Внебрачный сын Миллиардера (СИ)

– Верно, – похвалила я. – Пельмени.
– Пельмешки? – оживился Артем. – Верно?
– Так тоже можно, – кивнула.
– Давайте лепить пельмешки! – торжественно заключил малыш, заулыбался, посмотрел сперва на меня, потом на Рустама. – Вместе? Пельмешки? Да?
Я полагала, что у Каримова найдутся занятия поинтереснее, чем возиться на кухне, ответ уже готов был сорваться с моих губ, когда Рустам сам подал голос:
– Да, – уверенно заключил он. – Давайте лепить пельмешки.
Мои глаза невольно расширились от удивления. Было попросту невозможно представить Каримова за подобным занятием.
– Ты уверен? – вопрос вырвался чисто автоматически.
– На все сто, – моментально подтвердил свое решение Каримов. – Только покажи, что нужно делать.
Совсем скоро мы оказались на кухне, невероятное стало вполне реальным. Хотя я до последнего ждала, что Рустам откажется и уйдет.
Как же работа? Как же сообщения и звонки, которые постоянно поступали на его телефон? Впрочем, позже стало ясно, Каримов отключил мобильный, не хотел отвлекаться.
– Я жду мастер-класс, – подмигнул он.
– Давайте делать пельмешки, – заявил наш сыночек.
– Начинаем, – сказала я.
Глядя на Каримова, перепачканного мукой, мне захотелось сделать снимок на память. Весь его образ грозного хищника разрушился за пару секунд. В вообще, нет, хищник никуда не пропал, просто открылся с новой стороны. Он показывал мне те свои грани, о которых я прежде не подозревала. А может, и он сам о них не знал?
Рустам подошел к готовке старательно, со всей внимательностью и присущей ему хваткой. Сперва ему пришлось тяжело, разобрался он не сразу, но в итоге мне пришлось признать, его пельмени получались красивее моих. Хоть на выставку отправляй.
Артем заигрался с мукой. Расчихался. Очень скоро мы все оказались в белоснежной пыли с ног до головы. На душе стало легко и радостно. Я даже позабыла обо всех волнениях и переживаниях.
– Может, сделаем фото? – предложил Каримов. – На память?
Услышать подобное от человека, который ненавидел, когда кто-то делал его снимки и скрежетал зубами, даже когда возникала необходимость сделать официальные фотографии, было удивительно.
– Хорошая идея, – кивнула я.
Рустам пригласил кого-то из слуг, и одной фотографией мы в итоге не ограничились. Артемка обожал позировать для камеры. Получилось очень много смешных и забавных снимков.
Я поймала себя на том, что они бы отлично подошли для семейного альбома. Но семьи ведь у нас не было. В привычном смысле – не было. Хотя для совместных фотографий это и необязательно. Если родители сохраняют хорошие отношения после развода, то и ребенку хорошо. Почему не сделать фото? Вообще, мы не находились в разводе, мы и женаты никогда не были.
– Пора варить пельмешки! – Артемка захлопал в ладошки, и я отвлеклась от размышлений.
Малыш любил лепить пельмени гораздо сильнее, чем есть. Для него это скорее казалось особым видом развлечения. Ну и красивее всего пельмени казались ему именно в готовом состоянии.
Мы сильно увлеклись. Пельменей оказалось так много, что нам удалось накормить всех слуг. А потом я заметила, как Рустам уткнулся взглядом в телефон. Наверное, опять работа, важные контракты ждать не станут.
Но тут он заулыбался.
Хм, странно. Не помню, чтобы его так забавляла работа с документами. Обычно он мрачнел, обращался в камень. Если говорил по телефону, мог что-то грубо рявкнуть.
Вдруг Рустам протянул свой мобильный мне.
– Смотри, какой классный снимок вышел.
На фото идеальный костюм Каримова был белоснежными покрыт отпечатками крошечных ладошек, они особенно сильно выделялись на черном фоне.
Артемкина работа.
Рустам смеялся, запрокинув голову назад. Сыночек хлопал по нему ручками, а я стояла рядом и улыбалась, глядя на них.
– Красиво, – кивнула.
– Там много таких, – сказал Каримов. – Надеюсь, скоро станет еще больше. Черт, не думал, что мне когда-то понравится фотографироваться.
– Понимаю.
Я тоже не думала, что мне понравится.
  
