Расписанная красками (ЛП)

— Хорошо. Я слушаю. Извиняюсь.
— Вполне объяснимо, — заявила доктор Мейсон. — Фиброаденомы не являются раковыми, но люди с доброкачественными образованиями такого рода в анамнезе имеют несколько более высокий фактор риска заболеть раком молочной железы. Самопроверки и маммограммы должны быть частью вашего регулярного ухода, и все уплотнения должны быть быстро устранены. Некоторые женщины обнаруживают, что все исчезает после рождения одного или двух детей. Возможно, вы захотите подумать о том, чтобы создать свою семью до того, как вам исполнится тридцать пять, а затем перевязать маточные трубы, чтобы вы могли не принимать противозачаточные средства. Я лично выступаю за то, чтобы женщины когда это возможно отказались от всех форм гормонов.
Брук кивнула.
— Хорошо. Спасибо.
— Я была рада сообщить хорошие новости. Сожалею, что вам пришлось так долго этого ждать.
***
Когда доктор вышла из конференц-зала, все последовали за ней. Челси была уже почти у двери, когда оглянулась и увидела Брэндона, все еще прислонившегося к стене. Позволив всем уйти, она вернулась и встала перед ним.
— Все в порядке. Можешь плакать, если хочешь. Пока я рядом никто не скажет, что ты ведешь себя не по-мужски. — Она скрестила руки. — Я выросла с братьями. И круче, чем выгляжу.
Брэндон фыркнул, моргая горящими глазами.
— Я думал, что нам снова придется через все это пройти… что это будет так же, как с моей матерью.
Челси раскинула руки и шагнула к нему, чтобы обнять.
— Знаю. Я рада, что этого не происходит. Все рады. Может быть, они сейчас поженятся. Приемные родители не так уж плохи, если тебе достанутся хорошие. Брук кажется милой.
— Да. Брук очень милая, — тихо сказал Брэндон, осторожно обнимая Челси в ответ. Он изо всех сил старался не замечать, как хорошо она ощущалась в его объятиях. Но его тело не сотрудничало.
— Челси, в последнее время ты была мне хорошим другом, но мне нужно признаться тебе в кое-чем ужасном, — прошептал Брэндон. Он обвил руками ее талию и держал так, чтобы она не могла отодвинуться. — Мне неприятно тебе это говорить … и я знаю, что ты обо мне так не думаешь… но я мальчик. Вот… я это сказал.
— Именно поэтому мои братья считают тебя таким старомодным, — проворчала она.
Хриплый смех Челси над его поддразниванием заставил его нервы заплясать. Ее руки сжались, распространяли повсюду жар. Когда ее голова коснулась его плеча, ему захотелось поцеловать ее в макушку. Челси Лэнсинг могла оказаться первой девушкой, которая ему действительно понравилась.
— Я просто почувствовал, что нам пора быть честными друг с другом, — прошептал Брэндон.
— Отлично. Ты же знаешь, это означает, что ты больше не можешь заходить в мою комнату, — воскликнула Челси.
Брэндон усмехнулся, услышав ее полный драматизма вздох. И он знал, что это значит. Он изучал ее… и ему нравилось все, что он узнавал.
— Все в порядке. Как только я найду какую-нибудь работу, у меня будет свое собственное жилье. Вместо этого ты сможешь меня навещать там. И никто никогда не узнает, что между нами происходит.
Она отстранилась и посмотрела ему в глаза. Ее удивление заставило его улыбнуться.
— Я думала, ты сказал, что мне не следует встречаться с парнями из колледжа… именно по этой причине.
— Не стоит, — согласился Брэндон, крепче ее сжимая. — Вместо этого тебе следует встречаться со мной. Хочешь посмотрим фильм в пятницу вечером? Если твои братья и Шейн позволят мне прожить достаточно долго.
Челси рассмеялась и закусила губу.
— Почему ты хочешь пойти со мной на свидание? Может быть, ты просто чувствуешь благодарность и облегчение, что с Брук все в порядке.
Брэндон кивнул.
— Все это правда, но есть и другие причины. Во-первых, я никогда не встречался с девушкой, которая могла бы поцеловать мои ушибы. Поскольку я вырос без матери, думаю, что я этим обделен. Мне это в тебе очень нравится.
Ее фырканье заставило его усмехнуться.
