Наследие Эксплара (СИ)
— Эскадрилья «Затмение», — вполголоса сказал он, — противник в квадрате «Со-Три-Три» на пятисотой. Они все ваши. Не оставляйте живых.
— Понял, — Кэнлус оттянул штурвал вниз, направляя дрейфующую машину к указанной точке, — нейге и тайли — время размять крылышки. Жги сволочей!
Едва он узнал, что Ассур собирается позвать его на помощь ушедшей группе Эри, как тут же поднял половину доверенных ему пилотов и сам возглавил сформировавшийся отряд. Кэнлус после войны вернулся к лётному делу, оставив наземные операции. Союз за подвиг при штурме «Сияния», предоставил ему личное звено лучших лётчиков, а также самые новые истребители: эллиптические «Офелии», названные в честь второй планеты Ольмирской системы, и модернизированные перехватчики «Харталин» некогда бывшие «рассветовскими». Так сформировалась элитная эскадрилья «Затмение», вопреки большинству не находящаяся в запасе, а активно патрулирующая границы Роронских гор вплоть до подножий.
Перехватчики Альянса, занятые поиском малоподвижных транспортников и исследовательского турболёта, никак не ожидали налёта невидимых мобильных истребителей под маскировкой, без предупреждения налетевших на них сверху. Строй рассеялся, пытаясь перегруппироваться, но никто из «союзников» не собирался предоставлять им такой возможности. Закипел воздушный бой, орошая горящий лес внизу новым «топливом» в виде падающих сбитых машин. Под начавшуюся суматоху начали перемещаться и транспорты «Беты» и «Лямбды», двигаясь за своими командами.
— Мы высадимся неподалёку от Хэмелена, — сообщил Ассур по общей связи, пользуясь тем, что вся авиация Альянса оказалась втянута в битву, — вы пойдёте за Хиру и Харси, а я — за Арканией.
— Зачем? — удивилась Арги. — Какое нам дело до этой маньячки?
— Такое, что она тоже анимаген, — «Триумф» ловко увернулся от падающего перехватчика «Хранителей», — и её поимка людьми даст преимущество эххийцам. Так или иначе, только я смогу противостоять ей. Она слишком сильна для вас двоих вместе взятых.
— Но я… — хотел возразить Урси, но Ассур покачал головой.
— Ты ещё не владеешь силой Создателя. В любом случае, тебе не выстоять против целой армии с новусами. Дай мне исправить свою ошибку и искупить вину, — лицо нота на секунду перестало хмуриться, а в глазах читалось искреннее раскаяние. Но лишь на секунду, — хотя бы так.
Глава XVIII. Искреннее раскаяние
Лес насквозь пропах гарью и дымом. Пожар расползался по веткам деревьев, выжигая чёрное пятно на теле Талтийских дебрей. С треском падали обуглившиеся молодые ели и сосны, распространяя запах горящей хвои. Более крепкие дубы нехотя занимались огнём, но зато давали больше всех света и пламени. Сквозь защитное стекло масок шлемов едкий дым не проникал, но блики и отсветы пожара неприятно ослепляли трёх анимагенов, приземлившихся прямо в центр этого пекла, расчистив площадку с помощью корабельных орудий. Горячая земля, покрывшаяся углём и пеплом, жгла стопы даже через толстые подошвы левесов и сапог. Пространство вокруг заволокло удушающей дымкой, снижая видимость до нулевой.
Впрочем, ни Ассуру, ни Арги, ни Урси было не впервой ориентироваться только по карте навигатора в шлеме. Экипировка каждого из них отличалась друг от друга, сделанная на заказ белой лисицей вручную, что считалось в обществе анимагенов большой честью. Медведь не любил сражаться, да и не доводилось ему участвовать даже в локальных стычках, но жизнь не раз показала ему, что выживает тот, кто умеет держать в руках винтовку. Его броня, чёрная как смоль и обтягивающая тело, являлась адаптацией нотовского боевого костюма к строению беота, со светящимися в темноте голубыми камнями «оу». Едва прикоснувшись к контактам внутри перчаток и на лбу шлема, Урси ощутил, как его разум проясняется, оставляя кристальную чистоту мысли, необходимую для концентрации.
Для себя любимой Арги не пожалела ни сил ни фантазии. Довольно практичная чёрно-белая броня, закрывающая лисицу вплоть до кончиков пальцев, была гибкой и доверху начинённой оборудованием и электроникой. Внутри треугольного шлема отображались все показатели, даже уровень смоула в механизме, оповещающий носителя о необходимости в приёме пищи. Тонкие нейронные сети подключались к процессору, позволяя Арги ощущать внешние раздражители, а усовершенствованная система сенсоров «Око» давала ей обзор на все триста шестьдесят градусов.
