"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Кир забрал у него листок, вложил обратно в книгу и аккуратно закрыл её. Уголок страницы отломился и легко спланировал на пол – словно крылышко золотистой бабочки.
– Если бы она была связана с Джанией, Лейро об этом знал бы.
Ильнар медленно выдохнул и прикрыл глаза. Интуиции командира он привык доверять, да и Магистр точно не упустил бы бывшую возлюбленную. Или он потому и потащил её с собой в Дикие земли?!
Так, срочно отвлечься.
– Значит, она была не одна. Но зачем она вообще туда пошла? И почему ночью?
– Она ещё не приносила клятву насчёт запрета на магию, – напомнил Кир. – А если читать секретные книги, то уж конечно не днём. Меня беспокоит другое – у Лейро ведь тоже был маг.
– И ты свернул ему шею. Разве его чары не должны были разрушиться?
– Змей его знает. – Майор сдвинул брови, побарабанил кончиками пальцев по столу, подняв облачко пепла. – Джания не стала бы действовать во вред Ордену, а если бы Алтина хотела уничтожить книгу, она бы сделала это без твоей помощи. Но ей, очевидно, нужен маг, который разбирается в теме. – Он отряхнул руки и с неудовольствием взглянул сперва на книгу, потом на Ильнара. – Я могу отвезти эту пакость в Ксантар, чтобы сделали нормальный перевод.
– Не надо. Я сам.
Взгляд Кира стал очень внимательным. Ильнар набрал воздуха, готовясь высказать аргументы: мол, давать Изменённому в руки магическую книгу может быть опасно – не для него, так для книги, – а переводчикам Тайной канцелярии староимперский вряд ли поможет без знаний об образном языке заклинаний. Однако майор кивнул.
– Пожалуй, с Кеарой эту тему тоже лучше не обсуждать. И… месяц, помнишь?
Месяц. Мало это или много?
Нужно попросить у Алтины что-нибудь, во что можно завернуть книгу, не тащиться же с ней через всю резиденцию. И ещё словарь. И пару тетрадей. И записи о Джании – должны же быть в монастыре какие-то записи, правда? И стационарную клавиатуру к коммуникатору, писать вручную он устал ещё на дневниках.
И Кеара, он обязательно должен поговорить с ней – не о клятве, не о магической связи, не о Диких землях…
Ильнар вздохнул, помянул Змея и пошёл к двери.
***
Комната была знакома – та самая маленькая гостиная, где они обсуждали планы перед отправлением в Дикие земли. Иллюзорное пламя в декоративном камине, тяжёлые портьеры на окнах, длинный стол из тёмного дерева, стулья с высокими жёсткими спинками. Девушка, сидящая на самом краешке сиденья – спина прямая-прямая, и губа закушена, и сквозь ментальный блок ничего не видно, но она вскидывает голову, ловит его взгляд и смотрит – долго-долго…
Ильнар с трудом заставил себя оставаться на месте. Казалось, внутри захлебывается восторженным лаем щенок, увидевший любимую хозяйку – хотелось броситься к ней, вилять хвостом, лизать руки и скакать по комнате, сшибая мебель. И не думать, ни разговаривать, ни о чём не спрашивать… Если именно так ощущаются привороты, Карисе стоило посочувствовать.
Он шагнул к столу, на ходу прокручивая в голове привычные упражнения, и попытался улыбнуться – просто вежливо.
– Привет.
Показалось, или она вздрогнула? Молчит и смотрит – странно так, оценивающе… Или испуганно? Вспоминает светящиеся глаза и разорванных в клочья скатов? А может, за ночь она снова забыла? И что сказать, какими словами начать этот злосчастный разговор, о котором он мечтал эти три месяца?!
Да Змей бы побрал все эти эмоции и мысли!
Ильнар в четыре шага пересёк разделявшее их расстояние, подхватил изумлённо ахнувшую девушку под руки, прижал к себе, уткнулся носом в её шею, чувствуя, как от запаха её волос начинает кружиться голова. Зверь внутри перестал притворяться милым щенком и удовлетворенно заурчал – сейчас всё было хорошо и правильно, но в интонациях угадывалась и угроза.
«Моя. Не отдам».
– Если ты хочешь меня задушить, – чуть слышно проговорила Кеара, – старайся лучше.
