Король Муравьев (СИ)

Мы перебрасывали тонны веществ между мирами — воду, почву, формировали реки и озёра, планировали даже выкопать океаны. Гигантские жуки-бурильщики прорезали в коре планет русла для будущих рек, а колонии микроскопических организмов заселяли новые водоёмы, создавая первые звенья пищевой цепи. На равнинах роились биомеханические конструкторы, выращивающие из своих тел целые лесные массивы — странные гибриды флоры и хитина, способные выживать в самых экстремальных условиях. Специальные жуки очищали атмосферу, высасывая ядовитые газы своими фильтрующими мембранами и выделяя чистый кислород через поры на спине, насыщая её кислородом и озоном.
  
Долгий и кропотливый процесс — особенно создание гор, критически важных для климата. Для этого мы использовали титанических жуков-тектоников, способных вызывать контролируемые землетрясения и поднимать целые горные хребты за считанные месяцы. Их личинки, внедряясь в планетарную кору, выделяли особые ферменты, размягчающие породу и позволяющие лепить рельеф как пластилин. На это уходило много сил и времени, но у нас их было с избытком. Каждый преобразованный мир постепенно покрывался живой биоплёнкой нашего роя — сначала едва заметной плесенью в трещинах скал, потом густым ковром растительности, пока вся планета не начинала становится одной массивной колонией.
В этот раз наш рой казался мне не всепоглощающим злом, а спасителем. Мы буквально вдыхали жизнь в прогнившие миры — пусть и очень своеобразным способом.
Пока одни корабли роя выжигали орбитальные свалки, а другие вгрызались в поверхность планет, перемалывая тонны отходов в полезные ресурсы, третьи занимались куда более тонкой работой — продавали плоды нашего труда тем, кто ещё вчера жил среди этого мусора.
Не все планеты мы полностью подчиняли, на некоторых оставляли местное население в "сожительстве", в знак доброй воли. Мы хотели построить не только новые улья, но и экономику тоже. Жаль Адама с нами больше нет, он бы с превеликим удовольствием занялся этим делом. Потеря его "торговой жилки" чувствовалась, эффективность нашей торговли падала, как и прибыль. Мы все равно старались справляться, исправляя свои ошибки и быстрее реагируя на переменчивый рынок. Искусство "договаривать" — было сложным. Благо Лилит нам помогала и все было не так плохо.
Над уцелевшими космопортами повисли торговые ульи — пульсирующие биомеханические станции, выращенные из тех самых переработанных отходов. Их стены, сплетённые из спрессованного металлолома и армированные хитиновыми балками, дышали тёплым влажным воздухом, наполненным запахом озона и ферментов. Внутри, в лабиринтах живых коридоров, сновали жуки-факторы — гибриды торговца и биоробота, их сегментированные тела приспособлены и для подсчёта прибыли, и для переноски грузов.
— Чистый титан, 98% очистки, — булькал один из них, протягивая слиток, в котором, как в зеркале, отражалось изумлённое лицо покупателя. — Из левого крыла вашего же крейсера «Непокорный». Иронично, да?
Торговали всём, что нельзя было просто забрать:
- Биопластиковые панели — лёгкие, как перья, но прочнее стали, идеальны для постройки убежищ от кислотных дождей.
- Энергосферы — шары из переработанных реакторных стержней, годные и для обогрева, и для питания оружия против нас. (Мы знали, что их купят в первую очередь.)
- Даже воду — кристально чистую, профильтрованную через жабры жуков-фильтраторов, выращенных в затопленных трюмах кораблей.
Плата? Разная.Рабы получали стройматериалы за информацию — координаты тайных складов, имена уцелевших надсмотрщиков. Бывшие хозяева платили технологиями или клятвами верности, которые, впрочем, рой соблюдал строже, чем они сами. А самые упрямые... их мы брали бартером.
— Ваш генетический код в обмен на очистку квартала, — предлагал жук-фактор, щёлкая отростками над головой пленного инженера. — Или наблюдайте, как ваши дети дышат ядом ещё десять лет. Выбор за вами.
