Игра Хаоса. Выбор Пути
В воздухе над пятачком, мощеным брусчаткой, парили двери, ведущие в различные гильдии и дома. Одни были настоящими произведениями искусства, покрытые резьбой и позолотой, украшенные драгоценными камнями, они демонстрировали силу и могущество дома, которому принадлежали. Другие просты и даже неказисты. На какое-то время я даже замер, с любопытством рассматривая, как двое людей-мотыльков вставляют в дверь своей гильдии огромный сентеферит – прозрачный камень удивительной синевы, наполненный грозовыми отблесками молний. Он ярко светился от наполнявшей его энергии. За такого красавца на аукционе можно смело просить не меньше полумиллиона дайнов. Этот камень один в состоянии обеспечить электричеством на долгие годы большой мегаполис. А здесь он будет украшать дверь Дома Летящих, как символ их могущества и власти. Интересно, чем Дом Ящеров ответит на такой вызов. Я взглянул на дверь, ведущую в их Дом. Она была покрыта сплошным слоем драгоценных камней, из которых складывалась огромная мозаика в форме оскаленной морды ящера. Крупные заментийские изумруды заменяли чешую, оскаленные белые клыки выложены из прекрасных бриллиантов, а на глаза пошли драконьи рубины. Мастер, создавший этот шедевр, очень постарался: ярость ящера и его сила бросали в дрожь и внушали почтение. Говорят, за создание этой мозаики мастер получил не только свободу, но и охрану по дороге домой, куда его проводили по тайным тропам. Рядом с Домом Ящера проплывала дверь, ведущая в Дом Змей, почти целиком погибший в битве на Кейдане. «Шах шагар сатх – судьба не минует никого», молочно-золотая кобра, изготовившаяся к прыжку, была символом этого дома и по-прежнему хранила тайны и секреты своих погибших хозяев. Дом перестал существовать, а дверь все еще ждет руки, что откроет ее. Пока не уничтожено знамя Дома, врученное при основании Смеющимся Господином, Дом еще в силах возродиться. Но если знамя утрачено, двери Дома не могут быть открыты. Забавная насмешка судьбы: как вернуть то, что вернуть невозможно. После той битвы Кейдан навсегда выбыл из Игры Хаоса. Со дня победы и до скончания времен ни один хаосит не сможет ступать по его земле, а сам мир никогда уже не примет участие в Игре. Вряд ли Змеям удастся вернуть утраченное знамя, погребенное то ли в песках, то ли на дне моря, возникших на поле битвы. Хотя, может оно и к лучшему, если эти двери не откроются никогда. Для вселенной это будет, пожалуй, наилучшим вариантом, учитывая, кто являлся хозяевами этого места.
А вот и дверь нашего клана, сделанная из черного дерева, с изображением герба гильдии. И пусть ее не украшают ни драгоценные камни, ни гравюры или тонкая резьба, а ручка из обычной бронзы, а не голубоватой кости дракона, для меня она роднее и дороже всех, что парят сейчас в воздухе квартала. Ключ легко вошел в замочную скважину, и с легким скрипом дверь открылась. Шаг вперед, и меня охватывает чувство облегчения – наконец-то я дома.
Небольшой холл, обитый плашками из светло-коричневой древесины, на стене напротив висят портреты членов гильдии, и куда я сразу же бросил взгляд. В свое время мы отдали немало дайнов за эту галерею, но она стоила того. Вот Меджех поднял бокал с вином в приветствии и залихватски подмигнул мне, Дар Сах прокрутил в воздухе свои любимые парные клинки и снова застыл в боевой позе, Саймира, отвлекшись от экрана торгового терминала, улыбнулась и послала воздушный поцелуй. Я вгляделся в портреты друзей, и на сердце отлегло: ни один портрет не посерел, не утратил красок и не застыл в неподвижности навсегда, а это значит, что все живы и никто не погиб.
