"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Когда я подбежал, тело подруги с тихим шелестом осело облачком графитовой пыли.
— Да как так-то! — простонал я в ночи. — Белка, у нас только все наладилось… И где теперь тебя искать?!
— Не смо… вытащи… извин… — глотая окончания слов, рядом пробулькал очнувшийся вдруг Скунс.
Рухнув на колени в лужу крови вокруг головы последнего цепляющегося за жизнь товарища, я прошептал:
— Ну ты то хоть, дружище, не бросишь меня?
— Пост… юсь… — по слогам выплюнул слово, вперемешку с пригоршней крови, крестник. И попытался улыбнуться. От чего его кровавя маска стала еще страшнее.
Я дернулся было приподнять страдальцу голову, но мою раненую левую руку тут же прострелила молния боли, и она обратно бесполезной плетью повисла вдоль тела. Тревожить же едва живого человека одной правой рукой я не рискнул.
— Ты ж, ведь, у нас не абы кто, а целитель! Тебе и карты в руки, — зачастил я, пытаясь за показной бравадой скрыть свои мрачные догадки, о шансах на выживание совсем плохого Скунса. — Говори, что мне нужно делать. Я все могу. И даже одной рукой справлюсь. Обещаю!
— Не… смо… жешь, — в три захода выдохнул крестник. — Тольк… сам.
— Да какое, нахрен, сам?! — возмутился я. — На тебя ж смотреть даже больно! Места живого нет!
— Тольк… дож… ись… мя… — пробулькал в ответ умирающий, и через мгновенье его тело исчезло в густом молочном облаке активировавшегося убежища.
На миг пахнуло кисляком, но плотный туман развеялся так же стремительно, как только что появился.
— Ну, млять, зашибись повоевали! — я в сердцах врезал кулаком по окровавленной земле. — Двое на перерождение, а третий в убежище, хрен знает на сколько, свалил!
От мрачных мыслей, к счастью, меня почти сразу же отвлекла подмеченная краем глаза подозрительная суета за спиной. Обернувшись, я увидел в круге серой подсветки Рыбьего глаза с десяток проклятых с гаррчитами, широкими скачками бесшумно несущихся в мою сторону.
Странно, ведь действие Лунного пламени только-только началось, и под скрытом Дара они не должны меня видеть, — мелькнуло в голове искреннее удивление.
Но в следующе мгновенье взгляд зацепился за энергично принюхивающиеся носы проклятых, и загадка тут же разрешилась сама собой — ублюдки бежали на запах крови.
— Ну, суки, ща вы мне за все ответите, — прошипел я и, активировав рывок, плавным движением перетек с колен обратно на ноги.
Окружающий воздух привычно уплотнился до тягучего киселя, в котором почти добежавшие до меня враги превратились в неповоротливых черепах. Я же в этой сковывающей движения слабаков патоке чувствовал себя, как рыба в воде.
Хищно ухмыльнувшись, я призвал в здоровую руку шпору и шагнул навстречу врагам…
Интерлюдия 6
В этот раз все сразу пошло наперекосяк.
Очнувшаяся после смерти в молочном мареве кисляка Белка, вместо стандартного душевного разговора с хранителем и последующего самостоятельного выбора точки возрождения, неожиданно получила стартовавшую тут же перед глазами ускоренную перемотку простыни текущих статов, окончание просмотра которых послужило сигналом для разрушения тумана порывом ветра.
Вот так, нежданно-негаданно, и случилось навязанное игроку возрождения в каком-то залитом искусственным светом подземном бункере. Еще здесь сверху беспрерывно раздавался неприятный скребущий звук, от которого у пленницы мороз побежал по спине. И накатившее, с последними клочьями быстро исчезающего тумана, следом за испугом раздражение девушка выплеснула в злом крике:
— Хранитель, млять! Это че еще, нахрен, за подстава?! Ты куда меня…
— О! Еще одна нарисовалась, — перебил ее предъяву раздавшийся сзади голос заклятой подруги.
— Слеза? — обернувшись, Белка еще больше изумилась, увидев на старом потертом диване рядом с соперницей еще и Жабу. — И ты тоже здесь? Но как?.. Почему?!
— А я знаю, — зло буркнул Жаба в ответ.
— Не наезжай на парня, сисястая. Он появился здесь всего за минуту перед тобой.
