Мелкая река (ЛП)

Мне все равно, есть ли рай или ад. Мне все равно, стану ли я духом, запертым в этом мире. Все, что угодно, лучше, чем эта жизнь.
Дверь с грохотом распахивается, дверная ручка едва не бьется о гипсокартон. Я не двигаюсь.
— Где Билби?
Я почти смеюсь. Неужели он только сейчас заметил пропажу кота? Наверное, мне не стоит удивляться. Райан все равно никогда не обращал на него особого внимания. Я опускаю голову и встречаю безумный взгляд голубых глаз. Как бы выглядели его глаза, полные любви и нежности? Каждый раз, когда мне казалось, что я нахожу это в его глазах, это было лишь отражением того, как, по мнению социопата, должны выглядеть эти эмоции.
— Я отдала его в приют, - вру я. Не дай Бог, если я скажу Райану, что кот находится у Амелии, и он отправится искать его там. В нашем городе несколько приютов. Будет легко сказать, что Билби уже приютили, если Райану хватит ума найти его. Я ожидала, что он сделает что-то подобное только для того, чтобы вернуть кота и помучить меня вместе с ним.
Его глаза сузились до тонких щелей. — Почему?
— Потому что ты чуть не убил его, - отвечаю я безразлично. Мне трудно дать ему эмоции. Мне вообще трудно их чувствовать. Он проходит дальше в комнату, принимая, как предполагается, устрашающую позу. Он наклоняется ко мне, сжимая кулаки, и смотрит на меня снизу вверх.
— Разве я давал тебе разрешение отдавать его? - рычит он.
Я фыркаю. Мертвые глаза встречаются с мертвыми глазами. — Я не спрашивала.
Последнее, что я вижу перед тем, как закрыть глаза, - это шок, отразившийся на его лице, а затем мгновенно перешедший в черную ярость.
Я больше не открываю глаза, даже когда чувствую, как Райан тисками обхватывает мои плечи и трясет меня. Я не открываю их, когда он прижимает меня к стене, крепко прижимает мою голову к белой лакированной стенке, как это делал Билли, когда я перегибалась через тот грязный стол, и берет меня сзади.
Он потерял всякий смысл. Ему больше не нужно притворяться. Райана и Ривер больше нет. Теперь есть только сумасшедший и его пленница.
А это значит, что если Райан перестал притворяться хорошим, то и я тоже.
 
 
Я уставилась на свой телефон, экран помутнел от слез на глазах. Кому позвонить, кому позвонить? Я могла бы позвонить Мако, но, черт возьми, что-то внутри меня просто... не хочет, чтобы он видел меня такой. Мне стыдно, так стыдно. А Амелия беременна, и будь я проклята, если подвергну опасности ее и ее нерожденного ребенка.
Я вытираю лицо трясущейся рукой. Черт, черт, черт.
Райан впал в ярость. Прошло еще две недели, а он только и делает, что толкает меня и постоянно насилует и содомирует. Каждый раз, когда я сопротивляюсь, он трахает еще сильнее. Я уже решила, как мне поступить в этой ситуации, но мне нужно быть умной.
Сегодня он в ярости.
Я сожгла запеканку, и он заставил меня брать горячее блюдо из духовки без рукавиц. Естественно, я уронила стеклянную посуду, как только дотронулась до нее. Блюдо разбилось, и еда разлетелась во все стороны.
Теперь мои руки покрыты крошечными порезами и ожогами. Пол чистый, но характер Райана все еще горячее, чем подгоревшая еда. Мне нужно убираться отсюда, пока он не убил меня. Я никогда не видела его таким злым. И клянусь Богом, я убью его раньше, чем он убьет меня, если он попытается сделать это сегодня.
Перед тем как подняться сюда, я пробралась в его кабинет и отключила интернет. С тех пор он бушует по этому поводу, разговаривает по телефону с кабельной компанией, не понимая, что интернет не включится до тех пор, пока кабельная компания не пришлет своего человека. Камеры наблюдения подключены к WiFi, а это значит, что записи не будут сохранены в нашем облаке.
Райан навязчиво наблюдает за мной через камеры, даже когда он дома со мной. Я буду делать что-то обыденное, а Райан выйдет и укажет на то, что я сделала не так, пока он был на рабочем месте и наблюдал за мной. Так что в отсутствие WiFi он не может наблюдать за мной по своему телефону, а пока он меня видит, от него никуда не деться.
  