Облегчённо вздохнув, я открыл дверцу своего ящика, укрытого в стенных панелях, и оставил там дорожную одежду. Теперь пора в свое жилище: небольшую комнату на первом этаже, которую мы делили с Меджехом на двоих. Учитывая то, что и я, и он почти все время пропадали за пределами Двойной Спирали, получалось весьма удобно. В гильдии и так постоянная нехватка свободных помещений, новички вообще жили в одной комнате на четверых, пользуясь двухъярусными кроватями. Отодвинув ногой в сторону пустые бутылки, оставшиеся после наших последних посиделок с Меджехом, я нашарил в шкафу домашнюю одежду. Бросил в него сумку и побрел в душ, мне просто необходимо смыть усталость и дорожную пыль. И как бы ни хотелось лечь и, наконец, выспаться в собственной постели, пришлось взбодриться и вернуться к делам: отдать улов жемчужин и может, раздобыть информацию об отправителе письма.
Внутри гильдии было пусто и тихо, видимо, все то ли в рейдах, то ли гуляют по Двойной Спирали. Поэтому я, не задерживаясь, потопал к Саймире. Эта домоседка наверняка дома и заодно, как всегда, в курсе: кто и где находится. Комната, куда я направился, располагалась на втором этаже. Сама хозяйка была здесь же, закинув ноги на стол, она маленькой пилочкой полировала когти и краем глаза посматривала на три монитора, стоявших перед ней. Я невольно залюбовался: из коротких растрепанных снежно-белых волос проглядывали милые ушки, которыми она время от времени нервно подергивала. В больших глазах цвета весенней листвы проблескивали отсветы строчек с торговых терминалов. Поза девушки позволяла наблюдателю в полной мере оценить открывающийся вид. Миниатюрная, как у всех представителей расы анир, фигура Саймиры была очень женственной: длинные стройные ножки, красивой формы грудь и удивительно гибкая талия. Только острые ушки на голове, хвост, оканчивающийся кисточкой, да большие глаза с вертикальным зрачком не позволяют перепутать эту расу с людьми. Когда я вошел, одно из торговых предложений чем-то заинтересовало Саймиру, и из-под кресла, на котором она сидела, вынырнул покрытый белой шерсткой хвостик и щелкнул по клавише покупки.
Долго наблюдать за сложной аналитической работой нашего лучшего торговца мне не дали. Легкое подрагивание изящных ноздрей, учуявших знакомый запах, и Саймира легко и грациозно выскользнула из кресла, стремительно подбежала ко мне и крепко обняла.
– Вернулся.
– Здравствуй, малыш, смотрю, ты как всегда дома.
Обиженно насупившись, Саймира даже на шаг отошла от меня:
– Мы с Дар Сахом день назад вернулись из рейда. Дар до сих пор спит.
– Ладно, ладно, мир. Куда ходили? – спросил я, присев на ее кресло.
– На Мевентикалу, – произнесла она, явно недовольная тем, что я занял ее любимое кресло.
Мевентикала – это центральные миры. Малонаселенная планета, густо покрытая лесами и болотами. По этим необъятным зеленым просторам кочуют небольшие группки местных аборигенов. Живут они в основном охотой и тем, что собирают в окрестных лесах. Стоит им выбить дичь в одном месте, как они перекочёвывают на другое. Иногда встречаются с другими племенами и родами для обмена невестами и торговли, а потом снова исчезают в лесных дебрях. Этих дикарей давно бы уже пустили под нож, но, несмотря на внешнюю примитивность, местные жители весьма неплохо владеют шаманизмом. При необходимости в помощь себе они призывают сонмы прикормленных духов. Эти духи в свое время смогли угробить несколько команд игроков, устроивших охоту, а счастливчикам, сумевшим перебить пару небольших племен, в награду кроме эмбиента досталось несколько весьма гнусных посмертных проклятий. Отчасти поэтому, а отчасти из-за магических татуировок с местными жителями теперь предпочитают договариваться и торговать. Магические татуировки – это родовые метки с изображением тотемного животного-покровителя племени. Каждая из них несет в себе частичные способности духа-покровителя: медведь – увеличение физической силы, заяц – скорости и ловкости, волк – обоняния и реакции. Правда, эффект от татуировки был непостоянным и использовать ее часто нельзя, но все равно многие игроки стремились получить себе татуировки с изображением зверя. Жаль только, местные шаманы даже под страхом смерти отказывались их наносить любому пришедшему: хочешь получить метку, принеси богатые дары шаману и племени, а он уже назначит тебе испытание, по итогу которого и решится, достоин ли ты носить на теле знак их племени. В общем, заморочек много, и у меня так и не дошли руки попытаться заполучить магическую татуировку. Может, после турнира займусь этим.