"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Ну помните чернильное облако, что за нами по черноте гналось…
— Так мы ж от него порталом ушли, — встрял Жаба.
— А до этого он погнался за тобой, и?..
— Да не, там все было ровно, — отмахнулась Слеза. — Догнал и кончил. Мгновенная смерть. Я даже пикнуть не успела.
— А потом, выходит, первой появилась в этом гребаном бункере, — догадалась Белка.
— Да. Это, похоже, какая-то хитрожопая ловушка, рассчитанная на наш отряд.
— Погодите. Я не понял: а как тут Кошмар-то появился? — снова влез в разговор Жаба. — И почему он роет сюда нору?
— Похоже, это я его нечаянно сюда привела, — нервно хмыкнула Слеза.
— Ты?..
— Привела?..
— Он мне приснился. И во сне, убегая от него, я невольно показала Кошмару дорогу к этому подземному убежищу. Он стал рыть ход сюда. Сперва его скрежет был далеким и едва различимым. Но с каждым часом он становился все громче… А теперь вы и сами видите…
— И че? Как думаешь, долго еще ему рыть осталось? — спросил побелевший от ужаса Жаба.
— Раз лампы у нас начали гаснуть, значит, уже до проводки добрался. Думаю, в течении часа прорвется и сюда.
— Да ну, че ты уши развесил! — всплеснула руками Белка. — Это ж бред сивой кобылы! Ежу ж понятно, дуркует она… Совсем, подруга, за лохов нас держишь?.. Во сне… Привела…
— Но кто-то же там наверху на самом деле роет, — продолжил трястись Жаба.
— Я предупреждала, что — не поверите, — пожала плечами Слеза. — Но вы-то отделаетесь лишь еще одним перерождением. У меня запас возрождений иссяк. И похоже…
— Ой, не нагнетай, а, — перебила Белка. — То глаза мне выцарапать хотела, а теперь…
Скрежет наверху снова резко усилился. Замигала и погасла еще одна лампа под потолком. И сверху посыпалась очередная порция бетонной пыли.
Пленники подземного бункера дружно уставились в потолок и затаились, как мыши, учуявшие неотвратимое приближение убийцы-кота.
Глава 15
Глава 15, в которой награда сменяется отчаяньем, но возвращение обреченного на смерть приносит надежду.
Разумеется, я не мог бесконечно долго находиться в читерском состоянии рывка. Да в этом и не было необходимости. Рассчитанная на молниеносный бой в течении трех-четырех секунд абилка позволяла оперативно управиться с целой группой одновременно атакующих меня врагов. Но такие, как вначале, серьезные отряды проклятых в озаренный серым сиянием круг вокруг меня, слава Стиксу, дальше одновременно врывались не часто.
Проклятые, продолжающиеся сбегаться на запах крови с залитых лунным светом просторов вокруг, за редким исключением, пытались добить подранка поодиночке, но, вместо раненой обессиленной от потери крови жертвы, нарывались на глотнувшего живца бодрого и полного сил невидимку. И с одинокими владельцами гаррчит я легко разбирался в короткой зарубе один-на-один, безо всякого ускорения.
Первые пятнадцать минут наше грандиозное побоище фактически представляло собой игру в одни ворота. Из-за продолжающегося действия Лунного пламени, я оставался невидим для противников, потому рубил слепошарых ублюдков направо и налево, практически без опасения ответного удара. Еще мне здорово повезло, что именно в тот, относительно безопасный период времени, бросившись навстречу очередному врагу, я сместился метров на тридцать левее места гибели друзей и угодил под перекрестный обстрел очередей новой группы «раскрывшихся» дальше в лесополосе пулеметов. Под градом тяжелых пуль моя защитная аура начала истончаться на глазах, и, активировав рывок, я поспешил сбежать обратно в безопасный сектор с «зачищенными» пулеметами.