Ассур лично помогал ей изготавливать для себя экипировку. Под руководством ноосенса, искривляющего материю и её свойства по своему желанию, Арги впервые создала вещь, свойства которой остались вне её понимания. Относительно простой нагрудник из тёмного сплава, которому ещё не придумали названия, бесшумно дёрнулся на груди нота и растёкся по его телу, превращаясь в отдельные элементы — наручи, поножи, наколенники и наплечники. Сизое лицо закрыла жуткая маска с красными, как угольки, окулярами, присоединившихся прямо к глазам Ассура невидимыми нитями.
— «Хранители» бросили погоню, — послышался его голос в шлемофонах беотов. В руках душелов держал два коротких плазменных дробовика последней модели, помигивающих белыми светодиодами. Такое оружие отличалось тем, что имело несколько режимов стрельбы, от привычного «разброса» до тяжёлых плотных снарядов, раскалённых настолько, что за доли секунды прожигали пехотную броню.
— Новусы не собираются углубляться в лес, — Урси прислушался к внутренним ощущениям. Псионические всплески чужих разумов слышались с южной стороны, однако приближаться их источники не решались — как и беот, они прекрасно чувствовали и его и горящую, как звезда, ауру Ассура, шелестевшего по обгорелым веткам кустарников плащом мундира. Чёрный корпус «Триумфа», который отдал ему Драго, растворился в маскировочном поле, преломляя блики огня вокруг.
— Тем лучше, — констатировал он, — если мы и правда хотим мира, то лучше не сражаться именно с ними.
— Какой уж тут мир, — Арги поддела кончиком левеса раскалившийся фрагмент доспеха «Хранителя», — боюсь, мои миролюбивые нейге, мы уже начали войну.
— Ещё нет, — покачал головой Урси, двигаясь в сторону горящих руин, — «Хранители» действовали скрытно и первыми нарушили мирный договор. Поэтому, Альянс не сможет использовать прошедшее сражение как аргумент в свою пользу…
Он осёкся. Бурый беот не видел лица лисицы под маской, но по тихому вздоху понял, что она имела в виду не только эту стычку. Одним лишь внезапным бегством Лункс поставил под угрозу любые соглашения с Технократией, а сейчас, когда его местоположение всё ещё оставалось неизвестным, он становился всё более опасным для них самих.
— Давайте сосредоточимся на наших целях, — предложил Ассур, скосив на них взгляд, — встречаемся здесь через час. Если вы задержитесь, я пойду за вами, если задержусь я… — он запнулся. — Я сам справлюсь…
— Не мели чепухи, мы пойдём за тобой, — осадил его Урси, нахмурившись, — или ты думаешь, что строение твоего тела кардинально отличается от остальных анимагенов?
Нот покачал головой, не поворачиваясь. Затем он взвёл в боевой режим своё оружие и, активировав маскировку, растворился в полыхающем вокруг лесе, оставляя лишь следы подошв на пепле.
— Что ж, давай найдём твоих потеряшек, — Арги сняла со спины излучатель, — пока Хара не опомнилась от счастья и не вернулась за вами.
— С неё станется, — хмыкнул тот, включая маскировочное поле, — я пойду вперёд, — он обошёл наполовину вросшие в землю остатки каменной колонны и направился в уже прогоревшую часть леса, — Харси хоть ещё и не телепат, но всё же я смогу его почувствовать. Должен… нет, обязан!
***
Жар от огня чувствовался даже когда он отбежал на довольно приличное расстояние. Талтийский лес достаточно велик, чтобы не заметить пары выгоревших гектаров, но само ощущение могущества природной стихии заставляло Ассура невольно содрогаться. Давящее чувство вины за самонадеянность мешало ему сосредоточиться, и даже бирюзовое сияние, мечущееся в бесконечных сполохах и вспышках «истинного» мира, ускользало от его взгляда. На пару секунд остановившись, нот снял маску, приложив руки к вискам, и нервно и прерывисто вздохнул. «О чём я думал, когда говорил такие вещи? — гневно спросил он сам себя, сморщив нос. — На секунду мне показалось, что я и правда могу стать таким же как вы, Лоту. Я думал, всё дело в знаниях, в умении управлять энергией… но теперь я понимаю, что всё обстоит иначе…» Стало страшно. Он не знал, каким был Эксплар, но отголоски его вмешательства в ноосферу, которые так упорно и долго исправлял Круг Анима, до сих пор ввергали в ужас. Ассур видел искажения в потоках энергий Аревира, искривлённых волей ноосенса, сулящие планете необратимые изменения. Изменение поведения животных, людей, самих анимагенов — всё это дело рук Эксплара. Создатель понял, что материя ничто без энергии, и начал менять саму суть реальности, подстраивая её под свой замысел.