"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Дикие земли. Дикие, мать их, земли! Несчастный больной, которого не выпускают из палаты – как он там оказался?!
«Ты прекрасно знаешь, как».
– Он инициирован, ты сам говорил! Он едва не сдох там в прошлый раз!
«Я тоже едва не сдох».
Тео опёрся ладонями на подоконник, стараясь унять дрожь в руках. Магистр говорил почти спокойно, но поднявшаяся внутри волна злости была слишком велика для одного человека. Руки сами собой сняли с подоконника ещё одну вазу, покачали… Звон, грохот, разлетевшиеся осколки – как хорошо, что во дворце наместника есть кому поручить уборку!
«Скорее всего, у него остался доступ к памяти Таро. Инвалида не взяли бы в экспедицию – а вот обученного мага...»
Вазы в комнате закончились. Тео с наслаждением прошёлся по осколкам, слушая, как они хрустят под подошвами ботинок, вошёл в спальню и завалился на кровать поверх покрывала.
«Пожалуй, в этом есть и положительная сторона».
– Какая?!
«Мы можем убить его лично».
Тео медленно облизал губы и прикрыл глаза, давая волю воображению. Терять агента не хотелось, и затея была рискованной, но…
Но при одной мысли о том, что враг жив, сводило скулы и хотелось не просто убивать – рвать голыми руками, резать на куски, слушать крики боли и смотреть, смотреть в глаза, и смеяться… Кому хотелось? Да какая разница, кому первому пришла в голову идея – мысли, чувства, сознания сливаются воедино, они понимают друг друга даже без слов…
«Ты был хорошим мальчиком, – проговорил Лейро, и от его интонации по телу побежали мурашки – совсем другие. – Ты заслужил награду. Мы убьём его, уже этой ночью, а пока...»
Злость схлынула в единое мгновение. Тео застонал, перекатился на бок, попытался возразить – на его слабые попытки сопротивляться не обратили внимания. Волны удовольствия прокатывались по телу, дикие, безумные, почти болезненные, эйфория переполняла сознание, и, кажется, он снова кричал…
Но это было уже неважно.
***
Присутствие рядом постороннего Ильнар ощутил ещё во сне. Пока он выплывал из глубин дрёмы, кто-то тихо прошёл мимо, стараясь даже дышать через раз, потом пошуршал бумагой, звякнул стеклом, вернулся, остановился, разглядывая спящего…
– Доброе утро.
– Уверен?
Ильнар приоткрыл глаза – в полумраке медблока Тавис выглядел тёмным силуэтом. Опасности он не чувствовал, хотя в Диких землях сложно быть уверенным на этот счёт. А вдруг снаружи одни трупы и он последний выживший?
Он потянулся, одновременно снимая щиты и отпуская дар. Большинство ещё спало, однако дежурные были на местах. Кир, судя по ощущениям, тоже проснулся, ещё пара человек занимались завтраком, а драконы устроились совсем рядом, за стеной медблока…
– Не знаю. – Тавис, поколебавшись, сел на свободную кушетку и с неожиданной горечью признался: – Зря я вообще сюда поехал.
– С чего такой пессимизм? – Ильнар рывком сел, кушетка протестующе скрипнула. Аура бывшего стажёра была наглухо закрыта амулетом, выглядел он несчастным, уставшим и вполне мирным, однако лежать в его присутствии было неуютно.
Тавис неловко пожал одним плечом.
– Мне нравилось в опергруппе, – признался он. – Мы делали важное дело, защищали людей, боролись с потусторонним и…
Он запнулся, уставился в пол. Постеснялся, не договорил, но любой оперативник, даже бывший, прекрасно знал, с чем положено бороться магобезопасности.
Потустороннее и колдуны. Стихийные, бестолковые, напуганные – и особенно опасными были те, кто воображал себя крутым магом и пытался это доказать.
Как, например, некий Ильнар Дьери.
От желания высказаться свело скулы – но стажёр, странное дело, не стал развивать тему.
– А теперь я здесь, – тем же несчастным голосом проговорил он. – Знаешь… Как будто болото затягивает. Давит что-то, и всё странно, непонятно, и чтобы один шаг сделать, надо сто раз подумать… Мне уже кажется, что нормального, цивилизованного мира вообще не существует, что его сожрало вот это странное и непонятное. И нас сожрёт. Как того кита.
