"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Ильнар молча наклонил голову. Ритуальное «служу Империи» следовало говорить громко и чётко, но горло словно сдавила чужая рука, а хрипеть не хотелось. Рядом Ориен последовал его примеру – хотя и с задержкой. А потом Император пожелал доброго пути, и встали уже все, и положенную фразу рявкнули хором в тридцать глоток, и Ильнар позволил себе ещё раз скосить глаза вправо…
Тавис смотрел перед собой странно блестящими глазами – молча, даже губами не шевельнул.
Кажется, у них будут проблемы.
***
– Да не будет никаких проблем, – отмахнулся Фин, не отрывая взгляда от дороги. Постоянные маршруты пограничников были засыпаны крупной светлой щебёнкой, по которой вездеходы шли почти так же плавно, как сферокары по магнитным трассам. – Он просто не ожидал, и всё. Кир отлично знает и тебя, и Тависа – думаешь, он стал бы пихать его в экспедицию, если б это было плохой идеей?
Ильнар пожал плечами. Сквозь толстое стекло кабины был виден зад головной машины – той самой, с бульдозерным отвалом. Сразу после собрания Эл утащил Тависа в медблок, оборудованный в прицепе третьего вездехода, так что поговорить с ним не удалось. Кир проводил обоих задумчивым взглядом, но разорваться командир не мог при всём желании, а обсуждать отношения в коллективе по рации не слишком удобно. Скорее всего, Фин прав, да и Тавис вряд ли горел желанием убивать инициированных сам, но…
Сменный водитель вездехода, узнав, что маг намеревается сидеть в кабине, слинял в кузов – якобы для того, чтоб не создавать тесноту и не мешать Фину. Учитывая, что кабина была семиместной, а большую часть кузова занимали палатки, спальники, генераторы щитов и прочее снаряжение для установки лагеря, предлог выглядел жалко. Попытки впихнуться вдесятером на две узенькие скамейки тоже не вызывали сочувствия – Ильнар был уверен, что пограничники собрались именно для того, чтобы обсудить новость о магах. Впрочем, такой реакции он ждал и морально готовился ломать общественные шаблоны в отношении инициированных.
Вот только Тавис…
– Заканчивай вздыхать. Нет, я тебя понимаю, конечно. Я бы тоже предпочёл видеть в экспедиции не Тависа, а одну прекрасную юную деву. Три недели смотреть только на мрачных мужиков – тяжкое испытание для психики… Ну чего ты так смотришь? Улыбнись, юмор жизнь продлевает!
Ильнар вздохнул ещё раз, громко и демонстративно. Предполагаемый конфликт с Тависом, как ни крути, был всё же предпочтительнее мёртвой клятвы – о которой Фин, кстати, не знал. Пару раз Ильнар пытался начать разговор, но так и не решился – последствия нарушения тайны в книге были описаны очень подробно. Да, он уже рассказал о проблеме Киру и Элу, и в отчёте написал, и чары не отреагировали – значит, подвергались риску лишь те, кто знал о клятве изначально…
– Одна прекрасная юная дева на толпу мрачных мужиков? Да я вас всех голыми руками передушил бы, на всякий случай.
Фин рассмеялся.
– Тогда ясно, чего Император передумал отправлять её с нами – опасался твоей ревности! Или нет?
Он продолжал улыбаться и смотреть на дорогу, и сквозь ментальный блок ауру видно не было, но Ильнар отчего-то знал, что вопрос задан всерьёз – и Фин ждёт серьёзного ответа. Воспоминание о прощальном разговоре с Кеарой больно царапнуло внутри, говорить о подробностях было куда сложней, чем признаваться в одержимости.
И как же сейчас не хватало совета от Таро!..
Вездеход впереди вдруг моргнул фарами и начал притормаживать. Фин тоже вдавил в пол педаль тормоза, и Ильнар, пользуясь возможностью свернуть разговор, опустил боковое стекло.
Ощущение присутствия дикой магии ударило в лицо, будто встречный ветер. Вездеход ещё не успел остановиться, но он не стал ждать: распахнул дверь, соскочил с подножки, поскользнулся на щебёнке, едва удержав равновесие, бегом рванул вперёд, к головной машине, всем своим существом понимая – не успевает…
Не успел.
