Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Но и отказать было нельзя: мало ли что в жизни случится! Вдруг ей снова понадобится помощь Лесина? Леонид — человек могущественный, слов на ветер не бросает. Так что пришлось брать выходные и ехать в Москву. Причина приглашения стала понятна в тот же вечер: за ужином ей представили Грэма Саецки — бизнесмена из Прибалтики и бизнес-партнера хозяина. Интересный мужчина лет пятидесяти говорил по-русски с характерным акцентом, был весьма галантен, обходителен и весь вечер не сводил с Леры глаз. Как она поняла, Лесин решил выполнить свое обещание подыскать для нее жениха. В разговоре быстро выяснилось, что Грэм часто бывает в Минске: уже через неделю позвонил и пригласил на ужин. Романтическое свидание плавно перешло в ночь, проведенную в номере одной из лучших гостиниц города, а спустя еще месяц Валерия перебралась из своей однушки на Юго-Западе в квартиру в центре: в двушку с хорошим ремонтом.
Идея принадлежала Грэму, расходы на жилье он изъявил желание оплачивать сам: мол, негоже его женщине прозябать на задворках спального района. А здесь можно и прогуляться вечером вдоль набережной, и насладиться прекрасным видом из окна. К тому же лично для него это гораздо удобнее и дешевле: снимать номер в скромной гостинице не позволяет статус, а здесь и цена нормальная, и условия приличные, и любимая всегда ждет. При этом великодушно позволил Валерии принимать пациентов на дому, так как с уважением и пониманием относился к ее желанию работать.
Не питая иллюзий насчет дальнейших намерений Саецки, Валерия поняла его слова по-своему: «Видно, не родился тот, кто готов всё бросить к моим ногам. Ну что ж… О съемной квартире для приема пациентов давно думала, так что и такой материальный плюс от его любви на данный момент меня устраивает. В целом жмот, конечно, мог и более шикарные апартаменты снять. Но в постели хорош, своим присутствием не напрягает, в свободе не ограничивает… Всё лучше, чем одной».
И это правда. Наверное, впервые в жизни она чувствовала себя спокойно и уверенно: работа, которая нравится, мужчина, с которым комфортно. И даже сам город ей снова показался родным и близким: больше не выталкивал, принял обратно, согревал в объятиях.
А дочь и Ладышев — дело времени. В этом Лера была уверена. Особенно после того, как в порыве страсти Грэм загорелся желанием отомстить ее обидчикам.
Ради такого дела стоило и потерпеть…
— …Знаю, что уехал, молодец, Артем! — просматривая сквозь кусты территорию у забора, едва слышно ответил Максим. Звук на телефоне был выключен, для разговора он воспользовался «умными» часами. — Развернись, погаси фары и жди, не доезжая метров пятьдесят до перекрестка.
Подсвечивая дорогу фонариком, он выбрался из оврага и, внимательно всматриваясь в землю под ногами, пошел вдоль бетонных плит. Приблизившись к месту, где перемахнул через забор, он замедлил шаг, нашел свежие следы обуви, прикинул траекторию полета сумки, подошел к краю канавы и направил луч фонарика вниз.
Вдруг со стороны ворот послышались голоса, показался свет. Чертыхнувшись, Максим сделал шаг вперед, но тут же поскользнулся и, не удержавшись, свалился в воду почти по пояс.
— …Сюда, еще метров двадцать, — услышал он женский голос.
Женщина и двое мужчин быстро приближались. Пришлось выключить фонарик, отступить в густо растущие камыши и, присев, почти по плечи погрузиться в застоявшуюся вонючую жижу.
— Вот здесь следы Андрея Леонидовича… А вот здесь он спрыгнул… Я там пряталась… — женщина подошла к бетонной стене, присела. — Да, точно здесь. Сумка немного под углом летела. Упала вот сюда… — подошла она к канаве неподалеку от Максима. — Здесь надо искать!
— Здесь так здесь… — передав фонарик напарнику, один из мужчин сбросил у края канавы кроссовки, но, чуть подумав, снова стал обуваться. — Летом, когда сухо было, чего только на дне не валялось: бутылки, арматура ржавая… Уж лучше без новых кроссовок остаться, чем ноги распороть. Свети под ноги, — попросил он второго мужчину. — Вы бы отошли, Екатерина Александровна. Еще поскользнетесь.