— Завидуй молча, сука! — фыркнула Белка, забывая тут же обо всем на свете, кроме сведения старых счетов с заклятой подругой. — Да, у меня нормальная грудь, которая, представь себе, нравится мужикам. А чтобы рассмотреть твои жалкие прыщики, нужна отменная оптика. Наверное, поэтому ты всюду таскаешь с собой подзорную трубу, для маскировки пришпиленную к винтовке.
— Ах ты ж, млять! — Слеза подорвалась с дивана с очевидным намерением вцепиться обидчице в горло.
Но Белка, ничуть не уступающая сопернице уровнем развития, вовремя среагировала на бросок, подставив под скрюченные пальцы подруги, вместо шеи, левое плечо, правой же рукой она, в ответку, вцепилась брюнетке в волосы. В итоге разборка серьезных игроков переросла в банальную женскую свару, с царапаньем, и тасканием соперницы за волосы.
— Удавлю, мразь!
— Да щас! Удавилка еще не выросла!
— Признавайся, сука, в штаны мужику моему совала уже свои потные ладошки?
— Да пошла ты, овца! Я девушка свободная, и не перед кем отчитываться не собираюсь.
— Ах ты ж млять!..
— Сама такая!..
— Ну-ка пусти, сука!..
— Сама — сука!..
— Уууууу!..
— Аааааа!..
— Не, ну вы нашли, конечно, время, — рискнул подать голос Жаба.
О чем через секунду сильно пожалел.
— Слышь ты, ушлепок, — Слеза отпихнула отвлекшуюся на парня неуступчивую соперницу и тут же насела на гораздо более слабого игрока. — Ну-ка, че ты там рассказать-то мне хотел, про шашни сучки этой с Рихтовщиком?
— Ничего, — пожал плечами Жаба. Но, перехватив разъяренный взгляд командирши, невольно вздрогнул, и поторопился пояснить: — Слеза, да ты ж не спрашивала меня ни о чем таком.
— А теперь, считай, спросила! Ну?! — разъяренная девушка нависла над парнем, как удав над кроликом.
Белка же, подкравшись к сопернице сзади и выглянув из-за ее плеча, заговорщицки подмигнула бедолаге и с лучезарной улыбкой провела большим пальцем по своему горлу, красноречиво намекая на возможные весьма трагические последствия для некоторых неосмотрительно говорливых болтунов.
Чтобы избавиться от психологического давления Слезы, Жаба попытался тоже встать на ноги. Он был гораздо выше миниатюрной командирши, и преимущество в росте позволило б ему продолжить разговор с девушкой уже сверху вниз — конечно, не бог весть какое преимущество, но хоть что-то. Однако, опытная Слеза, разумеется, не позволила жертве вырваться из-под своего тотального контроля.
Несчастный Жаба был так сильно вдавлен в мягкую сидушку дивана опустившимися на плечи руками Слезы, что старая кожаная обивка под его задницей, не выдержав напора, лопнула с компрометирующим звуком.
— Правильно боишься, — осклабилась навалившаяся на бедолагу Слеза.
— Фу, — поморщилась Белка. — Эй, отмороженная, хорош мальчика пугать. Здесь же нет вентиляции. Задохнемся ж, нахрен.
— Это не я, — возмутился Жаба. — Это диван подо иной.
— Да пофиг! — шикнула на него Слеза. — На вопрос отвечай!
Вдруг скрежет наверху стал гораздо громче, замигали и почти сразу же погасли сразу две центральные лампы, и с потолка вниз посыпалась мелкая бетонная крошка.
Все трое, задрав лица к потолку, на несколько секунд застыли в немом изумлении.
Первой от столбняка очнулась Белка, и пихнув отцепившуюся от Жабы соперницу на диван, уселась рядом и потребовала объяснений:
— Слышь, подруга, давай рассказывай, чего здесь, вообще, нахрен, происходит?
— Да я сама, если честно, не очень-то понимаю, — фыркнула Слеза. — Кто-то сверху скребется. И в гости к нам без спросу наведаться, похоже, собирается, — она нервно хихикнула.
— Дуру выключай! — зло рявкнула Белка. — Говори — кто. Вижу же, что знаешь.
— Догадываюсь, — поморщилась Слеза. — Но вы не поверите…
— Да говори уже!
— Кошмар Стикса.
— Че-че?