Мой сводный грех (СИ)
— А какого чёрта он указывает мне, могу ли я звонить своей невесте? Ты не забыла о том, что наши родители уже всё решили о нашей свадьбе? Он в курсе?
В курсе ли Дэн? Да откуда мне знать… Я совсем не знаю собственного брата и лучше бы не знать его вообще. В голове снова появляется пугающая мысль о том, что я хочу попробовать его губы на вкус, и мурашки ползут под кожей в разные стороны.
Почему его губы — единственное, о чём я могу думать в эту секунду? Почему я не злюсь на него так, как должна? Почему готова расплавиться под его прикосновениями? Бред! Это бред, да и только! Просто переклинило что-то в мозгу от его непонятного поведения, вот и всё.
— Малыш, ты ещё тут? — спрашивает Макс.
Он бы сейчас ещё пощёлкал пальцами у меня перед лицом, если бы находился рядом. Он любит так делать…
— Здесь… Знаешь, мы с ним не близки, и я понятия не имею, что он знает, а что нет… Да и неважно всё это. Он не может указывать мне, что делать, а телефон я заберу у него завтра. Сегодня он не в настроении, так что я попала под горячую руку, только и всего.
— С бабой поцапался, что ли?
Мне хочется зарычать от ярости. Такое ощущение, что Максим больше хочет узнать о Дэне, чем обо мне. А от его вопроса внутри появляется какое-то странное неприятное ощущение в груди… Я ревную его, что ли?
— Я не знаю! — резко отвечаю я. — Мне нет дела, как у Дениса складываются дела с бабами! А если тебе так интересно, можешь спросить у него сам!
— Малыш, ну не злись! Я просто заревновал, перенервничал! Удивился! Я соскучился и хочу поцеловать тебя.
Я снова думаю о губах Дэна. Он смотрел на меня так, словно готов был поцеловать… Словно ещё секунда, и мы оказались бы в одной постели. Господи! Избавь меня от подобных мыслей! Ком сдавливает горло. Мне нужно просто успокоиться и взять себя в руки — только и всего! Это лишь разыгравшаяся фантазия! Больное воображение, да и только! Я же не испытываю к нему ничего кроме злости и ненависти. Этот придурок пытается испортить мою жизнь… Но я не могу не признать, что он слишком горячий придурок, и если бы он не был моим братом…
— Малыш! — тянет Максим, обращая на себя внимание. — Ты странная какая-то. Как будто не слушаешь меня совсем! Я хочу поговорить с тобой о свадьбе! Давай не будем оттягивать момент и назначим её сразу после твоего дня рождения? Я уже так сильно хочу увидеть тебя в белом платье и в своей спальне в качестве жены!
Жены…
Я и не думала раньше о том, чтобы выскочить замуж в восемнадцать. Да даже когда родители заводили разговор о свадьбе, я пыталась убедить их, что сначала должна получить образование, а теперь и не знала даже. Жить под одной крышей с братом я совершенно не хотела. Тем более голову посещали совсем неангельские мысли, скорее, греховные… падшие…
— Макс, давай мы поговорим о свадьбе позже? Я хочу спать… Устала!
— Хорошо, солнце! Ложись спать и не забудь запереть дверь, чтобы никто не похитил моё сокровище!
— Уже закрылась! Спокойной ночи!
— А поцеловать меня, детка?
Вот чего делать не хочется — того не хочется. И я не знаю, связано ли это как-то с человеком, который сейчас бухает какое-то элитное пойло в своей комнате и слушает музыку. Навязчивая мысль о его губах не покидает мою голову, как бы я ни старалась избавиться от неё.
— Целую! — шепчу я и выключаю скайп, потому что знаю, что Макс начнёт причитать и говорить, что не такой поцелуй он хотел получить, а ещё может попросить помурчать как кошечка.
Фу…
Противно как-то становится.
Почему-то вдруг всё, связанное с Максом, заставляет меня ощущать только гнев по отношению к нему.
Я плюхаюсь на кровать и пытаюсь расслабиться, но ни черта не получается, потому что мои мысли сейчас совсем не в этой комнате, а там, где находится самовлюблённый болван…
Мой брат...
POV Дэн
— Денис! Дени-и-ис! — мать барабанит кулаками в дверь, которую я предусмотрительно закрыл на щеколду. — Ты будешь сегодня вставать, или нет?
