Из ряда вон (СИ)
Дернувшись, кабина остановилась. Распахнулись двери и Кормак шагнул наружу, осматриваясь. светильники горели только в одном из коридоров — остальные поглотил мрак. Это было явным приглашением, и Гай двинулся вперед. Далеко впереди мигала вывеска «МИР ГРЕЗ». И — мелкими буквами: «добро пожаловать в новую реальность!»
Это был тот самый клуб, который открыл Рудольф Вестингауз, уволившись из администрации Дезерета. Под рифлеными подошвами сабатонов бронескафа хрупало битое стекло, фонари гасли у парня за спиной, слышался металлический скрежет и лязганье.
— Ну здравствуй, Гай! — раздался хриплый голос.
На свет вышла огромная металлическая фигура.
— Рудольф? -удивленно выдавил из себя парень.
— Не похож, да?
* * *Бочкообразное туловище, массивные, по-птичьи изогнутые ноги, пара верхних манипуляторов, намек на голову в виде прозрачной нашлепки, из которой глядело высохшее лицо Рудольфа, который будто постарел лет на пятьдесят.
— Это замечательное устройство — по сути передвижная медицинская капсула, инкубатор. Я уже мертв, от меня осталась голова и изломанный позвоночник… Мне нечего терять…
— Руди, какого хрена с тобой произошло? На Дюплесси ты здорово меня отделал, а теперь вот в таком состоянии…
— На Дюплесси был очередной скафандр. Я больше года — овощ, Гай. Меня убили конфедераты, меня — и Джессику. А я убил Конфедерацию руками ее же детей! — он явно гордился собой.
— Я так понимаю, прежде чем убить еще и меня — ты всё-таки хочешь сыграть роль злодея из мультиков и поведать мне о своих ужасных деяниях? Тогда можно я присяду вот сюда, на это парапет?
— Да-да, не стесняйся, — царский взмах манипулятора выглядел довольно комично. — Приготовься слушать.
Рудольф вещал самозабвенно. Ему явно не хватало свободных ушей и возможности выговориться. Еще бы — последние месяцы он провел в компании железяк, деревяшек и малолетних геймеров, проводящих время в виртуальном бреду.
Его хриплый голос поведал Гаю о тяжкой судьбе сына торговца-бизнесмена, который вечно пропадал и дома его практически никогда не было. Старый Вестингауз даже пропустил похороны собственной жены, занимаясь поставками электроники с Сайонары на Сарасвати. Хоронить мать пришлось двенадцатилетнему Руди — и это он запомнил надолго. Уже потом, отучившись в колледже и оказавшись на Дезерете, он обратил внимание на таких же как сам, брошенных подростков, отцы и матери которых вершили правосудие Конфедерации или обеспечивали безопасность человечества на задворках галактики. А их сыновья и дочери проводили время на станции, в коридорах и комнатах с искусственным светом, лишенные родительского тепла и заботы. И он решил дать им возможность вернуть родителей домой — разрушить Конфедерацию и спустить стальные мундиры с небес на землю, на поверхность планет, где они могли бы жить, не оставляя своих чад в руках строгих воспитателей военных интернатов. Встреча с Джессикой и Гаем была для него судьбоносной — он сумел через родню невесты занять денег и, зная о будущем эффекте от заявления по открытию Ярра, выгодно вложился в акции Центавра и договорился о поставках оборудования и материалов для освоения орбиты и планеты.