Обочечник взвился вверх впереди и справа, расшвыривая в стороны грунт и мелкие камни – Ильнар успел прикрыть лицо рукавом, но какой-то осколок саданул по лбу. Тёмная воронка покачивалась на узком основании перед самой мордой вездехода, если б проехали ещё пару метров… А маг, растяпа, ничего не почуял, и возможные жертвы были бы на его совести, и обочечники, кажется, не способны передвигаться в активной форме, нужно бить вон в тот яркий узел, лишить тварь магической подпитки, и энергетическое плетение вспыхивает над ладонью, обжигает кожу…
 
С крыши вездехода недовольно бухнуло орудие, повеяло холодом. Ильнар медленно опустил руки, стряхнул с пальцев не пригодившееся плетение, глядя, как нейтрализатор искристым облаком окутывает воронку. Несколько мгновений серые хлопья кружились в воздухе, потом осели неопрятной грязной лужей, впитались в грунт. По ушам ударил вой твари, в подошвы ботинок ткнулась волна вибрации – и яркий энергетический узел, видимый в Истинном зрении, угас.
Всё.
– Чего, дан колдун, напугался? – окликнул с крыши стрелок. – Этот-то мелкий ещё, так они метров пять в диаметре бывают и по двое-трое сидят – машину перевернут и жрут всех, кто выползет. Но ты не боись, я на страже!
Выглядел бдительный страж ровесником Кира, а растрёпанные тёмные волосы и густая, но короткая борода в сочетании с серо-зелёным камуфляжем вызывали ассоциации с каким-нибудь заросшим лесным духом. Куртка расстёгнута до середины, капюшон сброшен, перчатки без пальцев – здесь, в пограничной зоне, он явно чувствовал себя как дома. Всего-то четыре с половиной единицы фона, не интуит и не заметит…
Маг, прячущийся в бронированном вездеходе, тоже.
Из кабины выглянул Кир, вопросительно изогнул бровь, и Ильнар покачал головой, чувствуя себя на редкость глупо. Знал ведь, что пограничники с обочечниками сталкиваются часто, и что оружие против них есть, и что каждый вездеход оборудован датчиками – прячущаяся под землёй тварь фонит дикой магией, да и без датчиков обочечника под щебёнкой видно. Знал – и всё равно выскочил, как дурак, даже щита не поставил. Спасатель и герой, змеевы потроха…
– Подвинься, – буркнул он, хватаясь за спускающуюся с крыши лесенку.
– Зачем это? – насторожился стрелок.
– Поучусь у тебя… Сторожить.
Кир приоткрыл дверь кабины. Ильнар замер, но майор лишь протянул ему рацию – плоский белый коробок с тремя зелёными кнопками и одной красной.
– Что почуешь – докладывай. Проверим калибровку датчиков.
Дверь хлопнула, спустя мгновение взревел двигатель. Стрелок презрительно скривился, сплюнул – мимо Ильнара, но рядом, – и отодвинулся.
– Учись-учись. Может, живым вернёшься.
Ильнар устроился на узкой металлической скамейке, приваренной к ограждению крыши. То, что они с Ориеном будут дежурить по очереди, страхуя стрелков, предполагалось ещё перед выездом – не всех тварей, живущих за пределами пограничных маршрутов, могли опознать датчики. Так как участие магов в экспедиции скрывали до последнего, кое-какие подробности Кир планировал донести до коллектива вечером, на привале. Никто не думал, что в первый же день пути на экспедицию нападёт какая-нибудь неизвестная дрянь – а ради известной дряни магов, как выяснилось, можно не беспокоить.
Впрочем, раз уж начальство не против, почему бы не посидеть на крыше? Погода хорошая, солнышко светит, птички поют, листочки распускаются – и никаких неудобных разговоров.
Вездеход качнулся, двинулся с места, набирая скорость. Ильнар обернулся и помахал рукой. Выражения лица Фина сквозь стекло кабины он не разглядел – но не приходилось сомневаться в том, что вопрос о Кеаре будет задан снова.
Что и как отвечать, он по-прежнему не знал.
***
Весенний лес стоило бы рисовать акварелью – набухшие почки, сочная зелень мха на камнях, золотистые берёзовые серёжки, крошечные солнышки мать-и-мачехи на светлых полянках. Пахло влажной землёй и мокрым деревом, сквозь рёв моторов слышалась перекличка птиц, и в прячущихся под землёй монстров поверить было сложно. Тем не менее скорость держали низкую – до обеда на пути колонны встретилось ещё двое обочечников, после обеда – четверо, и троих Ильнар засёк раньше, чем сработали датчики.