Кот, зверь и конец света (СИ)

  
Глава 7, в которой что-то получается, но не то, что нужно
 
Дверь квартиры распахнулась перед его носом, словно его тут ждали.
— О, явился, — почти совсем не угрожающе сказала Св, уперев руки в боки.
— О, нет, — простонал Илья, который надеялся просквозить потихоньку, чтобы не акцентировать внимание на обстоятельствах своего отсутствия.
— О, да, — не согласилась Св. — Ты какого лешего телефон не брал?
Илья поднял вверх указующий перст, призывая к вниманию, потом сунул руку в карман, достал свой вымокший и немного высушенный телефон и торжественно вручил сестре. Пока она недоуменно вертела его в руках и пыталась включить, Илья проскочил мимо нее в квартиру и побыстрее сбежал в ванную, чтобы отмокнуть в тепле, вяло воспроизводя в голове последовательность событий, а потом стараясь все это выкинуть из головы. На самом деле, он хотел не думать о том, что с ним было, и что еще будет, а завалиться спать, и желательно, чтобы кот рядом храпел, и никакие нездешние ветры не дули в его жизнь хотя бы до утра.
Подлый кот, впрочем, пришел только под утро, благоухая совсем не духами, но Илья в сонном великодушии простил ему даже такой faux pas.
Всю ночь ему снились странные сны, в которых он пробирался через лес на Третьих землях, и Шторм шел рядом с ним, иногда подбадривая. Или Царь Туманов величественно склонял свою голову, слушая его рассказ. Или почти-бесконечная библиотека разворачивала изгибы своих полок, чтобы поднести ближе к нему самый обычный учебник по php вместо затейливых томов по магии и истории дальних стран, где водятся чудовища. А потом он словно бы проснулся, открыл глаза, всем телом ощущая это усилие, и обнаружил, что лежит на деревянном полу, залитом немного холодноватым, прозрачным утренним светом, который льется из окон террасы. За окном виднелась молодая зелень каких-то плодовых деревьев. Не понимая, где он и что происходит, но почти уверенно вспоминая, что спать ложился в собственную кровать, Илья приподнялся на локте, чтобы оглядеться, и вперился взглядом в чьи-то босые ноги, стоящие на ошкуренном бревне. Подняв взгляд выше, он встретился взглядом с их хозяином: внушительный мужчина, весь белый, словно присыпанный мелом, то и дело поглядывал на него, вырезая узор на небольшой доске.
— Ты — Зверь Мора, — сказал мужчина.
— Да, — ответил Илья, и услышал, как его собственный голос где-то сбоку сказал то же самое второй раз. Он резко повернулся в ту сторону и обнаружил там точно так же ищущего его взглядом своего двойника. Перепугавшись, Илья вскочил на ноги, его визави тоже взвился с пола, и они замерли, пожирая друг друга полными негодования взорами.
— Ты! — сказал Илья Аилису, а Аилис Илье, и оба задохнулись от бешенства. — Как ты сюда попал?
Белый мужчина негромко рассмеялся, и этот звук заставил их обоих на секунду обернуться.
Илья успел заметить, что на доске, которую тот вырезал, было прямоугольное углубление посередине, словно для инкрустации, разделяющее пополам солнечный диск, а по четырем углам были трубящие ангелы. Но подробности уже ускользали, утекали, картинка смещалась, и вместе с ней расслаивался звук: Аилис что-то крикнул ему, и слов было не разобрать, но Илье послышался вызов на поединок, или на встречу, или только почудилось? Последние отзвуки смешались с утренней тишиной, и в открытые глаза хлынула картинка окружающего его на самом деле.
— Ничего себе астральный опыт, — буркнул Илья себе под нос и пошел собираться в универ, попутно всерьез разгневав своего домашнего суперкота возней и шебуршением.
— А нечего было шляться неизвестно где полночи, — укорил его в ответ Илья и все-таки ушел. Видимо, Шторм в самом деле временно потерял их след — по крайней мере, ни по дороге в универ, ни из него никаких странных происшествий не случилось. Задавшись целью отыскать и допросить своего коллегу по непоняткам, Илья попытался было позвонить по оставленному Пони номеру, но ответа не дождался, и даже сообщения ушли в никуда. Может, все-таки надежный “кирпич” дал слабину, и телефон после принудительного купания просто не включился? Подумав, Илья решил не оставлять попыток прозвониться, но еще и попробовать поискать Дэша в местах его обычной дислокации. В частности, большим потенциалом обладала шаурмячная, листовки которой Пони раздавал чаще, чем остальных. Это легко можно было проверить по размокшей макулатуре в карманах Ильи.
 