Попытка ослабить объятия зверю не понравилась, но Ильнар не зря три месяца тренировал эмоциональный контроль. Он слегка отстранился – Кеара улыбалась и выглядела в тысячу раз лучше, чем на портретах…
А если отодвинуть эмоции и включить, наконец, мозг, то бледной она выглядит и уставшей. И глаза припухшие, покрасневшие – ночью она, кажется, не спала. Или плакала. Или всё сразу.
– Ну вот, теперь вы можете поговорить, как и хотели.
Ильнар обернулся. Наставница уютно устроилась в самом дальнем от них кресле, у камина, и раскрыла книгу, всем своим видом выражая нежелание мешать разговору. Зверь досадливо рыкнул, однако надеяться, что Алтина оставит воспитанницу наедине с инициированным, особенно после всех намёков, не стоило. Не то чтобы у них были от неё секреты…
А стесняться и вовсе глупо. Змеевы потроха, он три месяца ждал этой встречи, и даже если в свидетелях будет весь монастырь, разговор состоится!
Если, конечно, он вспомнит все нужные слова.
– Ты не злишься?
Ещё час назад у него был ответ на этот вопрос – но злиться на Кеару, доверчиво прижавшуюся щекой к его плечу, было невозможно. Ильнар аккуратно коснулся губами её волос, потянул к стульям, кивком предложил сесть – спиной к Алтине, лицом друг к другу. Сколько же всего нужно сказать, и как жаль, что она не читала его писем… Наверное, стоило бы повторить, но произнести вслух всё то, что выплеснулось на бумагу в порыве отчаяния, он вряд ли смог бы. Она была рядом, она его не оттолкнула ни сейчас, ни ночью, а значит, можно сосредоточиться на главном вопросе.
– Почему ты разорвала помолвку?
Она помедлила. Секунды текли, как старые больные улитки, медленно и печально, и за пару таких секунд он сам едва не успел состариться…
– Испугалась. – Кеара на миг зажмурилась, потом всхлипнула и подняла голову. – Молчи. Сама знаю, глупо и даже нечестно… Я плохо соображала тогда. И я не хотела забывать, правда… Прости. Прости, пожалуйста.
Он был готов простить что угодно, вплоть до убийства. Какая разница, что и когда было, если прямо сейчас она смотрит снизу вверх блестящими глазами, и весь мир идёт к Змею в задницу… Вот только ещё один вопрос.
– Значит, я могу надеяться, что моё предложение принято?
Она вздрогнула, отвела взгляд, и зверь внутри жалобно заскулил.
– Я ведь вернулся, как и обещал.
– Я тоже.
Кеара поймала его за руку, потянула вверх рукав. Провела ладонью от скрытого повязкой запястья вверх, по перламутровым чешуйкам, по коже, освобождённой от чешуи совсем недавно и потому особенно чувствительной – настолько, что дыхание сбилось, а по спине побежали мурашки, хотя в комнате тепло, даже пожалуй, жарко. Тонкие пальцы сжали предплечье, ментальный блок пока держался, но, змеевы потроха, он же не железный!..
А потом она заговорила, тихо и медленно. Об убийстве Дареи, о Фине, о Лейро. О падении айринга и Диких землях. О чёрных птицах и храме в сердце мёртвого города. О Карисе.
О том, насколько больно и страшно смотреть, как падает человек, как жутко выглядят на белом снегу алые капли – хуже, наверное, только неизвестность…
Ильнар шипяще выдохнул и накрыл ладонь Кеары своей, вынуждая её разжать пальцы. На коже остались яркие красные пятна.
– А если ты хочешь меня задушить… Знаешь, попроси Кира, он точно лучше справится.
Кеара не то фыркнула, не то всхлипнула.
– Дурак.
– Как всегда. Опасный, чешуйчатый, безумно влюблённый… Ну сегодня хотя бы трезвый.
Она вздохнула и поймала его ладонь обеими руками.
– Я хочу тебе помочь. Я готовилась работать в спецбольнице, но больниц пока нет, а ты здесь…
– Звучит так, будто ты хочешь на мне тренироваться.
Она на миг замерла, потом рассмеялась.
– Ну нет же! Я хочу…
– Чего?
Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, потом Кеара опустила взгляд и попыталась убрать руки, но Ильнар не отпустил. Пауза затягивалась, молчание становилось мучительным, в голову полезли подозрения насчёт клятв и Джании – да что происходит в этом монастыре, в конце концов?!