"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Змей, неужели все-таки придется копать?!
Он беспомощно огляделся. Голем ревел и бросался на щит, Кир удерживал его с явным трудом. Ориена и Эла видно не было, да и вряд ли от них был бы толк. В поле зрения попал дом, и если он может помнить хозяев и помогать им…
Помогать.
— Пожалуйста… — пробормотал интуит, сам не понимая, чего ждет в ответ.
Но его услышали.
На мгновение все чувства пропали, растворились в сиянии, Ильнар успел ощущить робкое прикосновение странного, нечеловеческого сознания, которое будто бы спрашивало: «Так? Я все правильно делаю?»
Сил хватило лишь на то, чтобы без звука шевельнуть губами.
А потом мысли пропали тоже.
Все двести лет усадьба копила энергию и только того и ждала, чтоб отдать ее новому хозяину. Поток силы рванул сквозь тело, это было больно, но Ильнар растерялся лишь в первое мгновение. Стиснув зубы, он всей своей сутью вцепился в бушующее внутри нечто — подчинись! Он словно пытался в одиночку удержать пожарный рукав, чувствуя себя одновременно и рукавом, и держащими его руками, и самой водой. Борьба с самим собой выматывала, но тот, кто был руками и границей для потока силы, все-таки побеждал.
— Я здесь маг, — пробормотал он, больше для себя, но пространство вокруг радостно и согласно откликнулось.
Свет везде и всюду, он прожигает тело насквозь, рвет в клочья чужеродную, враждебную тьму, и все эти двести лет дом мечтал уничтожить обосновавшегося в сердце усадьбы паразита, и как хорошо, что пришел тот, кто может показать, что и как сделать!..
«Повторяй!» — вдруг рыкнул Таро и скороговоркой произнес короткую фразу. Ильнар, секунду помедлив, послушался и, не сдержавшись, охнул — поток света, бьющий из-под его ладоней, мгновенно сменил рисунок, словно калейдоскоп повернули. Дрожащий узор из синих и голубых линий отпечатался на сетчатке глаза, почти ослепляя, линии крепли, наливались силой, сияли ярче и ярче, проявлялись в реальности и становились видимым…
Темнота под землей вдруг задрожала, запульсировала, полыхнула алым — словно бьющееся сердце, живое, окровавленное.
«Держи крепче!»
Древние чары плеснули темной волной, Ильнар зарычал, что есть силы прижимая к земле ладони, стараясь удержать рвущуюся темноту, одновременно ощущая, как сквозь нее пытается прорваться что-то иное, живое или когда-то бывшее живым, прорваться и освободиться от двухсотлетней власти темной магии. Где-то на границе сознания послышался рев, монстр тоже рванулся изо всех сил, сферотехник, не удержавшись, повернул голову — и успел увидеть, как отброшенный големом Кир отлетает в сторону.
На долгую-долгую секунду время словно остановилось. А потом сознание осмыслило произошедшее, волна бешенства ударила в голову, новая вспышка света показалась нестерпимо яркой, Ильнар скорее почувствовал, чем услышал собственный крик, но сдаваться нельзя, все силы сосредоточены на одном — держать поток, не упустить, не дать рассыпаться сотней струек между онемевшими пальцами, и не утечь вслед за ним…
Держать.
Держаться.
Сгусток тьмы под руками запульсировал быстро-быстро, рванулся вверх, голем, оказавшийся вдруг совсем рядом, вскинул руки для финального удара…
И вдруг все закончилось.
Стало тихо настолько, что Ильнару показалось, будто он неожиданно оглох, но тут голем, замерший с поднятыми руками, вздрогнул, осыпался на землю кусками, и сквозь ватную тишину в ушах пробился грохот камней и лязг металла.
«Молодец».
Да если бы…
Ильнар кое-как выпрямился и поднялся, ища взглядом Кира. Ну если этот тип вздумает умереть, не объяснившись, то придется самому стать некромантом, оживить, и пусть только попробует не ответить, какого Змея тут произошло!
«Некроманты не оживляют мертвых, скорее, наоборот», — педантично поправил Таро, пока Ильнар, пошатываясь, обходил обломки стен.
— Значит, достану с того света другим способом! — рыкнул в ответ сферотехник.