Искомое место было где-то между Калужской и Проспектом Вернадского, судя по адресу, а, значит, можно было проверить по пути другие известные места обитания волшебных пони, по крайней мере, их часть.
Рассудив таким образом, Илья доехал до Октябрьской, где вышел и покружил по площади, обходя отдельные группки тусующейся молодежи, затем вышел к трамвайному депо, остро вспоминая недавние события, произошедшие именно здесь. До Университета отсюда стабильно и как минимум столько, сколько Илья себя помнил, ходило целых два трамвая — 14 и 28, причем на 28 было ехать дольше, но просто дождаться вагона и поехать было не так интересно и захватывающе, как попробовать самому вызвать немного страшноватое чудо, которое ему демонстрировал Дэш не так уж и давно, если подумать.
Илья поставил ногу на рельсы, чувствуя себя немного придурком, и тут же убрал, не уверенный в том, что все сделал правильно. Но тихо тренькнуло, и ярко освещенный трамвай с прочерком на табло возник практически прямо перед ним, затормаживая и едва не снося ему голову зеркалом. Передняя дверь гостеприимно распахнулась, и Илья, чувствуя себя едва ли не великим маго-кудесником, вошел внутрь. Дверь тут же закрылась, и, вопреки предыдущему опыту, трамвай просто тронулся и продолжил движение. Причина оказалась банальна: в салоне, кроме самого Ильи, находился еще один пассажир. И его бронзово-рыжие волосы и красный плащ не позволяли его спутать с кем-то другим.
Впрочем, вскакивать и нападать Шторм, кажется, не собирался: он сидел боком на одном из одинарных сидений в середине вагона и пристально смотрел на Илью своими колючими глазами, словно измеряя от и до в обещании сделать гроб точно по размеру.
— Привет, — сказал Илья, когда молчание стало совсем едким. Нашел-таки! Или не искал, и это все случайно? Он просто тоже вызвал трамвай, а Илья налетел на него, как кур в ощип?
— Аилис, — сказал Шторм сухим, словно отвыкшим от использования голосом такого тембра, который с равной вероятностью мог быть мужским и женским, — Аилис хочет поговорить с тобой.
— И ты здесь, чтобы меня к нему доставить? — с подозрением осведомился Илья.
— Вряд ли ты пойдешь без того черного, — совершенно справедливо рассудил Шторм, откидываясь на спинку сиденья и ни на секунду не спуская с Ильи настороженного взгляда.
— Это точно. Но “поговорить” это уже лучше. Нормальные люди с этого начинают.
— Ты…видишь тут людей? Да еще и нормальных? — очень сухо осведомился Шторм.
Илья фыркнул от неожиданности, давя неуместный смешок, и сказал:
— Резонно. Где назначена встреча?
Шторм несколько долгих секунд поизучал его, едва не поворачиваясь головой туда и сюда, не дать ни взять птица, потом наклонился вперед и выложил на сиденье напротив себя, развернутое в обратную сторону хода трамвая, четыре блестящих пластинки, испещренные мелкими царапинами.
— Четыре ключа. На тебя и твоего напарника. Два туда, два обратно. Покажешь ему — он подтвердит, что все честно. Приходите, как соберетесь с храбростью.
— Разве для разговоров нужна храбрость?
— Бывает, для разговоров она нужна больше всего, — строго ответил Шторм, поднимаясь на ноги. Он прошел мимо Ильи, едва не задев его краем волос и плаща, обдав запахом крови и металла и глухим рокотом изнутри реальности, остановился возле дверей. Трамвай покорно остановился, двери раскрылись, и Шторм сошел по ступенькам. Глядя ему вслед, Илья видел, как тот, ничем не отличаясь от любых других прохожих, неторопливо удаляется прочь по улице.