Я прокручиваю свои контакты и останавливаюсь на единственном человеке, которому я могла бы позвонить прямо сейчас. Мне чертовски не хочется этого делать, но она поймет мою ситуацию лучше, чем многие другие. Я нажимаю на кнопку вызова, не успев передумать, и подношу дрожащий телефон к уху.
— Алло?
Боже, Элисон звучит так чертовски мило. Я отшатываюсь от ее голоса.
— Это я, - задыхаюсь я.
— Где ты? - мгновенно спрашивает она, ее голос становится стальным.
Я опускаю голову на руки, не заботясь о том, что при любом прикосновении к ожогам по моей плоти пробегает огонь. Тот факт, что она узнала все без моих слов, свидетельствует о том, что она годами справлялась с этой проблемой. Я бы ни за что не смогла продержаться так долго, как она. Не потому, что я сильнее ее, а потому, что я слабее и могла бы покончить с собой. Я уже хочу этого после двух лет.
— У него дома. Но я могу встретить тебя на углу улицы, - шепчу я.
— Я буду там через минут десять.
Мой палец нажимает на красную кнопку, прежде чем я успеваю сказать ей, чтобы она не приходила. Сердце колотится, я встаю на шатающиеся ноги, беру сумку и начинаю запихивать в нее одежду. Гардероб стал для меня местом, где я могу укрыться от Райана, и по большей части он мне это позволял.
На кухне подо мной захлопывается шкаф. Я никак не могу выскользнуть из дома так, чтобы он меня не увидел, если он на кухне. Это дальше по коридору от фойе, и этот псих будет следить за входной дверью как ястреб. Несколько дней назад я попыталась уйти без его разрешения, и это закончилось тем, что меня привязали к кровати на всю ночь.
Запястья до сих пор болят, а раны на них еще не зажили.
Я надеваю кроссовки, тихонько открываю дверцу гардеробной и выглядываю. Он все еще внизу. Каждый шаг усиливается колотящимся сердцем, когда я подхожу к окну. Прямо за окном крыша, а со стороны дома - решетка, увитая лианами и красивыми цветами, названия которых я не знаю. И никогда не хотела узнать.
Прикусив губу, я осторожно поднимаю окно. Для меня это звучит так, будто я царапаю ногтем по меловой доске, но на самом деле шума почти не слышно. Я осторожно вылезаю наружу. Первый глоток свежего воздуха волнует и пугает одновременно. Как будто если я не потороплюсь, то больше никогда не получу удовольствия от свежего воздуха. Как раз в тот момент, когда я собираюсь закрыть за собой окно, в комнату врывается Райан. Я замираю. Он замирает. Мы оба в шоке смотрим друг на друга.
Вдвоем мы бросаемся в бой. Он направляется к окну, а я бегу к краю дома.
— Ривер, вернись сюда, - рычит он. Его голос недостаточно высок, чтобы привлечь к нам внимание. Рядом всего несколько домов, но они достаточно близко, чтобы услышать громкую суматоху.
Я добегаю до края дома и бегу по нему, пока не оказываюсь на террасе. Как только я опускаю ногу, стальная рука обхватывает мое плечо и тянет меня назад. Я вскрикиваю, но меня тут же обрывает рука Райана.
— Ах ты, сука! - завывает он, когда я кусаю его руку. Прежде чем я успеваю снова закричать, его кулак врезается мне в висок. Темнота грозит поглотить меня. В глазах вспыхивают звезды, он скользит по шершавому покрытию крыши к окну, бормоча под нос ругательства.
Если он вернет меня туда, он убьет меня. Глаза расширены и ошеломлены, я борюсь и сопротивляюсь изо всех сил. Я не могу позволить ему вернуть меня туда. Не могу.
Мы возвращаемся к окну. Мой телефон в заднем кармане пищит, и от этого звонка мне хочется умереть. Элисон здесь, в конце улицы, где она не может меня увидеть. Я была так чертовски близка к свободе.
Райан просовывает одну ногу в окно, просовывает свое туловище, держась руками за мое сопротивляющееся тело, и одним махом затаскивает меня внутрь. Я хватаюсь за края окна, но мои пальцы соскальзывают, прежде чем я успеваю полностью ухватиться за него. Мое зрение искажается, и я пытаюсь удержать равновесие, прежде чем меня бросают на деревянный пол. Монстр, стоящий передо мной, захлопывает окно. Он смотрит на меня, его лицо красное, а глаза почти черные от ярости. Я никогда в жизни не видела ничего столь ужасающего.