывал светлый итальянский кашемир с грязным кофейным пятном. Ощущение сказки пропадало мгновенно. Я выкуривала сигарету и шла спать.
Неладное я заподозрила в Кота-Кинобалу. Началось с того, что меня стало тошнить от сигарет. Я списала это на 100% влажность, царившую на острове. После недели, проведённой мною на горе Кинобалу, по утрам у меня появилось легкое головокружение. Сопоставив симптомы и вспомнив о небольшой задержке, которую я списывала на смену климатических поясов, отправилась в аптеку. После проведения нехитрых манипуляций с полосками теста, я узнала, что беременна. Тут же решила, что Глебу о беременности не скажу. Он мне теперь никто. Мысленно представила себе какой у меня родится замечательный сынок. Как мы с ним будем жить вдвоём. А когда он спросит у меня, где его папа, я скажу, что папа у него космонавт и улетел на Луну. А воображение уже рисовало другую картинку. Вот мой сынок уже вырос, и мы идём с ним по улице. Он такой взрослый, высокий и красивый. Я такая молодая и счастливая. И встречаем Глеба. И Глеб говорит мне о том, что он одинок, что до сих пор меня любит и очень жалеет о том, что натворил. А ещё он спрашивает у меня, что за юноша рядом со мной. И я так гордо отвечаю: это мой сын. И Глеб понимает, что это и его сын тоже, и что все эти годы я скрывала от него собственного сына. Интересно, это у всех беременных такая бурная фантазия? Или только мне так повезло? И вот в этот самый момент, когда я мысленно уже видела Глеба, стоящего на коленях и умоляющего простить его, воображение подсунуло мне другую картинку. Я представила, что будет, если я сразу не скажу бывшему мужу о ребёнке, и он узнает эту новость «пост фактом», так сказать. Видение мужских рук, сжимающихся на моей шее было настолько ярким, что привело меня в чувство. Решив не превращать собственную жизнь в латиноамериканский сериал, приняла решение поставить Глеба в известность сразу, как только вернусь домой. Вот только домой решила не торопиться. Собственно, дома у меня не было. Была квартира Глеба и дом за городом. А мне вдруг захотелось вернуться в свой дом. Деньги у меня были, Глеб благородно отказался принять те, что я хотела вернуть. Поэтому я опять связалась с адвокатом и попросила найти мне хорошего риелтора. Риелтор нашёлся сразу. Я объяснила ему задачу: я хотела квартиру в центре города, но в тихом районе, желательно рядом с парком. В течение вечера риелтор предложил мне несколько вариантов. Мысленно благодаря Самойлова за щедрость, выбрала подходящую мне квартиру и попросила адвоката оформить сделку. Дальше было ещё проще. Сидя на другом конце света, заказывала мебель и прочий декор в свою новую квартиру. Подсчитав, что для оформления документов и доставки заказанного потребуется чуть меньше месяца, купила билет в Москву, позвонила Зине и сообщила дату прилета, попросив заодно взять у адвоката ключи от квартиры и проконтролировать доставку мебели. Зина, святой человек, согласилась помочь. О своём интересном положении я ей не сказала, справедливо рассудив, что сначала о нем должен узнать непосредственный виновник, так сказать. Тут же подумалось, какие неожиданные сюрпризы подкидывает нам жизнь. Пять лет я пила противозачаточные таблетки и только за месяц до развода сделала перерыв. Мой врач заверил меня, что для восстановления детородной функции должно пройти минимум два цикла, поэтому я даже и не думала предохраняться. Но организм решил иначе и восстановился в рекордно короткие сроки.
Оставшееся до вылета домой время я провела, путешествуя по Малайзии. Чувствовала себя хорошо, даже тошнота и головокружение оставили меня.
Я возвращалась домой в новую квартиру, с твёрдым убеждением начать новую счастливую жизнь. Готовилась к разговору с Глебом, не минуты не сомневаясь в том, что он будет рад малышу.
В самолете, летящем в Стамбул, почувствовала ноющую боль в животе. В Стамбуле боль усилилась, и я позвонила брату Зины, Пашке, с просьбой встретить меня в аэропорту. Уже на рейсе Стамбул - Москва обнаружила, что у меня началась небольшое кровотечение. Пашка встретил меня у выхода из таможни, окинул встревоженным взглядом.