"Мир приключений-3". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)

А шаги ближе, явственнее…
Острыми рывками заколотилось сердце.
— Сто-й-й… Ни с места-а-а-а!..
Еста-а-а — ответило эхо. Ответа нет, шаги приближаются, противно чавкают…
Приятно прижать к щеке холодный, гладкий приклад. Бодрит прикосновение к спусковому крючку…
— Сто й-й!.. ой-ой-ой раскатилось по лесу.
Сопит… чвакает… чвуак… чвуак…
Острой иглой блеснул огонь. Многократным эхом всполошилась тьма. Тотчас выстрелил второй часовой. Ружейная стрельба учащалась, ширилась; посты и разъезды затеяли тревожную перекличку.
_____
— Янек, стреляют.
— Да! Чтоб это могло быть, Антось?
— Слышишь, скачет разъезд, теперь придется ждать!
— Ищут! Как бы не вздумали сюда сунуться, — тревожно заметил Янек.
Разговаривавшие, польские офицеры, неразлучные друзья, взялись по поручению начальства взорвать большевистский склад боевых припасов, где хранились снаряды, гранаты, патроны. Это нанесло бы большой урон, так как снабжение фронтов из тыловых складов из-за осенней распутицы было сильно затруднено. Оба лежали в лесу, у опушки, скрытые от света полевых электрических фонарей густо разросшимися молодыми елочками, разговаривали едва уловимым шепотом.
Польские офицеры лежали вблизи склада боевых припасов.　
— Ой, Янек, — шепнул вдруг Антось так громко, что его товарищ испуганно схватил его за руку.
— Тише, ты ведь нас выдашь!
— Смеются, — только и мог прошептать изумленный Антось.
Оба прислушивались к раскатистому хохоту, отыскивая глазами причину, вызвавшую смех красноармейцев.
— Пся кревь, — с досадой проговорил Антось. Не пони… — он не докончил и прерывающимся от смеха шепотом обратился к Янеку.
— Часовой… подстрелил… свинью. Слышишь: хрюкает!..
Дежурный по гарнизону хвалил смущенного часового.
— Спасибо, товарищ! Вы правильно поступили. В темноте нечего разбирать, кто идет. Ну-с, до свиданья. Смена через час!
Отряд ускакал. Стало опять темно. Часовой продолжал расхаживать, прислушиваясь к звукам приблизившейся канонады.
_____
Офицеры совещались.
— Надо подождать.
— Ничего хорошего мы не дождемся, — мрачно шептал Антось. — Не забывай, что по плану мы должны были приступить к работе за 11/2 часа до смены караулов. Усталость часовых к концу дежурства — лишний шанс на успех.
— История с свиньей взбудоражила часового. Благодарность начальства подняла ему настроение, теперь он будет бдительней. Лучше выждать, — возражал Янек.
— Нет. Лучшего положения мы не дождемся. Скоро придет свежая смена, часовые будут внимательнее, они еще вздумают обыскивать лес. Надо действовать.
Янек не возражал, и друзья двинулись в путь.
Ползком, пачкаясь в липкой грязи, пересекали они поляну, прижимаясь к земле и замирая при приближении часового. Отравленный быстродействующим ядом кинжал составлял все их вооружение. На спинах в брезентовом ранце они несли 2 зажигательных снаряда с получасовым детонатором (трубка для зажигания взрывчатого вещества, рассчитанная на получасовое горение. Сама трубка зажигается от воспламенения гремучей ртути при спуске ударника).
Предстояло, добравшись до склада, уложить снаряд у дверей и пустить в ход механизм, и поскорей убраться в лес, где офицеров ждала подвода. На случай порчи механизмов они имели по запасному снаряду.
Медленно продвигались друзья вперед. Все яснее выступал фасад склада, с желтеющими посередине дверями.
Вдруг Янек почувствовал у своего виска что-то холодное и скользкое. На него уставились глаза, наводя жуть фосфорическими блестками.
— Матка Бозка, — шепчет офицер.
А щенок недоумевающе смотрит на странное существо. Человек? Но ведь люди не ползают по грязи, они смотрят на собак сверху вниз. Щенок почувствовал антипатию к этому существу. Он готов испустить грозное: р-р-р-р.
  
