"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Сама же проверила раненых, с неудовольствием отмечая, что им бы пару суток еще полежать. Все-таки у неодаренных регенерация идет медленнее, чем у магов. Значит, нам еще день тут куковать. Эх, а я так надеялась побыстрее добраться до Кречетова и избавиться от навязанных попутчиков.
Светало. Скоро Игнат с учеником вернутся, следовало подумать о завтраке. Но я теперь нарочно не притронусь к готовке, для этого есть Лиза. Нырнула в повозку, чтобы разбудить девушку. Гаврила спал тут же, на дощатом настиле, и проснулся, стоило ему услышать шорохи.
– Чего это вы, боярышня, меня раньше не подняли? – всплеснул он руками. – Барин ведь наказал заступить на смену.
– Не спалось, – я невинно захлопала глазками, – за брата переживала.
– А что, его до сих пор нет? – Гаврила нахмурился.
– Что значит, нет? – всполошилась Елизавета. – Куда Игнат Захарович делся?
– Осмотреться пошел. Вдруг не всех разбойников перебили, и они снова нападут? – зыркнув на Гаврилу, чтобы помалкивал, выдумала я ответ.
Мужик медленно сомкнул и разомкнул веки, давая понять, что не стоит озвучивать лишнюю информацию. По большому счету, я ведь и не врала, просто не договаривала. Обсудив с Гаврилой перспективы задержаться тут еще на сутки, приуныла. До Кречетова и так путь неблизкий, а тут еще обуза в виде семейства баронов. Отдать должное, мужчина спокойно относился к таким поворотам судьбы, как и Лиза, и Егорка. Им-то что? Барину теперь служат, значит, он и позаботится о безопасности и пропитании.
Ночью, пока возилась с дневниками, осознала одну неприятную вещь: сколько я уже изучила заклинаний, а толком не использовала их на практике. Упущение! Да еще какое! Прадед в записях рекомендовал регулярно опустошать резерв и закреплять полученные знания. Чем чаще это делать, тем быстрее увеличится объем внутреннего источника, а применение простейших заклинаний не будет вызывать усилий. Поскольку все уже разошлись, а в повозке никто не мешал, то начала с себя. Сперва подвесила световой шар – простейшее заклинание стихии огня. Элементарное в исполнении, но требует навыка, чтобы не отвлекаться на него, занимаясь другими делами, и в то же время постоянно поддерживать над собой. Затем применила бытовое заклинание чистоты, приводя испачканную одежду в первозданный вид. Заодно навела порядок в повозке и вокруг прибралась. Следом настал черед мальчонки, который умудрялся найти грязь там, где ее нет. Отвела его в сторонку да и бахнула заклинанием.
– Ух ты-ы! – восхищенно засверкал он глазенками. – Рубаха как новая сделалася! И портки таперича стирать не нада. А энто, боярышня, котелки вы тоже так смогете? – он мигом смекнул, куда можно применить мои умения.
– Смогу! – усмехнулась довольная я. – Только чур, чтобы никто не знал. Понятно? Нужно будет, сама расскажу, а ты чтоб помалкивал.
– Дык, эта. Я – могила! Зуб даю! – закивал Егорка болванчиком.
– Ну вот и хорошо, беги, – я отпустила пацана, – и позови Лизу.
Девушка пришла в полный восторг, когда увидела собственное чистое платье и руки, которыми как раз чистила картошку. О волосах и говорить нечего – извечная проблема, где достать необходимое количество воды, а потом еще найти время просушить их.
– Ниночка Павловна, волшебница! Так вы магичка? Я и не знала, чудо-то какое! Надо же! А что вы еще умеете?
– Да так, разное, – пожала я плечами. – Я еще только учусь. Только никому не говори, чужакам особенно. Не доверяю я этим баронам.
– Как прикажете, боярышня. Слова не скажу, даже если пытать будут и лютой смертью грозить, – заверила Лиза со всей серьезностью, чем вызвала у меня недоверчивую улыбку.
Лизка от вида крови в обморок бухалась, а тут пытки – мерзкое, чрезвычайно болезненное и кровавое действие.
– Ну, это не та тайна, за которую следует умирать, лучше просто держи язык за зубами, – предупредила я на всякий случай. – Идем, кажется, наши попутчики проснулись, – расслышала голосок Мусечки, которая с утра уже отчитывала мужа.
– Ося, я требую, чтобы мне предоставили горячей воды. Я хочу умыться. Ты же мужчина, найди служанку, пусть почистит одежду.
– Мусечка, да где же я посреди леса ее найду? – отозвался изумленный барон.
