Мелкая река (ЛП)
Когда я была ребенком, эти люди не столько хотели убить меня, сколько использовать мое тело. Но Райан? Райан хочет убить меня. Хотя это уже бесполезно, я кричу так громко, как только могу.
Он бросается ко мне. Я бью ногами, пытаясь устоять на ногах, чтобы оторваться от него.
— Вернись, мать твою! Ты думала, что сможешь убежать от меня, да? Ты, маленькая сучка, я тебе все отдал!
Рука обвивает его волосы и тащит меня вверх.
— Прости! - кричу я. Я даже не знаю, какого черта я это сказала. Мне не жаль. Я вообще ни хрена не сожалею. Но мои инстинкты выживания упорствуют.
— О, ты еще пожалеешь, - бормочет он, затаскивая меня в ванную. Я понятия не имею, что он на меня запланировал, но, блядь, я собираюсь позволить этому случиться.
— Пошел ты, - выплевываю я. Мое тело полностью обмякает, становясь мертвым грузом на его руках. Неожиданная тяжесть заставляет его споткнуться. Прежде чем он успевает продолжить тянуть меня, я поворачиваюсь, вырывая при этом волосы, и бью его по яйцам. Я всегда думала, что удар придется на долю Мако, но в очередной раз убедилась, что ошибалась, когда дело касалось этого человека.
— Сука! - кричит он, тут же сгорбившись и тяжело дыша. Я подставляю ногу и бью его в лоб, откидывая голову назад. Он хрипит и падает на пол. Сердце колотится, я вскакиваю на ноги и бегу к лестнице. Адреналин, бурлящий в моих венах, достигает токсического уровня, и у меня перехватывает дыхание.
— Вернись! - кричит он, голос его гортанный и безумный. Боясь оглянуться, я продолжаю бежать, добегаю до лестницы и едва не бросаюсь вниз. Позади меня раздаются тяжелые шаги Райана. Он близко. Слишком близко, черт возьми. Кухня ближе, чем входная дверь, и он идет прямо по моим следам. Чтобы открыть дверь, потребуется слишком много времени. Быстро развернувшись, я на полной скорости несусь к кухне. Когда я поворачиваю на кухню, рука Райана проносится мимо моей руки, едва не задев меня.
Я направляюсь прямо к ножам. Я планировала этот момент, но не так. Это должно было произойти, когда он спал, и у меня было преимущество. Но я не собираюсь упускать этот момент. Не сейчас, когда я могу наконец-то отомстить.
Я дотягиваюсь до ножей как раз в тот момент, когда руки Райана обхватывают меня за талию и оттаскивают назад. Мои пальцы уже сомкнулись на ручке, и ящик вылетает из гнезда вместе с ним. Столовое серебро и ножи рассыпаются по полу. Внутри меня вспыхивает возбуждение, когда я вижу все то, что я могу использовать, чтобы убить его, всего лишь на расстоянии вытянутой руки.
Так близко.
Монстр, стоящий позади меня, поднимает мое тело вверх, мой желудок проваливается в невесомость, а затем швыряет меня на пол, затылок ударяется о кафельный пол. Все внутри меня замирает. Дыхание, сердце и зрение.
Я застываю на полу, медленно пытаясь восстановить дыхание. Зрение возвращается, и я вижу Райана, стоящего надо мной и задыхающегося, как разъяренный бык, на спине которого сидит всадник. Его кулаки то сжимаются, то разжимаются, то сжимаются и разжимаются, похоже, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие контроля.
Мои глаза скользят по его, и я могу только представить, как я выгляжу для него. — Ты собираешься убить меня, Райан? - Я дразню его сквозь стиснутые зубы, пристально глядя на него. Никогда в жизни я никого так не ненавидела.
К черту Барби, или Билли, или всех этих мерзких людишек, которые пользовались моим невинным телом. Эти люди ничего мне не должны. И уж во всяком случае Барби никогда не заставляла меня любить ее. По крайней мере, она не дала мне ни малейшей надежды на то, что полюбит меня.
Этот дьявол-человек создал меня только для того, чтобы уничтожить. Заставить меня полюбить его и лгать, что он любит меня в ответ. Дать мне комфортную жизнь, в которой я ни в чем не нуждаюсь. Скажи мне, что он хочет будущего с обветшалой девчонкой из Шэллоу-Хилла, с багажом, пристегнутым к спине, и измученным отношением.
