"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Ну конечно.
Он повернул голову, вглядываясь в очертания книжного шкафа. Там, за стеклянными дверцами, стояли сборники молитв и притч, книги об истории монастыря, биографии и изображения – настоятельницы, выдающиеся целительницы, местные святые. Лиц было не разглядеть, но Ильнару мерещилось, что на него смотрят, укоризненно и тревожно. Наверное, она тоже так смотрела – там, в больнице, когда он шёл из темноты на её голос, и бабочки мельтешили перед глазами…
Он сам не понял, когда начал говорить вслух – не с нарисованными святыми, с Кеарой. Путался в словах, начинал заново, объяснял, уговаривал – иногда ему даже казалось, что она стоит рядом, стоит лишь протянуть руку и коснёшься. Какая-то часть мозга не поддавалась ни жару, ни магии и просто отстранённо фиксировала происходящее – лечь на пол, прижаться лбом к странно тёплому паркету, и на какой-то миг становится легче…
В голове шумит, и хорошо бы встать, залить в себя ещё поллитра чая и добраться до постели, но сил хватает лишь на то, чтобы покрепче завернуться в одеяло. Он снова разговаривает с темнотой, и кусает губы, и срывающийся шёпот сушит горло, а приступ всё не приходит, лишь новые полоски чешуи тянутся по плечам и спине, цепляются за одежду. И снова перед глазами бабочки, бабочки, бабочки, и ему будет достаточно лишь одного слова, лишь звука голоса, чтобы встать и пойти за ней…
Но она не приходила – и это было хуже приступа, простуды и всего остального.
Эл не зря опасался магической связи – слишком похоже на приворот, и слишком завязано на магию, и страшно…
Вот только на то, чтобы сопротивляться, не было ни сил, ни желания.
  
Глава 4. Лопатой и акварелью
 
Утром пришла Алтина. Задавать вопросов насчёт сна на голом полу она не стала, как не стала охать и ахать над его бренным телом. Ильнар чувствовал себя выжатым и высушенным, но свежезаваренный чай с липой и малиновым листом, горячий душ, завтрак и ещё одна чашка чая помогли прийти в себя.
– Тебе нужно больше пить, – наставница вынимала из сумки и расставляла на полке шуршащие пергаментные пакетики. Этикеток на них не было, лишь надписи от руки с названиями трав. – Чистой воды – не менее полутора литров в день. Чай – вот эти лучше в первой половине дня, это можно после обеда.
– А не лопну? – хмуро уточнил Ильнар. Про то, что больничные лекарства нужно поскорее вывести из организма, ему говорили ещё вчера, но он же не сказочный великан, чтобы выпивать целые озера!
– Просто не будешь пить кофе. Заодно стабилизируется сон.
Отлично. Ильнар уткнулся носом в кружку, опасаясь задавать новые вопросы. Он действительно чувствовал себя лучше, чем вечером: возможно, чай содержал не только травы, а может, дело было в ментальной тишине – хотя на базе Тайной Канцелярии вокруг него и не водили хороводы, эхо чужих эмоций то и дело прорывалось сквозь стены и блоки. Если ещё удастся утопить хотя бы зловредный вирус – уже победа…
А потом его выгнали на улицу и дали в руки лопату.
Он, признаться, не сразу понял, чего от него хотят, просто машинально взялся за черенок – стоять и не шататься с лопатой было проще. Алтина провела его по узенькой тропинке за дом, посторонилась. Ильнар по инерции сделал ещё шаг и увяз в снегу по колено.
– Площадка для медитаций, – пояснила Алтина, широким жестом обведя пространство между стеной и макушками кустов. – На всё тебя, пожалуй, сегодня не хватит, пусть вот так…
Она вытянула из ближайшего сугроба тонкую ветку и нарисовала на снежной целине несколько линий. Ильнар несколько секунд рассматривал получившийся прямоугольник – три шага в длину, два в ширину, – потом перевел взгляд на лопату. Снова посмотрел на снег. На Алтину. На лопату.
– Вы издеваетесь, да? Мне Эл вставать-то разрешал через раз…
Он осёкся, встретив насмешливый взгляд.
– Хочешь вернуться?
Ильнар перехватил лопату поудобнее и помотал головой.
 
