"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Что вам угодно, капитан? — слегка склонив голову набок, сухо осведомился у меня он.
— Мне нужно видеть хозяина… всего вот этого, — обвел я жестом комнатку, по всей видимости служившую тут приемной. 
— Господин Кусса иль Ламатор занят, — верно меня поняв, сообщил сухощавый. — У него посетитель… Посетительница. Просил не беспокоить!
Не знаю уж, что тут переклинило у меня в голове, но услышанное, вкупе с ухмылкой на лице собеседника, не то и вправду там проскочившей, не то мною додуманной, я воспринял однозначно: встреча у хозяина конторы не то чтобы деловая. Или как раз деловая — по-своему. Что, если идиотка Ксен не стреляться сюда пошла? Что, если она решила купить нам заказ — или хотя бы топливо — иной ценой?! Той, что в доме напротив щедро предлагают посетителям профессионалки?
«Только не Ксен — она бы выбрала Улицу!» — уверенно заметила на это Аран, и возьми я хотя бы полдюжины ударов сердца на раздумья — наверняка бы тут с ней согласился, но меня будто само собой качнуло вперед, на сухощавого. Тот опустил руку на рукоять бластера у бедра и выразительно покосился на мою пустую кобуру… 
Еще на Земле я замечал, что люди, привыкшие слишком полагаться на оружие, часто забывают обо всем прочем. Мой кулак, вобравший в себя всю накопленную мной ярость, беспрепятственно ударил сухощавого в скулу. Ламаторец охнул и повалился на пол, я же кинулся к двери — наконец-то богатой, красного дерева — которую более от меня никто не заслонял.
«Бластер за спиной не оставляйте!» — подсказала мне Аран.
Ну да, тут она снова была права, а пара мгновений уже, наверное, ничего не решала. Одним прыжком вернувшись к телу поверженного ламаторца, я нагнулся и выдернул оружие из его кобуры. Попытался, не глядя, сунуть в свою, но та оказалась для трофея маловата — дуру сухощавый таскал здоровенную, от комплекса какого, что ли, страдал?
Так, с неприлично огромным бластером в руке, я и ворвался в соседнее помещение.
Судя по всему, это был рабочий кабинет, и происходившее внутри вполне соответствовало его прямому назначению — а вовсе не тому, что я успел себе напридумывать в приемной. Ксен я увидел сразу: девушка чинно сидела на стуле за столом, левым боком ко мне. Напротив нее в массивном кожаном кресле располагался грузный человек в черном деловом костюме-тройке — как раз в этот момент он пододвинул моей суперкарго какую-то бумагу. 
— …поставьте подпись внизу, — бархатным тоном произнес он. — Это отказ от любых претензий, прямо или косвенно связанных с предстоящим вам выходом на Улицу — естественно, помимо возможного права на спорный заказ!
«Я же говорила! — обронила Аран. — Стреляться она сюда пришла!»
Не знаю, насколько важна была лежавшая перед Ксен бумага, но почему-то мне показалось принципиальным, чтобы девушка ее не подписала. Мой покойный дед говаривал, если в руках у тебя молоток — любая проблема кажется гвоздем. А уж если бластер… В общем, лучшего способа помешать суперкарго, чем вскинуть оружие и испепелить лежавший перед ней документ, я второпях как-то не придумал. 
Бумага исчезла — вместе с немалым куском полированной столешницы.
Ксен отпрянула назад вместе со стулом, резко обернулась — и, увидев меня в дверях, кажется, перетрухнула даже сильнее, чем в момент выстрела. Хозяин же кабинета сохранил завидное хладнокровие.
— Что это значит, капитан? — прищурился он на меня не без удивления, но без малейшего испуга. — Знаете, сколько стоит этот стол?
— Вычтите у меня при оплате заказа, — бросил ему я.
— Право на заказ нужно еще заслужить, — веско заметил на это человек в черном костюме.
— Этим и займемся. 
— То есть вы не возражаете против выхода на Улицу вашего суперкарго? — кивнул мой собеседник через пострадавший стол на съежившуюся Ксен. — Зачем тогда нужно было мебель портить?
— Разумеется, возражаю, — заявил я. — Ни на какую Улицу суперкарго не пойдет — это сделаю я!
