Клан. Разбитые стекла (СИ)

Полина сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь расслабиться, успокоиться и отрешиться от навязчивых мыслей, навеянных страхами и сомнениями. За завываниями ветра тихий скрип двери остался не услышанным.
Андрей аккуратно прикрыл за собой дверь, набросив на нее запирающее заклинание, и шагнул в комнату. Маг двигался плавно и бесшумно, словно призрак, чтобы не потревожить сон Полины. Но опасения оказались напрасными — девушка не спала. Ментальный фон уже почти успокоился, но все еще рябил ртутными отголосками тревоги и остаточной полынной горечью. Андрей отодвинул в сторону тяжелый балдахин и присел рядом с человечкой, мягко коснувшись ладонью слегка растрепанных волос. Полина изо всех сил продолжала делать вид, что спит. Но напряженно сжатые веки, неглубокое учащенное дыхание и пальцы, судорожно вцепившиеся в голубой шелк, выдали бы ее и без всякого ментального фона.
— Лина, притворщица и врушка, — маг укоризненно покачал головой. — Ну вот какого демона тебе не спится? Хочешь до ручки себя довести, к демоновой праматери?
Девушка покраснела и открыла глаза. Продолжать притворство не было смысла. Полина неловко отползла от Андрея и села в кровати, обняв колени и вопросительно глядя на мужчину.
Теперь, когда стало не нужно играть и держать лицо, Полина увидела, насколько маг измотан. За эту ночь он словно постарел лет на десять, на лбу залегла глубокая складка. Собираясь встретиться с вампирами, Полина даже представить себе не могла, насколько это опасно, серьезно и чего эта встреча могла стоить ему. Кроме крылатых, есть и куда более жуткий и опасный враг, до поры затаившийся в тени в ожидании малейшей ошибки экзарха. От одного взгляда на усталое, осунувшееся лицо мага, покрытое двухдневной щетиной, инцидент в кабинете королевы вампиров показался мелким и незначительным, а желание обсуждать его бесследно исчезло, растаяло в бесконечности мрачных каменных коридоров. Даже сейчас он заботился о ее отдыхе и комфорте. Пусть и в несколько грубоватой военной манере, но искренне.
— Не смогла заснуть, — призналась Полина. — Переволновалась, наверное. И не чувствую себя здесь в безопасности.
— Лина, на тебе моя Печать. Она защитит тебя, даже если меня не будет рядом. Тебя не коснется ни пожар, ни взрыв, ни авария, дикие звери и опасные твари обойдут стороной, вода не утопит, огонь не сожжет, яд пылью обратится, убийца, насильник или грабитель умрет прежде, чем ты успеешь испугаться. Пуля уйдет в сторону, нож прахом рассыплется. А вампир без зубов останется, — успокоил Ивашин. — А вечность без зубов — так себе удовольствие.
— По-почему? — девушка широко распахнула потрясенные глаза, играющие отраженными огоньками свечей.
— Потому что ты — моя. Потому что такова моя воля. И потому, что я обещал беречь тебя и защищать твои интересы.
— Так сегодня ты… защищал мои интересы?
Андрей вздохнул и поднял руку, вычерчивая в воздухе какой-то знак.
— Таоn tan otrienn. Нemisphaerium silentium.
Из центра ладони мага ударил белесый луч, развернувшийся в полупрозрачную сферу, отсвечивающую синими всполохами. Андрей и Полина оказались внутри этого чудовищного мыльного пузыря. Полина инстинктивно зажала занывшие и заложенные, как при перегрузке, уши.
— Что это? — девушка потрясенно разглядывала сферу.
— Купол Безмолвия. Информационная защита от прослушки, считки и прямого скана.
Девушка смотрела на иерарха так, словно он вдруг заговорил по-китайски.
— У вампиров тонкий слух и своеобразные магические способности. А еще им доступны любые современные технические новинки и предметы техномагии, причем из разных миров, — пояснил Андрей. — Ровена не опустится до подслушивания и подглядывания под дверями, но не подстраховаться она не могла. А купол — страховка для нас. А насчет твоего вопроса — ответ «да». Я защищал твои интересы, пусть и несколько неприятным для тебя способом.
— Поняла, — кивнула Полина, пряча взгляд. — Как прошли переговоры?
— Лучше, чем я мог представить. Каждый получил то, к чему стремился. Артефакт вернулся в схрон, я проверил.