И вот что удивительно: пулеметные очереди накрыли нас с проклятым практически одновременно, но если с меня пули тут же, как положено, стали интенсивно снимать положенный урон (к счастью, компенсированный защитной аурой Дара), то угодившего под такой же шквальный огонь проклятого пули абсолютно игнорили. Даже более того, я это трижды наблюдал собственными глазами (когда сквозь сгустившийся воздух прорывался под активированной абилкой в безопасный сектор), как раскаленные куски свинца, натыкаясь на тело оставшегося под обстрелом проклятого, на неуловимый обычным взглядом миг выпадали из реальности и тут же возникали в ней вновь, но уже с другой стороны абсолютно невредимого тела, и продолжали дальнейшее движение, ничуть не снижая убойности полета и направления удара. То есть, проще говоря, тело проклятого для пулеметных пуль было словно пустое место, они мгновенно его проскакивали, не причиняя при этом потенциальному объекту атаки ни малейшего вреда… Впрочем, шипастый диск моей шпоры через считанные секунду поставил-таки жирный крест на читерской неуязвимости проклятого. Как только ублюдок добежал до границы зачищенного соседнего сектора и вышел из-под защиты пулеметных очередей, выверенным до миллиметра ударом я тут же снес ему с плеч голову. И добавил очередной неспешно разгорающийся на земле труп к тройке уже весело пылающих у меня за спиной, и еще десятку благополучно прогоревших до серого пепла чуть в стороне.
Дальнейший бой с проклятыми я, разумеется, старался держаться строго в границах безопасного сектора. Потому, даже когда период действия Лунного пламени истек, и продолжающие сбегаться отовсюду проклятые получили-таки возможность зряче атаковать меня, благодаря тщательно соблюдаемым мерам предосторожности, дополнительного урона от пуль мне удалось избегать до самого конца почти часового сражения.
Зато сполна пришлось хлебнуть лиха от читерской абилки удивительного оружия проклятых. Как и упреждал шаман серых, гаррчиты проклятых обладали способностью разить врага на расстоянии. Потому теперь атакующие видимую цель ублюдки активировали дистанционный удар еще на дальних подступах ко мне, и метров с трех-четырех росчерками черных серпов перед собой норовили развалить мою несчастную тушку пополам. И что паршиво: такую дистанционную атаку невозможно оказалось парировать обычным оружием — каюсь, имел неосторожность попытаться поначалу, но невидимое лезвие удлинившейся гаррчиты легко прошло сквозь крепчайшую сталь выброшенного наперехват шипастого диска, не нанеся, правда, при этом шпоре ни малейшего урона, зато оставила широкую рубленную рану на моем многострадальном левом боку, дотянувшись до него через мгновенье. Лишь читерская реакция, вкупе с активированным в очередной раз рывком, позволили мне в тот роковой момент избежать чрезвычайно болезненной смерти…
И дальше мне приходилось практически без продыху ловчить и уворачиваться от дистанционных атак бесконечной череды проклятых. Особо опасное положение возникало при одновременной дистанционной атаке сразу нескольких сбившихся в отряд ублюдков.
При массовой, слаженной атаке пяти и больше коварных гаррчит, невидимые рубящие удары настолько плотно на разных уровнях «шинковали» окружающее проклятых пространство, что становилось крайне сложно подступиться к ублюдкам. В такие, к счастью, не частые моменты боя даже активированный рывок, подчас, не успевал выручить на все сто. И в эти роковые мгновенья на помощь ускорению приходила интуиция, позволяющая мгновенно рассчитать оптимальную траекторию контратаки, дающей шанс с наименьшими потерями проскочить между невидимыми росчерками многометрового продолжения черных серпов.
За последние сорок минут боя к рубленной ране в левом боку добавились еще десятки царапин и достаточно глубоких порезов на груди, животе, руках и ногах. Из-за обилия потерянной крови некогда почти новый бело-зеленый камуфляж превратился в грязно-бурое изодранное рванье. Целым и невредимым мне удалось сохранить лишь лицо, что, впрочем, вовсе не отменяло того факта, что оно было залито кровью, как все остальное.
Устоять и не потерять концентрации от слабости, вызванной ранами и грандиозной кровопотерей, мне помогли, разумеется, живец, и стимулируемая им сумасшедшая регенерация. И все равно под конец боя меня уже ощутимо штормило, а активация рывка давалась с заметным трудом. Поток же проклятых, врывающихся в пятно серой подсветки вокруг меня, по ходу долгого сражения не только не ослабевал, а под занавес стал даже гораздо интенсивней, чем был в начале.