— Что ж, не вижу причин спорить, — незамедлительно развел руками хозяин кабинета. — Тогда все, что вам остается — выбрать часы и подписать такой же отказ от претензий!
 
— Давайте вашу бумагу! — переложив бластер в левую руку, я шагнул к столу. — А что касается часов — предлагаю на рассвете!
— Вы не поняли, капитан, — слегка скривился человек в черном костюме. — Время поединка всегда одно и то же — половина первого пополудни. Такова традиция. У вас же есть право назвать часы, бой которых послужит сигналом к стрельбе. То есть, попросту говоря — выбрать место дуэли. 
— Вот как?.. — мне вдруг словно по затылку врезали — в недоделанную мозаику моего плана упал последний недостававший до комплекта цветной камешек, и узор разом сложился. 
«А ведь так может и сработать!» — в кои-то веки сходу одобрила мою едва оформившуюся мысль Аран.
— Часы на башне диспетчерской космопорта подойдут? — с небрежным видом поинтересовался я у собеседника.
— Почему нет? — пожал тот плечами. И, кажется, впервые за время разговора не удержался от едкого замечания: — Пусть это и не совсем Улица — но зато ближе будет нести ваш труп!
— Логистика — наше все! — задорно подмигнул я хозяину кабинета — и, пробежав глазами подложенную им мне бумагу, взял со стола ручку и размашисто расписался.
* * *
— Господа, будьте любезны предъявить ваше оружие, — обратился к нам с противником Грон Кусса иль Ламатор — тот самый господин в черном костюме, в контору которого я столь бесцеремонно наведался накануне. 
Сегодня он снова был в своей деловой тройке, а вот мне и Краггу, согласно правилам, полагалось предстать друг пред другом в одних шортах, с обнаженными торсами и коленями — как видно, чтобы не пришло в голову спрятать под одеждой броню. 
К слову, на женщин-поединщиц это требование тоже распространялось — сам я об этом не задумывался, пока меня не просветил уже знакомый мне по вчерашней прогулке болтливый мальчишка, вынырнувший ко мне из рядов зрителей. Зевак, кстати, собралось не так уж и много, не чета толпе накануне — чтобы попасть на территорию порта, откуда только и был виден циферблат на башне диспетчерской, горожанам, оказывается, требовался специальный пропуск. Но парнишка, как выяснилось, носил фамилию Кусса иль Ламатор — пусть и приходился главе этой влиятельной семьи седьмой накипью на форсунке — и лично у него с проходом за ворота никаких сложностей не возникло.
— Крагг на вас жутко зол, что вы вышли вместо той дамочки с косой и лишили его сладкого зрелища! — доверительно поведал мне юный Кусса. — Обещал, что за это, прежде, чем прикончить, сперва отстрелит вам…
Рокот двигателей заходившего неподалеку на посадку крупного корабля заглушил его последние слова, но направление мысли обманутого в лучших ожиданиях Крагга было очевидно и так. 
— …Кстати, а где она сама? — дождавшись относительной тишины, спросил у меня мальчишка, недоуменно оглядываясь по сторонам. — И все остальные ваши? Почему не пришли смотреть?
— Таков был план, — честно признался я.
— И с кобурой вы, капитан, что-то намудрили, — кивнул юный Кусса на закрытую модель у меня на поясе, и в самом деле для Ламатора совершенно нетипичную. — Даже если заранее расстегнете — выхватывать из такой несподручно!
— Таков был план, — повторил я.
— Странный план, — развел руками парнишка.
В этот-то момент ко мне и приблизился его старший родственник. 
— Позвольте взглянуть на ваше оружие, капитан! — потребовал он.
Что ж, вот он, момент истины.
Неспешно расстегнув «мудреную» кобуру, я извлек из нее… нет, не бластер и даже не игольник — продолговатый цилиндр с кнопочкой на торце — и с простодушным видом продемонстрировал его Грону Кусса иль Ламатор.
— Что это? — непонимающе нахмурился тот.
— Пульт дистанционного управления огнем моего корабля, — ровным тоном пояснил я. — Если вдавить до половины, откроются орудийные порты, — я тронул кнопку пальцем, и бронеплиты на носу высившейся в каких-то ста дулах у меня за спиной «Евы» грозно пришли в движение. — Ну а если до конца… Но это уже только по сигналу часов, — показал я глазами на башню диспетчерской.