Контрабандист Сталина. Книга 6 (СИ)
* * *Через четыре дня, после моего приезда в Марсель, мы отправляемся в рейс. Единственная радость, так это то, что Лефебвруа своим нахождением со мной постоянно пугает местное начальство. Оно уже начало привыкать, что я работаю на французскую разведку, а таможенный и пограничный контроль, всё больше превращается в пустую формальность, да ещё и подкупленный мной разными подарками. Пусть и не большими…зато всё быстро и спокойно.
Я же всё больше и больше погружаюсь в эту пучину обмана, интриг и предательства…под названием политика.
* * *Румыния, как Румыния. Порт Констанца сейчас крупнейший в стране, а город сравнительно маленький. Парадокс. Хотя строительство, как порта, так и города идёт ударными темпами. Обратил внимание на множество строительных лесов. Но всё же даже с рейда видны «раны» прошедшей войны, как на зданиях, так и самой земле.
Французский командир майор Ариас, которого я в шутку иногда называл Арамис, связался по рации с берегом. В порту ждали нашего прибытия. Место тут открытое, глубины большие и всё видно как на ладони. Кораблей в порту мало. Поэтому я нахально, игнорировал таможенные и пограничные службы Румынии и даже не стал ждать лоцмана. Суда смело, но всё же на самом малом ходу, пошли к облюбованным нами причалам.
Там засуетились, стали «разгонять» мелкие кораблики. Появились два буксира. А мы с Ариасом — Арамисом вышли на открытую палубу и устроились с кувшином испанского вина. За рейс я постарался оставить хорошее впечатление о себе у французского майора и всех офицеров. Впереди «тяжёлые» времена. А судьба «столкнула» меня с французскими офицерами иностранного легиона…этими псами войны. Сержантский и рядовой состав полная сборная солянка, в основном из славян, меня абсолютно не заинтересовала.
С майором мы даже договорились о небольшой торговле. Я ему во второй половине октября поставлю машины и некоторые товары. Он мне реквизированное нормальное оружие австро-венгерской армии, золото, серебро и медь. И не обязательно в монетах. Так же я готов принять шкуры баранов и коз, чем так богата Румыния. Возьму и старую технику на запчасти. Часть майора будет располагаться в двухстах пятидесяти километрах от Констанца, так что добраться ему или мне проблем не будет.
Не успели стать к причалу, как подъехала легковая машина с французским обозначением на дверках. Тепло попрощавшись с частью офицеров, и оставил их на Франсуа. Французы будут переправляться двумя колоннами, через день. И им и мне это выгодно. Я не платил за стоянку судов, а у них не было столько транспорта, чтобы доставить всё за один раз. Ночевать под открытым небом в полевых условиях, французы тоже не рвались.
Сам я подхватил саквояж с подарками, махнул Юрию. Мы, поймав извозчика, отправились к начальнику порта. Наглеть тоже надо в меру. Ещё не известно, как фортуна повернёт своё колесо.
Управление находилось в старинном здании, построенное ещё римлянами. Рядом небольшой, всего метров восемь высотой генуэзский маяк. Повезло, начальник был на месте.
— Очень приятно познакомиться месье Попеску — выставляю на стол бутылку французского коньяка и плитку шоколада, после взаимного расклинивания. — Вы уж не серчайте за мои суда. Французские военные из-за ваших внутренних беспорядков очень спешат. Бояться вооруженного захвата и поджогов ваших нефтепромыслов — валю частично свою наглость на французских военных.
— К сожалению, в стране опять не спокойно — начальник порта. Сам румын, больше похож на старого турецкого менялу и цыганского барона в одном лице. Хитрые глазки цепко смотрят на меня, а лицо выражает «дежурную» радость от нашей встречи. Пригубив коньяк и подарив испанскую наваху украшенную слоновой костью, я откланиваюсь.
Теперь на рынок. Там быстро оббежал торговцев. Договариваюсь обменять часть обмундирования на шкуры коз и баранов. Купив разных фруктов, сыра и свежего копчёного мяса, мы отправились на корабль. Добравшись в свою каюту, я рухнул на кровать. Опять эти головные боли. Нет, если хорошее вино в небольших количествах на меня действует положительно, то смешивать или пить крепкие напитки не стоит. Надо обязательно опять показаться Бехтереву.