— А ты узнал что-нибудь про папу? — тихо спросила девушка.
— Узнал. Но вряд ли это знание тебя порадует.
— Папа умер? — догадалась Полина. — Его убили?
Андрей молчал. Переключившись на магическое зрение, он просматривал линии реальности, кровные связи и огромные массивы вероятностей. Бессмысленно. Носферату сказала правду. Нариман мертв.
— Убили, да? — из золотистых глаз по щекам покатились крупные капли, оставляя за собой влажные дорожки.
— Убили, Золотинка. Еще до твоего рождения. Прости, мне очень жаль.
— Скажи, что это неправда! — Полина обняла иерарха, прижавшись к его груди.
Она держалась за мужчину, как за спасательный круг. Единственный остров стабильности и надежности в бушующем океане слетевшей со всех катушек жизни.
— Я не могу лгать, Солнышко, — вздохнул Андрей, нежно касаясь губами заплаканного лица. — Могу играть, лукавить, недоговаривать, запутывать или смещать акценты, но не врать. Я понимаю, что сейчас разрушаю твои иллюзии и надежды, и это больно. Но дать ложную надежду, сознательно лгать в глаза, чтобы потом было еще больнее — во много крат хуже.
Полина молчала. Маг был прав. Слезы закончились так же внезапно, как и прорвались. Теперь ее накрыла жуткая усталость и какая-то непонятная отстраненность.
— Андрей, а как его звали? — собралась с силами девушка.
— Нариман. Нариман Ивер Оррест.
— Спасибо, — донесся в ответ тихий шепот. — А кем он был?
— Достойным мужчиной, Лина. Я прикажу собрать досье на твоего отца, — продолжал чекист. — И пробью его по своим каналам. Возможно, это поможет найти других родственников.
— Каких? — не поняла девушка.
— Кровных, демонова погибель, — пояснил маг очевидное. — Бабушка, дедушка, милые тетушки, заботливые дядюшки. Может, брат или сестра найдется, кто знает?
— Брат? Сестра? — Полина не поверила своим ушам. Но это действительно было возможно. Девушка удивилась, что эта простая мысль не пришла ей в голову самостоятельно.
— Именно. Все детали обсудим в резиденции, я просто демонски устал. А впереди перелет и порталы.
— Какие порталы? — удивилась девушка. — Обычно одного портала хватает.
— На этот раз перемещение будет дальше, чем ты думаешь. В базовой реальности становится все жарче, и в зону риска попадает даже резиденция. Я принял решение о твоей срочной эвакуации.
— Как? Куда? — растерялась Полина.
— Уровень Альвирон. Один из самых развитых, красивых и безопасных миров, подходящих для человека.
— Я не хочу в другой мир! — девушка отрицательно замотала головой. — Что я там буду делать совсем одна? Не зная ни мира, ни языка, ни законов? И как же месть?
— Лина, я не спрашиваю, хочешь ты или нет, — в голосе мага прозвучала сталь. — Идет необъявленная война, в которой уже погибли многие. И до обещанной мести еще нужно дожить.
— Ты обещал учитывать мое мнение, — упавшим голосом пробормотала человечка.
— Я обещал защищать и учитывать твои интересы. Что такое интересы и чем они отличаются от капризов, нужно объяснять? Или ваша раса все-таки различает эти понятия?
Полина промолчала. Лишь одарила нелюдя хмурым взглядом. Чем интересы отличаются от капризов, она понимала и без объяснений. Ее опасения, неуверенность, страх перед неизвестным, обычное человеческое сопротивление пугающим переменам и желание их избежать для иерарха были глупыми девчоночьими капризами. И менять из-за них свои решения этот сатрап и чекист не собирался. Когда она из любопытства расспрашивала Дэма об Альвироне, возможность увидеть этот уровень собственными глазами Полине и в голову не приходила. А вынужденный переезд и проживание в другом мире, да еще и против воли, вообще не укладывались в голове. Как этот нелюдь может так жестоко вырывать ее из родного мира и бросать в неизвестность, словно котенка или щенка в воду? Равнодушно отослать ее прочь от всего, что было ее жизнью? И от себя. Девушка вздрогнула, вспыхнула и торопливо отвела глаза. Собственная реакция на предстоящую разлуку, пусть и не совсем осознанная, пугала.