К концу цикла наши торговые точки становились центрами новой жизни. Возле них вырастали посёлки из наших материалов, работали генераторы на нашем топливе. А на планетах местные водили детей смотреть на наших жуков, мирно пасущихся в отравленных когда-то полях и морях.
Так, без единого выстрела, мы делали их зависимыми от собственного спасения. Множество видов, порабощенных мусорщиками, были рады нашему прибытию. Мы старались сосуществовать мирно, но на агрессию отвечали жестко и моментально. Любой, кому не нравилось все происходящие и брал оружие в руки, обрекал себя и всех своих соратников на верную гибель. С такой тиранией, все кто мог — бежали, зачастую некогда богатые и влиятельные персоны, неудовлетворенные новыми порядками. А оставшиеся бедняки наоборот, чтили нас и наши новые законы.
В итоге Авионский союз вынужден был срочно решать «проблему» нашего стремительного роста. Шестерёнки политической машины заскрипели и завертелись с ржавым звуком. Нас быстро признали — насколько это вообще было возможно — и даже поднялся вопрос чтобы нас пригласили в политический совет, где мы могли влиять на судьбу галактики наравне с другими фракциями.
Но пока мы воевали, а потом разбирались с дипломатией, Лилит покинула нас. Она выбрала момент, когда королева была занята больше всего, и одним неожиданным решением угнала один из захваченных кораблей, скрывшись в глубинах космоса. С собой она забрала несколько «неполноценных личинок» — тех, кого королева называла проблемными. Фаэлира давно научилась отсеивать большинство из них ещё на стадии созревания. Даже не смотря на это, "ошибки", такие как с Адамом еще случались. На миллиарды жуков, неполноценных было по не сколько сотен, а то и тысяч.
Побег Лилит... Это случилось крайне некстати — ведь Лилит занималась дипломатией. Она ушла в самый неподходящий момент, когда после пятилетней войны мы наконец должны были быть признаны Авионским союзом. Теперь нам предстояло разбираться со всем самим — ведь копия Лилит, как и копия Адама, не годилась для решения задач подобного масштаба.
Нам с королевой предстояло самостоятельно, лично явиться в Авион. Эх, как я устал от этого. Ну не бывает так, чтобы у нас всё происходило гладко, без проволочек. То Адам, то теперь и Лилит. Я был без малейшего понятия, куда она могла сбежать — теперь ищи её в сотнях галактик и тысячах планет.
Королеву роя сильно разозлило происходящее. Она считала Лилит своей ученицей, своей дочерью. Очень своеобразные отношения, но Лилит была дорога королеве — намного дороже, чем Адам. Лилит знала, что мы можем прочесть её мысли, поэтому действовала быстро и импульсивно, чтобы не привлечь к себе внимание долгими приготовлениями.
 Глава 31: //////////////// 
Мусорщики успели преподнести нам последний сюрприз, пока мы разбирались с их особо рьяными представителями. Очагов сопротивления оставалось так мало, что это было даже смешно. Разобраться с ними было проще простого, что даже королева не особо обращала внимание на это. И вот, как раз в тот момент, когда мы готовились отправиться в Авион на совет, на наш корабль проник убийца.
Кто-то, видимо, крайне дальновидный, узнал, на каком корабле из нашей флотилии находились мы с королевой. Сначала мы не заметили присутствие чужака — он скрывался каким-то неизвестным нам способом. Он застал меня, когда я переходил из главнокомандующего отсека в грузовой (уже даже не вспомню зачем). Я столкнулся с незваным гостем в широком коридоре между шлюзами. По обыкновению, был один, полностью уверенный в своей безопасности.
— Ты готов к смерти?! — жадно облизывая губы, прошептал мне голос.
В следующее мгновение передо мной материализовалось розовокожее существо с четырьмя руками — вернее, своих у него было три и один стальной протез на левой нижней. Это был корвал, и в руках он держал энергетическое копье, возле лезвия которого дрожала плазменная дуга. От такого поворота я буквально замер на месте в удивлении, не в силах вымолвить ни слова. Пока я ошарашенно смотрел на него, он снова растворился в воздухе, активировав какое-то устройство на груди. Корвал использовал специальный камуфляжный прибор, маскирующий его полностью — даже от тепловых датчиков.