Мой Советский Союз Магических Республик (СИ)

Ребята заметили небольшой вагончик, на котором был нарисован огромный старый транзистор и красными буквами выведено «Паяльник и Ко».
Пройдя в него, они замерли у прилавка.
— Олесь, я тебе сколько говорил — не тащи мне это! — глянул строго на худого мужичка полный мужчина в толстых очках.
— Так, государственные же, — с надеждой произнес тот и глянул на парней.
Мужчина выглядел странно, немного узковатый разрез глаз, худой и с недельной щетиной.
  
— Транзисторы надо? — пододвинул он к ним кулек. — Все рабочие! На приемке выпаивал…
— Не, куда нам, — мотнул головой Кирилл.
— Приемник спаяете или еще куда, я же…
— Олесь, твою мать! — рыкнул на него мужчина за прилавком. — Ты совсем охренел, а? Забирай свои транзисторы и дуй отсюда!
— Степаныч, ну хоть десятку, а? — умоляющим тоном произнес тот. — Трубы горят — мочи нет!
Хозяин лавки недовольно засопел, глянул на студентов и достал купюру из кармана.
— Забирай и чтобы я тебя тут не видел! — рыкнул он.
Худощавый мужичок тут же схватил деньги и пулей вылетел из магазина.
— С паяльником — бог, — буркнул Степаныч, забрав транзисторы. — Из приемки собирал такое, что и госпредприятиям не снилось. Хороший монтажник… был.
— Вроде есть, — кивнул на дверь Семен. — Кто он? Бурят?
— Якут. И монтажником он был хорошим, пока пить не начал, — проворчал хозяин лавки, убрал транзисторы вниз и вздохнул. — Допрыгается — закроют его в «пансионат» на месяцок-другой.
— Что за пансионат? — спросил Кирилл.
— Лечебница алкогольная. Потом труд принудительный и метка в паспорте «Алкогольно нестабилен». Ладно, — вздохнул Степаныч. — Чего вам?
Парни переглянулись и подошли к прилавку. На нем были выложены ровными рядами мелкие конденсаторы, резисторы и транзисторы. Причем не все подряд, а группами по кооперативам, что их производили. Тут же были релюшки и мелкие катушки.
— Паяете чего или в ремонт принесли? — спросил мужчина.
— Мы тут с Александром Александровичем разговаривали, — спокойно произнес Семен. — Он нам сказал, к вам зайти. Проверить навыки, так сказать.
Степаныч хмыкнул, оглядел ребят и спросил:
— А фамилия у этого вашего Александра Александровича есть?
— Есть. Мясоедов… Вроде бы, — глянул на Кирилла Кот.
Продавец хмыкнул, вышел из-за прилавка и, взяв табличку «Закрыто», подошел к двери. Повесив ее снаружи, он закрыл дверь на замок и закрыл створку на окне. Затем он вернулся к ребятам и оглядел их с ног до головы.
— Молодые… Студенты что ли?
— Из ПолиМага, — кивнул Осетренко.
— Артефакторы?
— Целители, — ответил Семен. — Что за дело такое, что нас проверять надо?
Степаныч усмехнулся, снял с прилавка красный радиоприемник и вытащил из него сложенную бумагу. Отодвинув все с прилавка, он разложил перед ними лист формата А3, плотно покрытый рунами.
— Вот это запомнить сможете? — спросил он с усмешкой.
— Ну, вроде ничего сложного… — осторожно произнес Кирилл, наклонив голову. — Вот эту и эту руну мы не проходили.
— Зазубрить без проблем, — пожал плечами Семен. — В чем сложность?
Степаныч хмыкнул, снял с полки зеленый радиоприемник и расщелкнул корпус. Вытащив из него еще один листок, он положил его сверху и развернул.
— А если два слоя?
Парни переглянулись.
— Вы простите, конечно, а сколько всего слоев? — с опаской спросил Кирилл.
* * *
— Пять! Пять слоев! — широко раскрыв глаза, произнес Кирилл. — Как это вообще можно зазубрить? Это же…
— Слушай, вот у мусульман мулла есть, так?
— Чего? Причем тут…
— Это что-то типа священника. Так вот их мулла должен наизусть целый коран знать. И ничего, учат люди, — пожал плечами Семен и почесал голову. — Мы же на химии аминокислоты учили? Учили. Руны учили? Учили. Значит, и тут выкрутимся. Надо просто усилий и времени больше потратить.
— Ну, не знаю, — осторожно произнес Кирилл.