А потом — создал «Мир грез» — виртуальный центр, где подросткам платили деньги за то, что они играли в игры. Обычно всё было наоборот — за пользование вирт-капсулой приходилось выложить кругленькую сумму, но «Мир грез» приглашал их на должность тестировщиков и имел возможность отбирать кандидатов… Это были настоящие гении от гейм-индустрии, сотни подростков с удивительными способностями. Им нужен был только подходящий инструмент — и Джессика Мёбиус предоставила его. Узнав о том, что есть возможность расшатать основы Конфедерации, ее родня тряхнула мошной, подняла связи — и выгребла огромные хранилища корпорантов Дюплесси, которые до этого находились на консервации. Самосбор, гигантские мехи, боевые роботы — мертвый груз, которым некому было пользоваться обрел своих командиров. Поставки оборудования с Пангеи для эффективной дальней связи и станционарные гипер-ускорители с Паллады дали возможность атаковать самые отдаленные миры. И детишки с удовольствием рубились на дальних планетах, разрушали города и стирали целые армии, порой стреляя в собственных отцов и матерей, и зарабатывая при этом бонусы, которые можно было перевести в реальные деньги. Родители были только рады — увлечение ребенка приносит доходы, да и звучит солидно — тестировщик виртуальных программ. Четыре часа в день — не больше и не меньше, как положено по законодательству…
Война набирала обороты. Родители все меньше времени проводили на Дезерете — и всё больше на полях сражений, уничтожая мехов и штурмуя базы, атакуя войска собственных детей. И всё меньше было контроля за соблюдением законов. И всё больше денег капало в карманы Рудольфа и Мёбиусов — ведь только они знали, какой мир будет атакован следующим. Контрабанда, торговля военными технологиями и оружием, поставки продовольствия и транспортные услуги по эвакуации населения — это было золотое дно!
А потом — случилось несчастье. Один из визитов к Мёбиусам в фавелу Галиада окончился трагедией — барадиевая бомба под днищем атмосферного челнока снесла Джессике полчерепа, а Рудольфу — нижнюю часть тела. Младший Вестингауз получил еще и множественные внутренние травмы, ожоги чуть ли не 90% всей оставшейся кожи… Дело было на Либерти — и Рудольфа спасли. И не такие человеческие ошметки там киборгизировали. А вот Джессику вытащить не удалось — мозг жены и боевой подруги был уничтожен. Руди даже не стал извещать об этом отца — он сосредоточился на своей высшей миссии — и довел ее до конца, вступив в сделку с Сенатом Конфедерации. Действуя подкупом и шантажом он сумел провезти на Дезерет боевые группы из мехов, и детишки снова сыграли — на замечательно знакомой им локации. Штурмовики из личной охраны высшего генералитета мужественно отразили нападение — но понесли значительные потери. Генералы вступили в переговоры… И получили гарантии личной неприкосновенности и прекращения боевых действий — если они оставят Дезерет. Зачем гигантская станция остаткам человека в консервной банке на ножках? Рудольф не заострял на этом внимания.
А дети в капсулах — это те самые ребятишки, родители и близкие которых погибли в боях. На них плюнули во время бегства элиты Конфедерации с Дезерета. Это было именно бегство — красивые слова о Протекторате и смене вектора развития, и подобающем месте Сената в жизни освоенного космоса — это были только пустые пропагандистские нарративы. Один сумасшедший клерк из администрации, преступный клан и несколько сотен геймеров выбили почву из под глиняных ног колосса, который держал в страхе весь освоенный космос… Сенат поставил свое благополучие выше идеалов — они могли продолжить сражаться, продолжить борьбу за свои идеалы — отстоять Дезерет в конце концов! Но идея о межпланетном государстве вместо космической жандармерии зрела в умах генералов и адмиралов достаточно давно — и Рудольф послужил тем самым камешком, который сдвинул лавину с места.
— Что это за мир, который рухнул усилиями одного клерка, которому не хватило отцовского внимания, а? Вот что я тебя спрашиваю, Гай! Вот что я спрашиваю… Что за дерьмовый мир? — размахивал манипуляторами Руди.
— Ты всё сказал? — на коленях у Кормака лежал тяп-ляп, заряженный кумулятивной гранатой.
— Ну… Да.
— Теперь смотри. У тебя есть выбор — лечь в криокапсулу или сдохнуть прямо здесь. Ты ведь проиграл — мы не станем взрывать реактор, но системы ПКО уже отключены, твои роботы — перебиты, деревяшки — сожжены…
— Да-а-а, твои эстоки — лютые звери. Но я не понимаю почему ты так уверен, что я не приму бой?
— Да потому что у тебя на спине сидит пангейский робот-нянька, и колупается в предохранительном клапане, дурень. Он откусит кусок металлопластика и жижа вытечет, и твоя гидравлика придет в негодность — а потом я пальну тебе в морду кумулятивной гранатой.
— Фак, — сказал Рудольф.