Он кивнул куда-то за пределы вездехода, и Ильнар невольно повернул голову, уставившись на шкафчик с инструментами. Эл велел ему поменьше общаться с Тависом, чтобы не провоцировать, но вот сейчас он пришёл сам – и что с ним делать? Воспитывать? Игнорировать? Сбежать от греха подальше? Но испуганный мальчишка напротив не выглядел врагом. И пришёл он не обличать колдуна, а просить поддержки у старшего товарища, опытного, с которым не раз стоял плечом к плечу против потусторонней дряни…
 
– Подавится.
– Ареем и Риком не подавилось. – Тавис закусил верхнюю губу и глянул прямо – во взгляде светилось отчаяние. – Мне кажется, это из-за меня. Я ведь говорил про вред таблеток… А что если они действительно просто их не выпили?
– И обманули стоявшего рядом мага? – Ильнар ещё раз потянулся, проверяя работу мышц и состояние ауры, и вытащил из-под кушетки ботинки. – Ну-ну. Я скорее поверю в бракованную партию, но с этим будут разбираться, когда вернёмся – и да, мы вернёмся. Во всяком случае, я буду над этим активно работать. Пошли, Кир сейчас всех поднимет и погонит на зарядку.
Он встал и распахнул дверь. Утро было условно ясным – тусклый кружок солнца висел над холмами, роса на вереске отражала небо и казалась инеем. Кир, в одних штанах и босиком, отжимался посреди лагеря на левой руке, заложив правую за спину. Сонные пограничники выбирались из палаток, аккуратно огибали его по большой дуге и брели умываться, улыбаясь и перешучиваясь – похоже, вчерашняя медитация пошла им на пользу. На свежую голову идея воспроизводить на коленке сложные ментальные ритуалы казалась особенно глупой, но если уж неизвестный диверсант в такой удачный момент не предпринял ничего, может, его и вовсе не существует?
Кир поднялся, потянулся, а потом с обманчивой лёгкостью встал на руки – и продолжил отжимания в стойке.
– Хорош, зараза, – Ильнар покачал головой и обернулся. – Ты идёшь?
Тавис шмынул носом, угукнул, но остался сидеть.
– Щиты отключились до того, как они заснули, – еле слышно признался он.
Ильнар почувствовал, как сползает с лица улыбка. Стажёр, поймав его взгляд, сглотнул и заговорил, быстро и сбивчиво:
– Я… Я полночи не мог заснуть, потом вроде задремал и тут кошмар приснился… Встал, решил пройтись, воздухом подышать, снял амулет и блоки, хотел упражнения сделать, нам показывали на занятиях, а тут… Они почти одновременно отключились, меня как будто по голове шарахнуло… – Он зажмурился и помотал головой, но Ильнар и сам мог представить реакцию ауры интуита на резкое повышение фона.
– Там был кто-нибудь? У генератора?
– Не знаю… Показалось, какая-то тень мелькнула, но… Могло и показаться же.
Ильнар глубоко вздохнул, сдерживая рвущуюся наружу ругань. Могло и показаться – но если бы он знал про подозрительную тень, додумался бы поискать какие-то следы, а не торчать полдня у костра, печально размышляя о таблетках.
– Почему сразу не сказал?
Тавис не то хмыкнул, не то всхлипнул, потом поднял руки, дрожащими пальцами отстегнул застёжку амулета, сжал его в кулаке, словно не решаясь отпустить.
– Я торчал рядом со щитами перед тем, как они отключились, – чуть слышно проговорил он. – А перед этим пугал всех стимулятором. На кого бы подумали в первую очередь?
Может, и подумали бы. Опросили бы в присутствии магов, понять, что он говорит правду, было бы не сложно. Но, видимо, для Тависа маги были куда страшнее потенциального убийцы – или он тоже подозревал кого-то конкретного.
Например, того, кто ставит и убирает щиты одним движением руки.
– Я в это время спал, если что. И Ориен тоже.
– Я знаю, – Тавис вымученно улыбнулся. – Проверил. И вышло, что кроме меня некому. А потом ещё драконы… Ребята говорили, ты всех спрашивал про щиты, а ко мне не подходил. – Он зажмурился, со свистом втянул в себя воздух. – Помнишь, в конце лета был разрыв в парке? Мы закрывали зону щитом, и Кир велел… велел поднять мощность, и я… решил…