До крайних мер дело не дошло. Кир нашелся неподалеку, живой и даже в сознании, хотя вставать не спешил. Ильнар устало опустился на колени рядом с ним. Левая штанина майона оказалась разодрана вместе с ногой, от ботинка до середины бедра, и залита кровью так, что определить характер повреждений было непросто. Дышал Кир тяжело и прерывисто, то и дело морщась, кажется, ещё и ребро сломано, а то и не одно…
— Лучше отойди, — чуть слышно пробормотал майор, слегка приоткрыв глаза. Интуит возмущенно сдвинул брови, но возразить не успел.
— В сторону, живо! — рявкнул из-за его спины Ориен. Ильнар поморщился, но исполнить приказ было сложно чисто физически. Да и с чего бы вдруг он должен слушаться?
Каон, не дождавшись реакции, ухватил сферотехника за плечо и попытался развернуть, но тут же отдернул руку, словно обжегся. Ильнар медленно повернул голову, стараясь унять бушующие в крови остатки силы, и увидел в руках проводника парализатор, причем более мощный, чем были на вооружении оперативных групп.
Однако.
— Он Измененный!
— Кто?
Сферотехник перевел недоуменный взгляд на подошедшего Эла.
— Проект «Изменение», — едва слышно проговорил доктор. Он медленно сделал шаг назад и прислонился к стене, словно силы внезапно закончились. — Змей, но как? Он же… они же…
— Почти все умерли, да.
Кир равнодушно смотрел в сторону. Ильнар сощурился, багровые жгуты в ауре майора медленно выцветали, сплетались вокруг поврежденной ноги, словно впитываясь в рану, и он мог бы поклясться, что кровотечение становилось слабее. Говорить майор явно ничего не собирался, эмоции снова контролировал, и Ильнар понял, что ещё немного — и сорвется сам.
— Да объясните уже нормально!
— Десять лет назад два психа устроили резню в торговом центре, в Гарьяне. — Тон Ориена был напряженным, и сам каон выглядел так, словно готовился не то нападать, не то отражать атаку. — Когда их скрутили, оказалось, что ауры изменены до неузнаваемости, это были уже не люди, а самые натуральные артефакты, я видел схемы… В новостях две недели трепали, такая сенсация была — как же, запрещенные эксперименты. Вживляли под кожу сферы, мудрили с аурой — то ли суперсолдат хотели создать, то ли что…
Ильнар нахмурился, пытаясь выловить в памяти события десятилетней давности. Кажется, было что-то такое, Фин рассказывал, в контексте «ты такой же псих отмороженный»… А ещё что-то похожее мелькало в кино, но кто ж в здравом уме верит сказкам, да ещё и профинансированным черно-красными?
Под тремя вопросительными взглядами майор равнодушно пожал плечами.
— Полная защита, от магии, ментального воздействия… Даже от холода. И ауры ваши я вижу. И с регенерацией у меня все в порядке, через пару дней само срастется. — Он коротко глянул на пострадавшую ногу, потом на Ориена. — Убери. Не поможет.
Каон ещё несколько секунд держал парализатор, потом медленно опустил руку и сплюнул.
— А я-то гадал, почему не подействовала маскировка…
— Да.
— А эта дрянь…
Ориен покосился на останки голема, и Кир кивнул:
— Он меня не видел. Почти. Но пройти не мог, щит просто отталкивает чужую магию. Жаль, действует недолго.
— Эти схемы полностью блокируют эмоциональную сферу, — подал голос Эл. — Нам рассказывали на курсах… А ты… Змей тебя возьми, да не может быть!
Майор медленно поднял голову, встретившись взглядом с доктором. Несколько секунд они глядели друг на друга, потом Эл хлопнул ладонью по стене, выпрямился, шагнул было к Киру, но Ориен неожиданно вскинул руку, перегораживая доктору путь.
— Не подходи. Пусть сначала объяснится.
— Обойдешься.
— Нет уж, не обойдусь! — неожиданно эмоционально рявкнул каон, отпихивая Эла за спину. — Семь лет назад я расследовал эту змееву историю! Я видел секретные материалы по проекту, я знаю такие подробности, которые обычные люди и представить не могут! Знаешь, почему черно-красные решили меня убрать? Потому что они продолжали эксперимент, и я почти доказал это! Давай, расскажи — почему бы это мне не снести тебе голову?! Все, кто участвовал в эксперименте Тайной канцелярии, давно мертвы, и я с места не сдвинусь, пока не получу убедительных доказательств, что тебя прислал не Лейро!