 
Он стал осторожно спускаться вниз, но точно так же, как Максим, соскользнул вниз и, не устояв на ногах, плюхнулся в воду всем телом. Тут же вскочив на ноги, ругнулся и, присев, принялся шарить руками по дну.
— Что-то вроде есть, — сообщил он и поднял на поверхность черный, блеснувший в свете фонаря, предмет. — Кусок старой шины, — разочарованно зашвырнул он его в камыши, едва не попав в затаившегося Максима.
Шагнув чуть дальше, снова поскользнулся и едва не упал.
— Саша, осторожнее! — желая хоть как-то помочь, Катя включила фонарик на телефоне.
— Еще что-то нащупал, — сообщил Зиновьев. На сей раз ему пришлось погрузиться в жижу до подбородка. — Эта? — вытащил он за ремень нечто похожее на сумку и двинулся к стоящим на краю канавы людям. — Держите…
— Второй, второй, ответь! — не вовремя забормотала рация на плече у напарника.
Не обращая на нее внимания, парень сделал пару шагов ближе к краю канавы, протянул руку.
— Второй, второй…
Едва он ухватился за ремень сумки, как справа в темноте что-то затрещало, заплескалось, в свете фонаря мелькнула тень, резко дернула ремень на себя. Раздался громкий всплеск упавшего в воду тела, фонарик погас. Раскрыв рот от изумления, Катя опустила руку с телефоном — стало совсем темно. Быстро придя в себя, она снова навела свет на канаву, но ничего, кроме бултыхающихся грязных фигур, не разобрала. Понять, где и кто, было невозможно.
И все же в одно мгновение ей удалось рассмотреть вожделенную сумку у кого-то в руке. Не раздумывая, она соскользнула в канаву, ухватила грязный ремень, дернула изо всей силы и, осознав, что добыча у нее, принялась карабкаться наверх. Правда, при этом выронила телефон.
— Катя! — вдруг услышала она сверху голос Ладышева. — Дай руку!
Не глядя, она протянула ладошку и через секунду уже стояла лицом к лицу с Вадимом. Можно сказать, находилась в его крепких объятиях, так как после резкого рывка не устояла бы на ногах, если бы он ее не подхватил. Возня за спиной поутихла.
— Отдай сумку или буду стрелять!
Повернув голову, Катя увидела на противоположном берегу канавы высвеченную фонарем мужскую фигуру: в вытянутой руке что-то блеснуло. Еще через мгновение фигура исчезла: обзор перекрыла спина Ладышева. В ту же секунду с другого берега раздался шум борьбы, крик «Стой!».
— Все хорошо? — повернувшись лицом, уточнил Вадим. — К стене! — особо не церемонясь, подтолкнул он ее к забору, снова закрыл собой и крикнул: — Дружников, назад!
Крепко ухватив сумку, Катя прижалась к бетонной плите и, вытянув голову из-за плеча Вадима, попыталась рассмотреть, что происходит. Подобные сцены она видела в боевиках, но сейчас мало того, что в темноте ничего было не разобрать, так еще и смысл всего действа был непонятен. Хотя… Похоже, напавший на них человек и был тем типом, за которым гнался Андрей Леонидович. И он действительно вернулся за сумкой.
Шум на противоположном берегу стих, Ладышев помог выбраться из канавы Зиновьеву и Елисееву, поднял с земли что-то светящееся.
— Зря вы меня остановили, — недовольно пробурчал еще один охранник, вынырнувший из темноты. Скорее всего, он изначально шел по другому берегу. — Ниндзя какой-то, — с нескрываемой досадой сплюнул он на землю. — Незаметно подкрасться, выбить пистолет и нейтрализовать соперника — тысячу раз в десантуре повторял. Как он увернулся — не пойму. В кусты сиганул, судя по звуку, в сторону дороги побежал. Эх, догнал бы…
— Пистолет где?
— В канаву упал.
— В темноте не найдем, надо дожидаться рассвета. Главное — все целы, — подвел итог Ладышев. — Чей? — протянул он телефон.
— Мой. Могу обменять вот на это, — Катя протянула сумку, стерла с телефона грязь и, раскрыв чехол-книжку, выключила продолжавший светить фонарик.
«Работает. Хорошо, не в воду упал», — порадовалась она.
— А может, все-таки подежурим здесь по очереди, — предложил Зиновьев, с ног до головы перемазанный грязью.