Парни сидели в красном уголке, склонившись над копией показанной им схемы. Да, копия была только одного слоя, но тем не менее, парни даже над ней склонились с задумчивым видом.
— Киря, знаешь, что надо сделать со слоном, чтобы его съесть? — спросил Кот, еще раз осмотрев схему.
— Разрезать на кусочки? — хмыкнул Осетренко и еще раз осмотрел схему. — Если так посмотреть, то… В принципе ее можно поделить на конструкты. Правда я таких еще не видел.
— Карточки! — глянул на друга Кот. — Разбиваем на конструкты, делаем карточки. Их и заучиваем.
— Мысль, — кивнул Кирилл и раскрыл тетрадку. — Листки нарвем и сделаем карточки. Потом по памяти будем повторять…
— Большие не делай, чтобы в карман помещалась, — кивнул Семен, взяв карандаш и принявшись делить огромную схему по мелким частям. — Смотри… Если так, вот так и вот так… Получается…
— Поликонструктный сложный артефакт, — замер Осетренко с вырванным листом и поднял взгляд на друга. — Ты хотя бы примерно представляешь, что нас заставляют выучить?
— Нет и думаю, что нам об этом даже не расскажут, но… — тут Кот усмехнулся и поднял взгляд на друга. — Но так даже интереснее.
В этот момент в кабинет вошла староста курса и удивленно уставилась на ребят, что оккупировали стол.
— Вы чего тут? — спросила она, войдя в кабинет.
— Да, так… на спор решили одну схему выучить, — Семен продолжил делить схему. — А ты чего?
— У нас тут вообще-то комсомольское собрание сейчас будет по практике, — насупилась девушка. — Так что давайте-ка свои схемы у себя в комнате учите.
— На стену повесим, перед кроватью, — подал идею Кирилл. — А сами на кровать, там и карточки нарисуем.
— Мысль, — кивнул Семен.
— Осетренко, а ты на собрание не собираешься? — глянула недовольно на него Лена. — Мог бы место получше подобрать.
— Самое лучшее место — в морге! — хохотнул Семен. — Если останется — сразу нас записывай!
— Почему морг? — глянул на друга Кирилл.
— Тихо, спокойно. То, что надо, если учишь что-то, — пожал плечами Кот. — Нам все равно ничего делать не дадут, а там вроде как и не надо.
— Будете так относиться к практике — я вас санитарами на скорую отдам! — с прищуром объявила староста. — Будете таскать больных на руках.
— Тоже дело, — кивнул Семен, складывая схему. — Есть вызов — таскаем. Нет вызова — не таскаем. Катаемся по городу, людей смотрим.
— Тогда в геронтологический центр! К старикам отдам! — обиженно заявила Лена.
— У бабулек всегда конфеты есть, — кивнул Кирилл.
— А деды постоянно байки травят, — поддержал Семен. — Ладно, если что — мы на все согласны. Пошли в комнату. И это…
Тут Семен толкнул в бок Кирилла и указал взглядом на старосту.
— Если у тебя остался вчерашний суп, а кастрюлю мыть лень — мы с удовольствием возьмем на себя функцию очистки кастрюли от супа, — деловым тоном произнес Семен. — Да, Кирюх?
— Даже если у тебя только гречка, — закивал Осетренко. — И помоем, и остатки еды… утилизируем.
— Дуйте отсюда… — обиженно буркнула Лена. — Утилизаторы, блин…
  
Глава 15
 
Семен сидел с легкой ухмылкой и тасовал карты. Перед ним, поджав губы, с ручкой в руках сиджел Кирилл.
— Ну… — хмыкнул Кот. — Какую?
— Пятую снизу, — произнес Осетренко.
Семен перестал тасовать карты, отсчитал пятую карту и положил ее перед другом.
— Восемнадцатый фрагмент, — произнес он и тут же глянул на часы. — Время пошло!
Кирилл тут же перехватил поудобнее ручку и принялся строчить руны на листке бумаги. Семен же поглядывал то на друга, то на время, совершенно не обращая внимание на студентов, что только начали входить в аудиторию.
— Готово! — выдал Осетренко, бросив в сторону ручку.
  
— Минута двадцать, — уважительно кивнул Семен. Пробежавшись взглядом по начерченной схеме, он добавил: — Силен!
— А то, — довольно сложил руки на груди Кирилл и протянул руку. — Твоя очередь.
Друг отдал стопку карт и принялся разминать шею.