«Нет», — мысленно отвечаю ей и переворачиваюсь на другой бок, подоткнув подушку. Голова и без того гудит от… всего… а тут ещё она. Ощущаю себя первоклассником, которого будят в школу.
— Если так будет продолжаться и дальше, тебе придётся поискать другое жильё! — надрывается она.
Я поднимаю подушку и опускаю её на голову, чтобы оградиться от ненужных слов и шума.
Да хоть сейчас! Завтра – первый подставной бой, за который получу первый кэш, и сразу же съеду. Только бы не чувствовать себя ребёнком, которого вечно контролируют, не давая сделать лишний шаг. Тьфу.
— Так, ладно. Времени у меня нет. Я уезжаю в командировку, в Саратов, буду завтра поздно ночью. Надеюсь, ты ничего не натворишь лишнего!
А вот эта информация поступает очень даже вовремя. Я даже заинтересованно приподнимаю голову с подушки.
— В Алёне я уверена, но и ей дала наставления, — при этих словах я хмыкаю. Да ей и не нужно ничего говорить, она всё время дрожит при каждом шорохе от своей авторитарной мамочки. Хорошо хоть на других людей эта её опасливость не распространяется. — Ты меня понял?
Держу пари, она встала у моей двери, поставив руки в бока и испепеляя её яростным взглядом.
На этот раз я решаю ей ответить. Мало ли что ей взбредёт в голову? Эти бизнес-леди чего только не придумает, может и дверь выбить, вызвав секьюрити.
— Пооняяял! — тяну убедительнее.
— И даже не думай брать мою «мазератти»! — кричит мать. — Всё, ушла. — Она довольно шустро скатывается с лестницы, и уже через минут десять я слышу звук отъезжающего автомобиля.
Я переворачиваюсь с боку на бок, но понимаю, что сон стараниями дорогой мамочки ушёл. Нет, однозначно надо съезжать… с такими женщинами под одной крышей я долго не протяну.
Потягиваюсь и решаю спуститься вниз за водой. Сушняк в горле адский, пора приводить себя в порядок. По пути подхватываю свой сотовый телефон и набираю Костяна.
— Бро, здаров! — открываю щеколду, выхожу в коридор, шлёпаю босыми ногами по паркету и наслаждаюсь тем, что, судя по всему, в целом доме нахожусь один. Лениво почёсываю нос. — Чё, как?
Тот начинает что-то тарахтеть в трубку. Делаю вид, что слушаю, сам ныряю в холодильник за водой. Надеюсь, что провиантом-то мать запаслась, хоть и сваливает на два дня из дома. Не заставит же голодать двух своих почти родных детей?
И правда. Еды полно, как и воды. С наслаждением беру одну пластиковую бутылку и прикладываю её к затылку, где больше всего пульсирует похмелье и головная боль. Сразу становится легче. Да и вообще в тело постепенно поступает энергия. Это мой сосед по комнате, противный грек Остапус, вычитал где-то, что после попойки нужно ходить голышом, пока не придёшь в норму, мол, это открывает чакры и заставляет циркулировать энергетические потоки.
Чёрт знает, где там что у кого циркулирует, мне просто нравится это ощущение свободы без одежды. Если рядом нет Остапуса, конечно.
Так что, если могу, практикую.
Холодок из холодильника приветливо обвевает ноги, торс. Пью воду жадными глотками так, что она даже стекает по подбородку, тонким ручьём ползёт по телу вниз. Чумовое ощущение облегчения. Таким и должно быть утро. Если оно днём.
— Короче, бро, — приступаю к самому главному, как только утоляю свою жажду. — Сегодня вечером подваливай ко мне. Адрес помнишь?
— Зачем? — удивляется Костян.
— В смысле, что за вопрос? Как зачем?
Я поднимаю глаза к потолку, хоть это и доставляет несколько неприятных болезненных мгновений.
— Дом в моём полном распоряжении. Думаю, правда, что в последний раз…Но нужно же мне отметить свой приезд. Да и первый бой, каким бы он ни был завтра. Так что давай, подгребай. И народ загоняй. С тебя все ништяки, с меня – стены. Да, и… — тут я вдруг упираюсь глазами в ту, которую меньше всего ожидал увидеть на кухне. — Девочек красивых прихвати. И побольше.
Друган заверяет, что сделает всё по первому разряду, а я отключаю телефон. Даже не опускаю взгляда – так и держу её своим насупленным прицельным огнём.