Внебрачный сын Миллиардера (СИ)

Оставалось надеяться, что Прохоров сделает все как надо.
Когда зазвонил телефон и я увидела последние цифры номера адвоката, то решила, что он уже все сделал. Настроение моментально поднялось. Но ненадолго.
– У нас проблемы.
– Что на этот раз? Не получилось внести залог?
– Нет, Рустам Тигранович и его сосед по камере устроили драку. В общем, пока вопрос с залогом придется немного перенести. На более удобный момент. Хотя бы на завтра.
Час от часу не легче. Да что там творится такое!
Я не могла больше сидеть и просто ждать, узнавая новости от немногословного адвоката. Я решила поехать в участок сама, и узнать все из первых рук.
– Пустите меня, мне нужно с ним поговорить, пожалуйста!
Но Жданов был непреклонен. Единственный, до кого мне удалось добраться всеми правдами и неправдами был он.
Сидел в своем кабинете, откинувшись на спинку вращающегося кресла. Выглядел он так себе: нос распух, под глазами уже явственно наметились два фонаря, которые завтра засияют словно кремлевская елка в главную ночь года.
Может, так нехорошо, но я мысленно позлорадствовала. Ну очень уж этот тип был неприятным.
– Не положено.
– Всего лишь пять минут. Просто поговорить.
– Это следственный изолятор, а не дом свиданий! Знаете, какое преступление он совершил?
– Никого он не убивал!
– А я не об этом. Там пока работают криминалисты. Он напал на полицейского! – оскорбленно задрал подбородок. – Такое не спускается с рук, даже таким, как он.
Вот черт, до чего же он противный!
Я понятия не имела, как стоит вести себя в подобных случаях, что говорить.
Может, стоит предложить ему денег? В кино это работает.
Я отвернулась и, осмотрев кабинет на наличие камер, достала из сумочки небольшую сумму. Снова развернулась к майору и быстро сунула купюры между папками-скоросшивателями, что кривой стопкой стояли на краю его стола.
Сделала так, чтобы он это заметил. И он заметил. Округлил глаза, нахмурился, приправляя все это вопросительным молчанием.
– Всего лишь десять минут на двадцать… – кивнула на папки, – ... в общем, я ненадолго.
Он нарочито медленно поднялся, все еще не сводя нахмуренных бровей с распухшей переносицы.
– То есть это вы мне сейчас взятку предложили?
Я в испуге отпрянула, прижав к груди раскрытую сумку.
– Мало?
– А вы знаете, что это уголовно наказуемо? Хотите в соседнюю камеру со своим благоверным?
– Простите, я…
Вот черт. Черт! Надеюсь, я ничего не испортила. Протянула руку, чтобы незаметно исправить свой косяк и забрать обратно деньги, но майор Жданов взглядом заставил меня остановиться.
– Уходите.
– Хорошо. Извините, – недолго думая я выскочила из его кабинета.
Вот козел! Деньги он мне так и не вернул, но и свидание не разрешил.
Кто вообще позволяет вести дело таким вот придуркам?
Я зло направилась по длинному коридору к выходу и, думая о чем-то своем, на полном ходу врезалась в какого-то мужчину, подняла глаза… и словно в арктический омут нырнула.
Абсолютно холодные глаза. Взгляд жесткий, как и черты лица. Острые скулы, квадратный подбородок, аккуратно зачесанные назад волосы. Он выглядел и даже двигался словно хищный зверь. Предводитель прайда.
Надеюсь, это не тот самый генерал-майор, о котором я вычитала сегодня в интернете. Там было написано, что он безжалостно упекает за решетку всех и вся, кто хоть мало-мальски провинился перед законом.
Я опустила голову и быстро проскочила мимо. Хоть бы не он, пожалуйста.
Свежий воздух улицы ничуть не освежил мысли, я была на взводе и боялась, что дома станет еще хуже. В огромном особняке, где нет хозяина.
Решила доехать до фонда, попробовать как-то отвлечься, все равно от меня больше вреда, чем помощи. Ну надо же было так попасть с этими несчастными деньгами!
Добравшись до фонда, я расплатилась с таксистом и вышла, увидев у входа явно находящегося здесь не просто так Гросса…
–Анна, какой кошмар, я только узнал, – бросился мне навстречу Гросс. Сжав мои руки в своих, смерил сочувствующим взглядом. – Ну надо же, как так вышло! Я мало знал Булата Залмаева, но зато неплохо Рустама и понятия не имел, что он способен на такое…
 
– Рустам никого не убивал! – разозлилась я, выдернув руки. Еще вездесущие папарацци со своими фотоаппаратами были тут как тут, наверняка нащелкав кучу дурацких кадров. – Поверить не могу, что вы повелись на то, что пишут в прессе.
– О… – он явно смутился, – я не это совсем имел в виду. Конечно, он не причастен, само собой, я в этом более чем уверен. И готов оказать любую посильную помощь. У меня не так много связей в России, но я уверен, что смогу поднять...
– Спасибо, у Рустама хороший адвокат, – перебила я. Начала болеть голова и очень хотелось уже просто закрыться в своем новом кабинете и нормально обо всем подумать. – Я пойду, хорошо?
– Давайте поужинали вместе? – вдруг предложил он. – Я же вижу, что вы на взводе. Вам сейчас крайне нежелательно находиться одной, поверьте моему жизненному опыту, – очаровательно улыбнулся. – Думаю, Рустам ободрил бы тот факт, что я взял вас под свое крыло.
Я в этом сомневалась, учитывая, как он отреагировал, когда узнал, что я обедала с Гроссом. Но сейчас был такой сложный момент… вдруг он действительно сможет надавить на какие-то свои рычаги? Все-таки он не последний человек в Германии. Да и у нас в стране наверняка имеет какие-то полезные знакомства.
Думать о том, что Рустам находится за решеткой было невыносимо. Именно сейчас, в этой сложной ситуации, а поняла, насколько дорог мне этот человек. Я действительно не верила в его причастность к убийству, чтобы там не сняла камера, это фальсификация, подтасовка, обман зрения. Что угодно!
Может, Залмаев уже был мертв, когда Рустам пришел в его квартиру. Ведь он не бродил по многочисленным комнатам. Не исключено, что убийца прятался в этот момент где-то рядом: в шкафу, в гардеробной, на балконе. Или пришел чуть позже, когда Рустам уже покинул квартиру.
Показали лишь кусочек видео, что было до и после прихода Рустама в его дом никто не афишировал.
Я верила, что адвокат Рустама на самом деле настолько хорош, чтобы разрулить это дело. Уж просмотреть полностью видеосъёмку он наверняка додумается.
Додумается же…?
– Ну и каков будет ваш положительный ответ? – снова улыбнулся Гросс.
– Хорошо. Думаю, немного проветриться мне не помешает.
Я согласилась поужинать с ним исключительно чтобы помочь Рустаму, но еще не знала, что своим согласием только лишь подлила масло в разгорающейся огонь грядущей катастрофы.
– Устрицы здесь просто волшебные. Вы точно ничего не хотите?
– Нет, спасибо, – я вяло улыбнулась, гипнотизируя телефон.
Не звонит. Понятно, что у Рустама сейчас вряд ли есть доступ к связи, но даже Прохоров куда-то запропастился.
На столе стояла недопитая чашка кофе, аппетит пропал напрочь, не хотелось не то, что есть, даже пить. Зато Гросс уплетал все с большим энтузиазмом, и его здоровое желание набить брюхо сильно отвлекало меня от главной цели этого мучительного похода в ресторан – попробовать заручиться его поддержкой.
Я знала Рустама, он никогда не попросит ни чьей помощи, не такой он человек. Даже если это помощь знакомого. А ведь Гросс действительно мог потянуть за нужные ниточки лучше, чем адвокат. И моя задача была заставить его это сделать.
– Скажите, так если вдруг что, конечно, мы будем надеяться на лучшее, но все-таки, вы сможете… – я запнулась. Было немного неловко просить о чем-то незнакомого человека. – Ну, позвонить кому-то…
– О, не вижу никаких проблем, – просто ответил он, махнув рукой. – Мой приятель живет в Кёлне, но у него масса друзей в министерстве обороны. Думаю, он сможет замолвить за Рустама словечко.