"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Кариса вздохнула и отвернулась.
– Чего тебе нужно?
Над левым ухом послышался смешок, Тео едва удержался, чтобы не передёрнуть плечами.
– Просто хочу с тобой общаться – это много?
– Общаться с идиотом и свиньёй? – подала голос тренер. – У нас тут, как видите, чисто девичья компания.
Она повела рукой в сторону акварельных балерин, и жест вышел неожиданно изящным.
– С раскаявшимся идиотом, – поправил Тео. – А свинья отправится к мяснику, если посмеет хрюкнуть лишнее. Ри, я правда… Прости. Пожалуйста.
Он сосредоточился, вызывая в памяти нужные воспоминания, и Лейро понятливо подсветил нужные чувства. Малышка Ри – так Тео называл в детстве девочку, похожую на куклу в своих кружевных платьях. Кое-кого из его знакомых младшие сёстры раздражали, а он своей любовался и восхищался. Она была невероятно красивая, изящная, хрупкая – и нет, у него даже мыслей не возникало её обидеть!..
Кариса несколько мгновений смотрела ему в глаза, потом медленно повернула голову, взглянула на подругу.
– Иди, – она уронила перчатки и скрестила руки на груди. – Я догоню. Нам нужно… – Она запнулась, но твёрдо закончила: – Поговорить наедине.
Тренер перевела недоверчивый взгляд с неё на Тео, потом обратно.
– Уверена? Ну хорошо, как скажешь.
Она смерила Тео недоверчивым взглядом и вышла. Кариса дождалась, пока дверь закроется, и опустилась на скамью.
– Ты вроде бы не врёшь, – задумчиво проговорила она. – Но я всё равно не верю в сказочку про любящего братика. И помню те духи… И не только их.
Тео пожал плечами и легонько стукнул грушу. Та закачалась, недовольно заскрипела цепью.
– Ты не сказала обо мне доктору.
– И не скажу. И ты не скажешь, ясно?! Не хочу, чтобы он думал…
Тео на всякий случай сделал шаг назад и снова поднял руки.
– Ты не так поняла. Конечно, я не скажу, просто… За это я тоже хочу извиниться. Нехорошо вышло. Ты не виновата, не думай, я сам…
– Идиот и свинья?
– Именно.
Она слабо улыбнулась и прислонилась к стене. Помолчала, разглядывая потолок.
– Ты водился с чёрно-красными, – неожиданно произнесла она. – Они тебя подослали?
– Думаешь?
– Уточняю. Они постоянно пытаются со мной встретиться, пишут письма, предлагают, – она зло искривила губы, – сотрудничество. На чём-то ведь они подловили тебя в прошлый раз.
– На меня до сих пор полиция подозрительно смотрит. Они меня вытащили, конечно, но… Нет. Мне хватило общения с этим…
Он осёкся, не желая называть имя.
«Не скромничай. Обругай меня как следует, пусть проникнется».
Желание последовать этому совету на какой-то миг стало почти нестерпимым, но ему удалось сдержаться.
– Если ты думаешь, что я явился уговаривать тебя положить свой дар на служение Ордену – то зря.
Никакого Ордена – её дар был нужен лично Магистру. Но в целом ведь он не врал, так?
Она медленно кивнула.
– Хорошо. Они ещё пытаются пугать меня инициацией, мол, частые видения могут спровоцировать. Но доктор сказал, что аура стабильна, а видения…
Пауза затянулась, и Тео осторожно уточнил:
– Они всё-таки приходят?
– Да.
Кончики пальцев закололо и во рту пересохло. Тео подавил раздражение, своё и чужое, присел рядом. Кариса не шелохнулась, и он рискнул:
– И что ты видишь?
– Не «что», – бросила она. – «Кого». Угадай.
Её губы дрогнули, на миг сжались в линию. Тео демонстративно отодвинулся и скрестил руки на груди.
– Не буду. Ты обещала меня убить, если напомню.
Кариса негромко рассмеялась. Встала, подошла к груше, медленно подняла руку, сжала кулак, коснулась – легонько, но цепь снова заскрипела.
– Доктор велел мне учиться сдерживаться, – почти нежно проговорила она. Погладила грушу кончиками пальцев, странная, неуместная ласка – и серия из трёх быстрых ударов за ней. – И я учусь. Бить грушу проще, чем живых людей. Живые люди не всегда виноваты в том, что мне плохо. – Она поймала качающуюся грушу, обняла, прижалась к ней лбом и глухо добавила: – Доктор говорит, что он не виноват, и что мне нужно его простить… А ты говоришь, что простить надо тебя. Что делать, если я не хочу прощать?