ГЛАВА 17
  
– Рустам, я не могу это принять, – пробормотала пораженно.
– Почему?
– Слишком, – сглотнула и опять обвела окружающее пространство взглядом, пытаясь осознать масштаб. – Слишком много всего.
– А как ты представляла? – пожал плечами. – Думала, я просто перечислю деньги в новый фонд и оставлю тебя в каком-нибудь хлеву? Понятно, что программа будет серьезной, намечается много проектов. Логично, что тебе для работы потребуется штат сотрудников. Ну и где их разместить?
Каримов привез меня в новый бизнес-центр, где целый этаж отводился под благотворительный фонд. Впечатляющая территория. Но дело не только во внушительных размерах самого помещения. Оно еще и оборудовано согласно новейшим веяниям техники. Качественная и дорогостоящая мебель, компьютеры последней модели, только вышедшие на рынок. Это не шло ни в какое сравнение с прежним местом работы, где мы пользовались поддержанным устройствами, а наш принтер “заводился” исключительно после пинка или толчка в определенные точки, регулярно зажевывал бумагу и зависал. Здесь все было обставлено так, что мысли о неполадках не возникало. Мне вообще сперва показалось, я попала в другой мир. Обстановка вокруг поражала воображение. Интересный дизайн, все строго и со вкусом. Иногда я мечтала о чем-то подобном, представляла, как бы обставила офис, если бы не возникало потребности экономить финансы. И теперь приходилось признать очевидное: офис моей мечты выглядел бы примерно вот так. Светлое пространство, множество окон. Ощущение свободы витает в воздухе. Ты проходишь внутрь и вдохновляешься на работу, заряжаешься энергией за считанные секунды.
Я прошлась по комнатам, осмотрела каждый угол. Пока изучала это место, невольно вспомнила, как боролась с плесенью и грибком в первом офисе, как старалась за счет разных мелочей скрасить общее впечатление. Здесь ничего подобного сделать бы не пришлось. Заходи и работай. Все уже готово.
– Конечно, ты можешь переехать в другое место, – продолжил Каримов. – Можешь выбрать вариант попроще. Но я не понимаю, зачем терять время, если набор сотрудников можно начать уже сегодня, и такими темпами под конец недели тебе удастся запустить работу фонда.
– Если постараться, можно и раньше, – задумчиво протянула я, провела рукой по гладкой поверхности стола, опустилась в огромное кожаное кресло.
Каримов прав. Нет смысла тратить время на смену помещения. Глупо отказываться от возможности поскорее помочь людям. Не стану же я упираться из чистого упрямства, исключительно чтобы поступить в пику Рустаму и любой ценой отказаться от его помощи.
– Тебе идет, – вдруг заметил Каримов.
– Что? – обернулась на звук его голоса.
– Быть боссом, – усмехнулся он и скользнул по мне выразительным взглядом. – Я бы пошел на что угодно, только бы оказаться под твоим руководством.
Кожу обожгло. Даже в наглухо застегнутой блузке я вдруг почувствовала себя так, что целиком и полностью обнажена. Невольно поправила пиджак.
– Рустам, предлагаю обойтись без намеков, – сказала ровно. – Я надеюсь, наше общение будет протекать в дружеском ключе. Нам стоит держаться в границах.
– Разве я перешел черту? – хищно прищурился.
– Ты понял, о чем я.
Каримов приблизился вплотную, склонился надо мной, упираясь ладонями в подлокотники кресла. Этой губительной близостью выбил кислород из легких.
– Аня, я никогда не стану давить на тебя, – хрипло произнес он. – Но делать вид, будто ты не пробуждаешь во мне никаких чувств, я тоже не готов. Я не могу тебе лгать. Ты та женщина, которую я хочу и буду ждать всегда.
– Такая одержимость пугает, – тихо ответила я.
– Тебе не стоит меня бояться, – припечатал твердо. – Я никогда не причиню тебе вреда.
– Не нужно ждать, – продолжила я. – Мое решение не измениться. Я буду рада, если ты устроишь свою личную жизнь.