И – р-р-раз…
Сперва лопата казалась тяжёлой, а непривычные движения требовали сосредоточенности. Ботинки проваливались в рыхлый снег, пару раз он едва не упал. Потом мышцы разогрелись, тело вошло в ритм, и стало полегче – наклониться, потянуть, поднять… Футболка липла к спине, и носовым платком приходилось пользоваться чаще, а потом вдруг дышать стало легко, и двигаться тоже, и голова начала думать – а ведь Эл, зараза, ещё в Диких землях что-то говорил насчет того, чтобы сбрасывать лишнюю энергию в физическую нагрузку!..
На всю площадку его действительно не хватило, но за границы очерченного прямоугольника выбраться удалось, и когда Алтина не терпящим возражений тоном велела идти в дом, он даже слегка огорчился. Впрочем, Эл, настаивая на постельном режиме, был по-своему прав – на то, чтобы восстановиться после ухода Таро, действительно ушло много сил, и возвращаться к привычным нагрузкам стоило постепенно.
Но как же приятно было ощутить себя не совсем уж бесполезной развалиной!
Перед уходом Алтина заставила его выполнить несколько упражнений из методички: как снизить температуру через работу с аурой и как её поднять для борьбы с вирусом, как снять спазм сосудов, вызывающий головную боль, как сбросить избыток энергии, грозящий интуиту ментальным шоком – не самый действенный способ для мага, но хоть что-то. Уже в дверях она окинула его долгим взглядом и сообщила, что по мнению некоторых психологов насморк символизирует собой невыплаканные слёзы. Может, он хочет о чём-то поговорить, или, наоборот, порыдать в одиночестве? Ильнар сделал вид, что ему смешно, и постарался задвинуть поглубже подозрение, что она не шутила. Ещё не хватало – рыдать!
Зато с простудой удалось разделаться в два дня. Мотивация, однако.
Убедившись, что простейшие навыки освоены, наставница перешла к упражнениям посложнее – ну, это ей так казалось. Ильнар категорически не понимал, зачем нужно пытаться представить цвет звука или форму вкуса, чем может помочь рисование цветных пятен и хаотических линий, какая польза от ведения дневника… Алтина говорила о тренировке воображения и слиянии чувств, но привычка к схемам и формулам не давала воспринимать всю эту чепуху всерьёз. А ведь в Ордене наверняка были древние книги по целительству!..
Но книг ему не давали.
Раздражение копилось, чешуя расползалась по спине, и до третьей стадии змеиной болезни он пока не дошёл, но обратить её будет куда сложнее. А может быть, всё же стоит попробовать добраться до памяти Таро, пусть и с помощью магии?..
Приступ случился раньше, чем он решился.
– ...И о чём же ты думал?
Ильнар скривился. Голова раскалывалась, а ещё во время приступа он ухитрился приложиться лбом о стол, но это было ерундой по сравнению с неудовольствием эмпатки. Чужие эмоции накатывали волнами, отчего в ауре расплывались ярко-голубые и ржавые пятна – Истинное зрение отключаться не желало, делая окружающий мир похожим на фантазию художника-сюрреалиста.
Алтина укоризненно вздохнула, вынула из упаковки дезинфицирующую салфетку, но позволить себя коснуться почти наверняка означало вызвать очередной приступ.
– Я сам.
Пахла салфетка премерзко. Ильнар прижал её к ссадине на лбу, стараясь дышать медленно и ровно, чтобы унять тошноту. Спорить наставница не стала, но её взгляд явно обладал материальными свойствами – чудилось, что по нему легонько водят пёрышком, причём прямо под кожей.
– Ты совершенно не стараешься.
Фраза «я старался, но у меня не получается» прозвучала бы слишком жалко, и он предпочёл промолчать. Эмпаты ведь не умеют читать мысли…
Наверное.
– Ты думаешь, это всё чушь, – наставница кивнула на лежащую на краю стола книжку с упражнениями и в её голосе зазвучал металл. – Думаешь, если б помогало, все инициированные давно бы вылечились. Так? Ошибаешься, дорогой мой. Все мечтают получить чудесное исцеление и конфетку в придачу, но из тысяч инициированных единицы готовы работать и учиться!