Опомнившийся первым Антось сжал собаке глотку, ядовитым острием кинжала ткнул в морду.
Наконец офицеры добрались до стены. Уложив снаряды и спрятав их получше в траве, разросшейся под стеной, они спустили ударники. Все благополучно, механизм в порядке. Через полчаса склад взлетит на воздух. Назад.
Четырекратный залп, раздавшийся слева, развеселил офицеров.
— Нашим таки удалось обойти левый фланг, — шепнул Янек, прислушиваясь к прерывистому мяуканью снарядов.
— Скорей, пока канонада отвлекает внимание часового, — ответил Антось.
_____
— Чорт, дьявол, — злобно выругался часовой, споткнувшись о труп собаки.
— Вот навожденье, — раздалось через некоторое время его удивленное бормотанье.
Взвившаяся слева за лесом польская ракета осветила голубоватым светом окрестность. Казалось, что блестящий шар, поднимаясь, увлекает за собой темную завесу ночи, обнажая сплошную массу леса, угрюмое длинное здание, часового, ощупывающего еще теплый собачий труп, и 2 фигуры, прильнувшие к грязной, поблескивающей лужами, земле. Шар, добравшись до облачных высот, лопнул, рассыпался на много мелких шариков и вся эта блестящая плеяда устремилась вниз и стало вдруг темно.
— Иезус-Мария! прошептал облегченно Антось.
Часовой соображал над трупом собаки. Офицеры продолжали путь.
— П-ф-ф-ф… — спесиво взвилась вверх новая ракета. Часовой заметил впереди себя не успевшие притаиться фигуры. Зловеще лязгнул затвор.
Бросившиеся бежать люди еще виднелись в свете меркнувшей ракеты, когда раздался выстрел…
Из того места, где пуля настигла беглеца, сопровождаемое оглушительным взрывом полыхнуло огромное пламя.
Пуля красноармейца пробила взрывчатый снаряд. С оглушительным взрывом полыхнуло огромное пламя.　
Раньше свалился Янек, смертельно обожженный огнем. На него медленно, как бы нехотя, склонился Антось; оба горели ярким, бездымным пламенем. В воздухе отвратительно запахло горелым мясом. Пуля попала в запасный снаряд, лежавший в ранце на спине офицера, пробила оболочку и воспламенила начинку.
_____
— Искать, — прохрипел командир прискакавшего первым кавалерийского разъезда, и бросился сам шарить руками у стены. Освещавший их человеческий костер потухал.
— Фонарей, — крикнул он, не оборачиваясь.
Засветились фонари.
— Бонбы… товарищ командир! — Двое красноармейцев подбежали к нему, неся в руках по тяжелому снаряду, в гладких, полированных стенках которых отражались лучи фонарей.
— Бонбы, товарищ командир!..　
— Кидай!.. — закричал кто-то.
— Не смей, — рявкнул командир.
Выхватив у одного из красноармейцев снаряд, он бросился к лесу, крикнув другому — За мной!
Фонари направились им в спину, освещая путь. Они уже добрались до опушки.
— Сейчас кинуть снаряды вглубь леса…
Грохот взрыва на минуту покрыл звуки канонады… трубка догорела… Полчаса прошли…
Злобно грохотали орудия, нащупавшие, наконец, польскую батарею.
…………………..
  
ЖЕСТКИЙ 1000
 
 
Рассказ из железнодорожной жизни
Марка Троекурова,
Иллюстр. В. Н. Селиванова
Начальник участка Степной ж. д. инженер Скуловпч нахмурил лоб и философски изрек: