Расписанная красками (ЛП)

Эллен обняла Джессику.
— Так что мы примем небольшой комочек за хороший знак и разовьем эту идею.
Джессика кивнула.
— Ты знаешь, я думаю, что постарела примерно на десять лет всего за пару недель.
— Ты держишься намного лучше, чем смогла бы я, — прошептала Эллен. — Это еще одна причина, по которой я тобой восхищаюсь.
Джессика обняла маленькую женщину в ответ и повернулась, чтобы найти своего мужа. Они вместе все расскажут собравшимся.
Потом снова начнется ожидание.
***
Брук застонала и попыталась перевернуться, но ее правый бок болел. Она подняла руку и увидела капельницу, спускающуюся к ее запястью. Реальность катилась волнами, пока ее разум не осознал, что происходит. Она повернула голову и увидела рядом с бедром еще одну голову. Она протянула руку и коснулась шелковистых прядей. Голова приподнялась.
— Привет… ты здесь, — сказала она.
Дрейк кивнул и поднялся со стула. Он перегнулся через перила кровати и поцеловал ее в щеку.
— С возвращением. Ты долго была в отключке. Я отправил твою мать домой, чтобы она поспала.
— Хорошо. Я в порядке. Просто очень, очень сонная. Можно мне воды?
Дрейк кивнул и поднял стакан со стола. Он поднес соломинку к ее губам. Когда она закончила пить, Брук переместила руки и положила их себе на груди. Одной было больно, но это было нормально.
— Ура. Они обе все еще здесь.
Дрейку не хотелось смеяться, но он не мог сдержаться.
— Да. А теперь прекрати с ними играть, пока я не возбудился. Не хочу стать таким же печально известным, как твои сводные братья. Неужели Майкла действительно выгнали из этой больницы?
Брук рассмеялась.
— Да… из-за его жены. Он неисправим… вроде тебя.
— Меня? — спросил Дрейк, удивленный тем, как она его видела.
Брук слабо фыркнула.
— Да. Не прикидывайся невинным. У меня есть татуировка на заднице, которая доказывает, какой ты на самом деле.
Дрейк рассмеялся и сел, чтобы взять ее за руку.
— Тебе не понравилось мое предложение руки и сердца?
Брук подняла левую руку с вытянутым средним пальцем.
— Нет, подожди, это неправильно.
Когда он рассмеялся, она согнула этот палец и подняла безымянный. Она не собиралась шутить. Просто, ей было трудно заставить пальцы работать. Она была вялой.
— Ты видишь кольцо на этом пальце? — наконец спросила она, пытаясь быть раздраженной.
Дрейк вздохнул и вытащил из кармана коробочку, открыл её и подтолкнул к ней.
— О. Очень мило.
Смеясь, он положил коробку ей на живот и поднял из бархатного гнезда кольцо с одним камнем. Взял ее левую руку и надел кольцо на безымянный палец.
— Счастлива? — спросил он, лаская большим пальцем руку, которую держал.
Брук высвободила руку из его хватки и поднесла почти к носу.
— Красиво. Что, если я умру?
— Я сниму его с тебя и отдам нашей дочери, — без промедления сказал Дрейк.
— Дочери? Какой дочери?
— Той, которая у нас будет, как только ты захочешь… но после того, как ты ответишь на вопрос, который я написал прошлой ночью у тебя на заднице.
Брук опустила руку.
— Ты делал это раньше. Но ничего не получилось.
Дрейк пожал плечами.
— Ну, тогда в моей жизни не было Ларсонов. Я уверен, что бы ни случилось я не буду один… ничего пока не случилось. Доктор сказала, что опухоль такая же маленькая, как и тогда, когда ты к ней пришла.
— Это не значит, что это не рак.
— Это также не означает, что это так, — возразил Дрейк.
Брук подняла руку и полюбовалась своим кольцом.
— Нельзя дарить кольцо опьяневшей женщине.
— Почему бы и нет? Ты же спала со мной, когда я затерялся в коньячной дымке. Так что теперь мы квиты… в некотором роде.
— Да… но тогда у нас не было секса. И если у нас будет дочь, вы больше не сможете пить коньяк, доктор Берримор.
Дрейк улыбнулся и снова взял ее за руку.
— Я буду хорошим мужем и лучшим отцом, каким только смогу быть. Но это все гарантии, которые я могу вам дать, доктор Дэниелс.
Брук кивнула.
— Хорошо. Мой ответ — да. Скажи моей матери. Она будет злорадствовать, но мне придется с этим смириться.
 
— Я люблю тебя, Брук. Пожалуйста, живи долго. Я хочу, чтобы ты была в моей жизни.
— Я тоже тебя люблю. И я буду стараться изо всех сил. Они испортили твое произведение, когда оперировали?
— Нет, дорогая…надписи и рисунки все еще там.
— Хорошо. Я хочу, чтобы позже вокруг некоторых из них ты нарисовал диалоговые пузыри. Тогда я буду похожа на один из комиксов Шейна. Затем мы сделаем еще несколько снимков, прежде чем все исчезнет. Эй… А я ведь теперь своего рода перфоманс. Скажи об этом моей матери. Она будет очень горда тем, что я об этом подумала.
Дрейк расхохотался.
— Ну, не совсем… но ладно… назовем это перфомансом. — Он не отпустил ее руку, когда она снова заснула. Он взял коробочку, в которой было обручальное кольцо, и сунул ее обратно в карман.
Вошла доктор и улыбнулась, увидев, что он держит Брук за руку.
— Что она сказала, когда проснулась?
Дрейк подняла их соединенные руки с кольцом, теперь украшавшим ее палец.
Доктор рассмеялась.
— Позже она не будет иметь ни малейшего представления о том, как это туда попало.
Дрейк кивнул.
— Да, я знаю. Но так или иначе оно останется там.
— Вы очень решительный человек.
Дрейк оглянулся на женщину в постели.
— Я привязан к некоторым вещам… некоторым людям. Я привязан к ней.
Доктор улыбнулась.
— Когда она снова проснется, мы постараемся удержать ее в этом состоянии, чтобы вы двое могли пойти домой. Сделайте так, чтобы она пару дней не напрягалась.
Дрейк кивнул.
— Спасибо.
— Я позвоню, как только получу оба набора результатов.
Дрейк снова кивнул, его вздох отозвался эхом после того, как доктор ушла.
  
Глава 18
 
Прежде чем открыть, она взяла карту Брук Дэниелс с двери. Но внутри обеспокоенной женщины не оказалось. Она шла по коридору, пока не нашла свою медсестру.
— Мисс Дэниелс в туалете?
— Нет. Простите, доктор Мейсон. Я вас ждала, но отвлеклась на другие дела. Доктор Дэниелс и ее семья в конференц-зале. В другую комнату они бы не поместились.
Доктор Мейсон улыбнулась.
— Сколько их здесь?
— Половина из них прислонилась к стенам. Я не считала. Она настояла, чтобы все они присутствовали, чтобы услышать, что вы хотите сказать.
Доктор Мейсон кивнула.
— Она была покрыта рисунками?
— Прошу прощения?
Она рассмеялась и похлопала медсестру по руке.
— Ничего. Я пошутила. Они странная компания… все художники.
Пробираясь обратно по коридору, она открыла дверь конференц-зала и заглянула внутрь. На нее посмотрели по меньшей мере пятнадцать пар глаз. Брук сидела в кресле, держась за руки с мужчиной находившемся в кресле рядом с ней. Семейная картина заставила ее улыбнуться. Ей не приходилось видеть такое очень часто.
— Всем здравствуйте. Брук… У меня есть ваши результаты. Я была очень рада узнать, что шишка была фиброаденомой, которая вызывает беспокойство, но является доброкачественной. У тебя нет рака.
Громкие аплодисменты и радостные возгласы наполнили конференц-зал, который внезапно загудел от волнения. Доктор Мейсон улыбнулась и вежливо подождала, пока пройдет первый раунд облегчения.
Не желая, чтобы мир стал свидетелем ее нервного срыва, Брук нырнула на колени Дрейка и уткнулась лицом ему в плечо. Он кивнул и поблагодарил доктора, крепко прижимая Брук к себе. Брук вообще не могла говорить. До этого момента она даже не знала, как ей было страшно.
— Брук… ты можешь на меня посмотреть? У меня есть еще кое-что, чем я могу поделиться, — сказала доктор Мейсон.
Брук повернулась и вытерла глаза руками. Небольшая пачка салфеток проехала по столу, в комнате снова стало тихо. Она вытащила одну и вытерла глаза.