– Как где? Вчера же нашел!
– Так это спасителей наших личная служанка, не могу я ей приказывать.
– Ося, меня не волнуют такие мелочи, в самом деле! – возмутилась баронесса. – Они ведь даже не дворяне и должны быть счастливы, что оказали нам услугу. Ох, и зачем я только согласилась на это путешествие. Алим, сыночек, мамочка ради тебя на такие жертвы пошла! – дамочка вернулась в карету, а муж остался снаружи решать возникшую проблему.
Я бы предпочла держаться от них подальше. Но лагерь-то общий, куда тут скроешься? Выбрались мы с Лизой из-за кустов и неспешно пошли обратно.
– Доброго утра, Нина Павловна, – завидев меня, обрадованно кинулся навстречу Зельман.
Я внутренне поморщилась, так царапало чужое отчество, да и разговор предстоящий.
– Доброе, Осип Ааронович, – вежливо поздоровалась. – Как спалось? Как самочувствие?
– Бог миловал, – мужчина осенил себя крестом. – Не подскажете, куда ваш дядя запропастился? И брата вашего что-то не видно.
– Так на охоту ушли, – не моргнув глазом, соврала я, – и хищников заодно погонять. Ночью совсем близко к лагерю подходили. А зачем они вам понадобились? Может, я помогу?
– А и поможете, Нина Павловна, – расплылся барон в улыбке. – Супруга моя тяжело переносит походные тяготы. С нами штат слуг ехал, чтобы обеспечить комфортом, к которому она привыкла. Теперь же, сами видите, не осталось никого. Не могли бы вы одолжить служанку на некоторое время? А то и перекупили бы мы ее насовсем, что скажете? Девушка, вижу, работящая. Вон, с завтраком хлопочет и одежду вашу успела привести в порядок. Хорошую цену дам.
– Вот что, – я завела руки за спину и впилась ногтями в ладони, чтобы не сорваться. – Лиза – не наша собственность, чтобы торговать ею как вещью. Захочет уйти, неволить не будем, но и в обиду никому не дадим. Разумеется, мы постараемся облегчить для вас походную жизнь. Одежду постирать-починить, еду приготовить. Если госпоже Зельман понадобится камеристка, Лиза с удовольствием поможет. Но уж простите, менять исподнее и обмывать взрослого парня она не будет. Я понимаю, Алим не виноват в своем немощном состоянии, и этот вопрос надо как-то решать, поэтому предлагаю приемлемый выход: вы договариваетесь с Гаврилой, если потребуется переодеть Алима, перенести или еще что-либо сделать. Ну а гигиенические вопросы решаете сами.
Ошарашенный ответом, барон растерянно кивнул и направился к себе. Видно не привык, чтобы ему отказывали.
Глава 20
Раздираемая любопытством, как бы новые попутчики каких-нибудь гадостей не удумали, я нашла укромное местечко неподалеку от кареты и запустила заклинание «слух». Часть разговора пропустила, но вряд ли что-то важное. Мусечка сдавленно шипела, высказывая, что думает о нас.
– Да как эта невоспитанная девчонка посмела говорить с тобой в подобном тоне! – бушевала дамочка. – Ося, и ты позволил? Они же обязаны обеспечить нас всем необходимым по первому требованию. Нет, это ни в какие ворота! Розги по этой выскочке плачут! Уверена, как только ты попросишь Игната Захаровича, он тут же накажет племянницу и продаст эту девку. Тройную цену заплатим, десяток таких себе купит.
– Ох, Мусечка, я бы на это не рассчитывал. Ты видела? Они в одной повозке ночевали, стало быть, доверяют. А нам негоже быть неблагодарными, ведь эти люди спасли нам жизни. Потерпим несколько дней, справимся, а в Кречетове новых слуг наймем.
– И что, мне теперь страдать, пока эта чернь наслаждается комфортом? – послышалось шумное сопение.
– О каком комфорте ты говоришь? – фыркнул мужчина. – У них одна повозка на шестерых, и даже сам Игнат Захарович не чурается грязной работы.
– Это-то и странно, – баронесса успокоилась и принялась рассуждать. – Вот только манерам светским обучен так, будто с малых лет среди знати вращался. Сила чувствуется и порода видна. Не пойму только, отчего мещанским именем назвался? Неужели скрывается от кого? А не разбойник ли он? Откуда нам знать, что это не по его указке напали? Вдруг это такой умысел злой, чтобы мы поверили, будто долг жизни на нас висит? Вот потребует клятву служения, и что ты сделаешь?