Торговцы с удовольствием сменяли у меня синюю форму австро-венгерской армии, и кстати с довольно качественного материала, надо признать. Теперь у меня появился ещё и тюк разных шкур. Форму на складе мне предоставили только тёмных цветов. Светлую и светло-зелёную форму, отправляли в колонии. А от тёмной колониальные интенданты шарахались, и брать её категорически не желали. Зато появилась возможность сбыть её мне. Вообще-то стратегические и трофейные склады Франция, по рассказу Жака, только-только приняла решение обновить. Продать лишнее и устаревшее. Другие страны это уже стали делать давно, а Франция всё тормозила. Это возможность только возникла из-за принятия новой колониальной политики, на которой настаивает кабинет Пуанкаре. Надеюсь, что скоро будут продавать и оружие. А то чуть ли не каждый патрон, мне приходиться «выгрызать» из Жака.
Наконец все дела в Румынии сделаны. Продукты, вода и уголь закуплены и погружены. Мои суда взяли курс на Керчь. И вообще, надо мне поторапливаться. Конец августа 1928 года, как-никак. Скоро начнётся Великая депрессия, а я ещё и половину из запланированного не сделал.
* * *Приходить первого числа на рейд Керчи, у меня уже начинает входить в традицию. Вот и сейчас мы на рейде первого сентября.
— В первый раз, как в первый класс — промурлыкал я себе под нос, наблюдая знакомый пароход «Ленин». Он хоть и перебирает колесами, но дни его уже сочтены. — Ну что там?
— Нет ответа — отвечает мне радист.
Да жаль. С «Огнями Смирны» мы где-то разошлись.
— Сафонофф тебя никак повышение дали? — вижу улыбающееся конопатое лицо таможенника.
— Да. Дали второй разряд — хвастается он.
— Тебе бы ещё и пароход другой, вообще бы хорошо было. А то ваш старичок «Ленин» скоро никуда ходить не будет — поддеваю его со скрытым смыслом. — Приветствую Александр Александрович. Андрей. Вы то, зачем на рейд поехали?
— Надо срочно поговорить — Потоцкий и стал перебираться на мой корабль.
— Вы бы взяли и подарили нам корабль, как своим грекам — здоровается со мной за руку Сафонов. Ты посмотри, какие изменения. Я уже ему не враг-капиталист.
— Ну, во-первых не подарил, а только сдал в аренду. Сейчас в Керчи и оформлю. Во-вторых, кто мне ваша таможня? В третьих я привёз и вам подарки. Больно мне смотреть, как меня встречают какие-то оборванцы, в шутовских колпаках. Даже бубенцы и те потеряли — это я всё же не удержался от поиздеваться над летней будёновкой. А форма у таможенников действительно затасканная.
— Скоро новую обещали выдать — нахмурился от моих словСафонов.
— Вот пока не выдали. Дежурный. Принеси нашим знакомым таможенникам подарки. — Я отобрал двадцать полевых чёрных кителей с белыми шевронами и такой же окантовкой. И двадцать красных кепи с кожаными козырьками. По-моему такая форма была ещё в Крымскую войну.
— Как бы не посчитали за взятку — неуверенно Сафонов, рассматривая такое богатство для них.
— Ничего. Ваш товарищ Потоцкий подтвердит. А взятку я вам давать не могу, так как моя компания таможенные сборы не платит — смеюсь я на это заявление.
— Вот и плохо. Смотришь, мы бы уже и новый пароход купили — неожиданно для меня зло Сафонов.
— О-па. Неожиданно. Не делай людям добра, не получишь зла. Так да Сафонофф у вас говорят — хмыкаю я ему в ответ.
— Так Сафонов. Взял подарки и бегом на свой корабль. И чтобы быстро прислал сюда буксиры — теперь уже зло распорядился Потоцкий…
— Извини Александр Александрович, но Маузер мне опять не попался. Могу предложить только десяти зарядный Roth-Steyr M1907. — Я приглашаю Потоцкого и Андрея в офицерскую столовую, а не к себе в каюту. В этот раз она у меня слишком маленькая. За столом выясняю, что это с Сафоновым. Тут оказалось всё просто. Народ стал жить ещё хуже, вот он и злиться. А Потоцкому из Москвы поступило строгое распоряжение, чтобы весь привезённый мной коммерческий груз отправлялся в столицу.