— Ты все еще такой старомодный.
 
— Не старомодный. У меня сейчас есть небольшая рана, которую нужно поцеловать.
Челси сильно толкнула его в грудь. Он смеялся над ее попытками отстраниться от того, что с ним происходило, хотя всего несколько мгновений назад, казалось, ей было весело.
— Брэндон Берримор, если это означает то, что я думаю, мои братья не найдут достаточно большого куска твоего трупа, чтобы вместо меня надрать тебе задницу.
Брэндон фыркнул и рассмеялся.
— Дурочка. Я бы никогда так с тобой не разговаривал. Посмотри на мое лицо.
Когда она перевела свой взгляд на него, он шевельнул одной рукой, чтобы постучать пальцем по губам.
— У меня болят губы. Им нужно, чтобы ты вылечила их поцелуем.
Это было почти волшебно, потому, что как только она посмотрела на его улыбающиеся губы, гнев покинул ее взгляд и сменился на похоть.
Он хихикнул, когда она потянулась вперед и поцеловала уголок его рта.
— Твоя магия, должно быть, ускользает. До сих пор болит, — прошептал он.
Челси вздохнула.
— Ты заставляешь меня нервничать. Не будь занудой.
Брэндон снова переместил обе руки к ее талии, а затем провел ими вверх и вниз по ее спине, остановившись на бедрах. Было совершенно мучительно думать, что она может позволить ему сделать это, когда он захочет. Возможно, ему понравится встречаться с этой девушкой.
— И кто теперь старомодный? — спросил он.
Губы Челси, встретившиеся с его губами, решительно стёрли все остальные мысли. Она поцеловала его с полным вниманием к этому, и он ответил на поцелуй с большим энтузиазмом, чем мог от себя ожидать. У него закружилась голова, когда он накрыл ее рот своим, но в хорошем смысле.
— Все еще старомодный? — спросил он, когда она выскользнула из его объятий.
Челси отступила от него на шаг и споткнулась. Брэндон рассмеялся над ее остекленевшими глазами и схватил за руку. Она покачала головой и уставилась на него.
— Ну, ты определенно мальчик… Думаю, я не против. Но мы все еще друзья?
Брэндон усмехнулся их новому взаимопониманию и отошел от стены.
— Мы лучшие друзья… и теперь из этого можем извлечь выгоду… если захотим.
Челси фыркнула.
— У тебя нет обаяния твоего отца.
— У меня не было возможности его развить. Можно я потренируюсь на тебе? — спросил Брэндон, увлекая ее за собой.
— Конечно. Если ты сможешь пережить вечер кино в моем доме в эту пятницу. Настала очередь Брайана выбрать фильм. Твоя реакция, вероятно, подскажет мне, есть ли у наших отношений шанс.
Брэндон смеялся, пока они шли по коридору.
— Значит, у нас есть отношения?
— Мы пока никому ничего не скажем, так что говори тише, Старомодный Мальчик.
Он снова рассмеялся, а затем еще громче, когда Челси бросила на него осуждающий взгляд. Ему снова захотелось поцеловать ее. Боже, он был в большой беде. Ему нравилось ее чувство юмора… и ее реакции… и то, как она его целовала.
— Челси, между нами действительно что-то есть. Возможно, ты захочешь к этому привыкнуть. И твоя семья скоро узнает. Брайан уже знает.
— Кого волнует мнение Брайана. Он еще старомоднее тебя, — сказала Челси, наклонив голову.
Брэндон ухмыльнулся.
— Ты наденешь те розовые остроносые туфли в пятницу вечером, если я пообещаю хорошо себя вести с твоей семьей?
Челси закатила глаза.
— Хорошо. Беру свои слова обратно. Нет никого старомоднее тебя. Даже мои братья. Я не думаю, что это «нечто между нами» сработает, Брэндон.
Прежде чем она успела сбежать, Брэндон схватил ее за руку и дернул к себе. Он улыбнулся всем стоявшим на стоянке Ларсонам.
— Мы просто друзья… пока что. Хотя она думает, что я старомодный, — закричал он.
Челси, ударив по руке, заставила его истерически рассмеяться. Он увидел, как отец смотрит на небо, а Брук показывает ему большой палец вверх.
Впервые он почувствовал, что все действительно может получиться так, как должно было.