Он залез рукой в мою грудную клетку, вытащил мое сердце и съел его на ужин. Это было чертовски личное.
В его глазах медленно расползаются паутинки черных чернил, и я смотрю на человека, одержимого демоном. Его верхняя губа кривится в оскале, и он изучает меня, как лев изучает газель.
— Я еще не решил, что хочу с тобой сделать, - говорит он, оглядывая мое тело вдоль и поперек, словно прикидывая, где и как именно он собирается причинить боль.
Я приподнимаюсь на локтях и встречаю его взгляд, несмотря на то, что у меня кружится голова и я нахожусь на грани потери сознания. Несмотря на то, что все вокруг приближается ко мне, я отказываюсь трусить. — Ты намечаешь, где ты собираешься причинить мне боль? - Я нажимаю, обнажая зубы. — Нет ни одного дюйма моего тела, который бы ты еще не повредил.
Сузив глаза, он нагибается и поднимает меня за плечи. Мое тело - мертвый груз, поэтому ему трудно поднять меня без усилий, как он планировал. Это только еще больше злит его, что, в свою очередь, приносит мне еще большее удовлетворение. Я плюю ему в лицо, и в тот момент, когда он отшатывается и поднимает руки, чтобы вытереть их, я бью его головой.
Я не имею ни малейшего представления о том, как правильно бить головой, но, полагая, что адреналин поднялся до опасного уровня, я почти не чувствую его. Его голова откидывается назад, кровь брызжет из носа на мою щеку, и ощущение такое, будто я выиграла в лотерею. Насладившись его болью, я бью его ногой в коленную чашечку, прежде чем он успевает прийти в себя.
Когда он с хрипом падает на колени, на меня накатывает спокойствие. Кажется, что вся моя жизнь вела меня к этому моменту. Все издевательства, все мужчины, которые вели себя так, будто мое тело принадлежит им, наконец-то свершились.
Наполненные болью ругательства и угрозы Райана отходят на второй план, превращаясь в белый шум. Я становлюсь невесомой, мое тело парит в воздухе. С безмятежным спокойствием я наклоняюсь и провожу рукой по ассортименту ножей на земле, дразня его, какой нож я выберу. Наконец, моя рука останавливается на самом большом ноже. Когда он видит нож, который я выбрала, его глаза комично расширяются.
Я смеюсь, наслаждаясь его испугом.
Вскочив на ноги, он бросается ко мне, полагая, что одержит верх. Как в замедленном кино, я наблюдаю, как моя рука вылетает по идеальной дуге, и нож скользит по его щеке. Я смотрю, как лопается кожа под острым лезвием, как кровь вытекает из раны и стекает по лицу, и просто улыбаюсь.
Он кричит, совершенно разъяренный.
О, нет. Что он будет делать теперь, когда его идеальное лицо навсегда испорчено?
И все, что я могу сделать, это улыбнуться.
Шок сковал его, но восторг делает мои конечности вялыми и свободными. Я наношу еще один удар ножом, кончик лезвия проходит по его груди, останавливая его на месте. Он смотрит вниз с недоверием, боль еще не заслонила чистого шока, проходящего через его организм.
Очень медленно его глаза поднимаются и встречаются с моими, а рот приоткрывается. Я не уверена, что смогу описать выражение его лица. Что-то сродни тому, во что я превратилась.
Я одариваю его лукавой улыбкой. — Теперь моя очередь быть карателем.
Подниматься с тяжелым грузом на несколько лестничных пролетов - это то, к чему я никогда не была готова. По сравнению с этим тренировки в спортзале покажутся плаванием в воде. С трудом и неловкостью я наконец затаскиваю его на чердак. Здесь много открытых балок, и это единственная незавершенная часть дома.
Я обматываю толстую веревку вокруг стропила, привязываю ее к запястью Райана и использую как систему шкивов. Тело Райана поднимается, пока кончики его пальцев не касаются земли. Пот обильно вытекает из моих пор, пока я привязываю веревку к другой деревянной балке в пяти футах от меня. Я проверяю прочность веревки и убеждаюсь, что она держится крепко.
Я работаю быстро, накрывая полотенцем место под Райаном. Позже мне придется сходить в магазин за пластиком. К сожалению, у нас в доме нет вещей, готовых для серийных убийц. Если крови будет слишком много, она пропитает дерево и окрасит его. Удалять кровь с необработанного дерева было бы... да, не будем до этого доходить.