 
Она повернула голову, глянула сверху вниз. Губы её вздрагивали, будто она не определилась – расплакаться или плюнуть в лицо. Изнутри плеснуло жаром, и до смерти захотелось впиться в эти губы жадным поцелуем, запустить пальцы в возмутительно короткие волосы, задрать облегающую маечку…
«Уймись, слышишь?! Ты обещал дать мне с нею поговорить!»
«Она не хочет с тобой разговаривать. И уж точно не станет делиться сокровенными фантазиями об объекте нежных чувств. Но я знаю, как её заставить – и она снова никому ничего не скажет, если тебя это волнует».
«Не надо!»
«Есть другие варианты?»
Сильные эмоции. Для видения нужны сильные эмоции, прямо сейчас… Злость? Ненависть? Страх?..
«Интересная идея, – помедлив, признал Магистр. – Уверен?»
Тео не успел даже кивнуть. В груди плеснуло жаром, дыхание перехватило, он запрокинул голову, захрипел, вцепился пальцами в воротник, пытаясь не то разорвать, не то расстегнуть. Кариса ахнула, прижала ладонь к губам – а потом он свалился со скамьи, впечатался щекой в холодный пол, и перестал видеть. Из груди в стороны словно рванули тонкие спицы, вонзились в горло, в запястья, в бёдра…
– Тео! Очнись, слышишь?!
Сознания он и не терял, и та часть, которую удалось уберечь от ослепляющей боли, сознавала, что это правильно – чем больше он чувствует, тем сильнее она верит. Но змеевы потроха, как же…
Магистр позволил ему вдохнуть – выдох превратился в стон, хриплый и подвывающий. Тонкие пальцы вцепились в запястье, отпустили, тут же на щёки легли упоительно прохладные ладони…
– Ты меня видишь?! Что с тобой?! Ты только не умирай, я…
Он увидел перед собой огромные синие глаза – плещущийся в них страх почему-то казался сладким. А потом глаза вдруг закатились, и лицо сестры стало похожим на маску.
– Не хочу, – пробормотала она. – Не хочу… Уйди, не хочу!
Больше не нужная боль схлынула почти сразу. Тео кое-как восстановил дыхание, перекатился на бок, наблюдая за вошедшей в транс провидицей.
– Ри?
Она сидела на коленях, слегка покачиваясь, и по щекам катились слёзы. Он тоже сел, хотя и с трудом – каждое движение отзывалось болью в мышцах. Змеев Магистр чуть наизнанку его не вывернул…
– Не хочу… Пожалуйста…
– Иди ко мне.
Он обнял сестру, и та послушно прижалась к его плечу. Она вздрагивала, и кусала губы, и была где-то не здесь…
– Не-на-ви-жу…
Каким-то шестым чувством Тео понимал, что Кариса сейчас говорит не о нём. Фантазии об объекте нежных чувств? А ну-ка…
– Опять он, да? Тебе плохо? А хочешь… Хочешь, я его убью? Он перестанет приходить, точно… Нет? Ну скажи мне, что сделать… Расскажи… Просто расскажи, станет легче…
Она всхлипнула, помотала головой – а потом заговорила.
Дикие земли. Опасные твари. Бронированные машины. Незнакомые имена. Огненные бабочки над ладонью мага. Она говорила еле слышно, сбивалась, начинала сначала, срывалась на слёзы и крик – а потом снова принималась шептать. И с каждым произнесённым словом Тео чувствовал, как растёт внутри злость – не понимал только, своя или чужая. И тоже говорил – утешал, успокаивал…
– Я убью его. Хочешь?
Ответом был приступ смеха – истеричного, злого. Кариса вцепилась в его плечи, словно хотела хорошенько встряхнуть – и нет, она не хотела, и это тоже злило, но он старательно гладил сестру по спине, борясь с желанием оторвать её от себя и дать пощёчину…
Тренер вернулась как раз вовремя. Ахнула, зло отпихнула его в сторону, захлопотала над подопечной, предлагая лекарства и воду. Тео кое-как поднялся на ноги, шагнул к двери, осознавая, что убедительно соврать о своей непонятной болезни и чудесном исцелении он не сможет. Внутри клокотал гнев, больше всего ему сейчас хотелось ругаться, но точно не при сестре. Проходя мимо груши, он на миг замер, а потом от души врезал по ней кулаком. Костяшки пальцев заныли, раздражение усилилось, но нужно идти, нужно держать себя в руках, коридор, лестница, ещё коридор, открыть дверь, закрыть дверь, схватить с ближайшей тумбочки вазу с сухоцветами, грохнуть об пол…