Колыбельная для любимой

Сжавшаяся в комочек, Бетти хлюпала носом, когда Джул подошла к ней. Лицо малышки выражало недовольство, словно та ожидала увидеть кого-то другого.
Джул была готова разреветься.
— Мне очень жаль, кроха, что я разочаровала тебя, — сказала она дрожащим голосом, беря девочку на руки. — но, похоже, нам с тобой теперь придется жить вместе. — Джул смахнула со лба ребенка завиток волос, ей показалось — лобик чересчур горячий. Она запаниковала, стала судорожно соображать, что же делать. Стивен Халуэлл передал ей сумку с детскими вещами, но Джул не помнила, был ли там градусник. Скорее всего, нет. Впрочем, она все равно понятия не имела, какой температуры не следует опасаться, а при какой надо немедленно воспользоваться жаропонижающим средством. И опять… каким? Какой дозировки? Все это лишний раз доказывало, какая никудышная из нее получается мать, и она совсем пала духом.
  
— Ты что, заболела? А? Поэтому все время плачешь?.. Ну скажи, дружок, что у тебя болит?
Девочка обхватила ее ручонками, мокрой мордашкой прильнула к плечу. Джул судорожно вздохнула. Она могла организовать банкет хоть на двести человек, будь то юбилей или любое другое торжественное событие, но что делать, когда заболевает ребенок, решительно не знала. Ей срочно требовалась помощь. Еще одну такую же ночь они с Бетти не выдержат.
В дверь позвонили. Девочка завертела головой, пытаясь определить источник звука.
— Не бойся, дурочка. Это всего-навсего звонок. Вот сейчас пойдем и посмотрим, кто к нам пожаловал.
На пороге стояла владелица дома Матильда Гудброк. Маленькая, тощая женщина лет семидесяти с перманентом на жидких седых волосах никогда не улыбалась. Ее тонкие плотно сжатые губы почти всегда выражали недовольство. Джул, недавно снявшая здесь квартиру, подозревала, что хозяйка не жалует ее.
Она выбрала это жилье по причине территориальной близости к своему агентству, да еще из-за невысокой цены. Ей приходилось постоянно экономить, пока агентство не развернулось на полную катушку.
Миссис Гудброк, как всегда, была хмурой и взирала на квартирантку с явным неудовольствием.
— Доброе утро, миссис Гудброк, — сказала Джул, как можно любезней.
Последний раз, когда хозяйка удостоила молодую жиличку своим посещением, она устроила ей форменную выволочку по поводу слишком громкого звука телевизора. В доме снимали квартиры в основном пожилые люди, предпочитавшие полную тишину и покой.
— Это что, ребёнок? — Сердито проговорила дама, не ответив на приветствие. Джул такой глупый вопрос едва не рассмешил, однако не стоило хозяйку злить.
— Да… миссис Гудброк. Ее зовут Бетти… Беттина…
— Она у вас в гостях?
— Не… совсем, — неуверенно промолвила Джул.
— Что значит «не совсем»?
Резкий голос миссис Гудброк буквально резал ей ухо, а она и без того была взвинчена и теперь изо всех сил сдерживалась.
— Понимаете, родители девочки погибли недавно, а я официально признана ее опекуншей. Нам будет, конечно, тесновато, но как-нибудь проживем…
Хозяйка поджала губы, молча переваривая столь неожиданную новость.
— Только не здесь!
— Простите?
Гудброк повелительно повела костлявым пальцем.
— Вы не можете держать ребенка в этой квартире.
— Но почему?
— Вы, очевидно, забыли, мисс Фостер, наши правила. Я не сдаю жилье семьям с детьми и домашними животными… Мне очень жаль, что этот ребенок потерял родителей, — сказала она с едва заметным намеком на сочувствие. — Но у меня есть обязательства перед другими квартирантами, которые я должна свято выполнять.
— Вы же не выставите меня на улицу?.. Во всяком случае, не… не сейчас, — промолвила Джул запинаясь.
Миссис Гудброк пожала плечами:
— Всю сегодняшнюю ночь я только и делала, что выслушивала жалобы жильцов. Никто, включая меня, не сомкнул глаз из-за вашего ребенка.
— Миссис Гудброк, дорогая, мы с Бетти только начинаем привыкать друг к другу… Дайте нам немного времени. Через несколько дней никто даже не почувствует, что в доме поселилась маленькая соседка. Обещаю, так и будет.
— Весьма сожалею… Я бы хотела помочь вам, но у меня связаны руки. — Миссис Гудброк явно преувеличивала свою доброжелательность, скорее была полна решимости настоять на своем. — Так что прошу вас освободить квартиру как можно скорее.
— Скорее? — упавшим голосом переспросила Джул.
— По договору я обязана предупредить вас за две недели. — Глаза миссис Гудброк превратились в узкие щелки, — однако надеюсь на вашу порядочность и прошу ради спокойствия всех не тянуть с отъездом. Я понятно сформулировала?
Джул не верила своим ушам. Вот и еще одна проблема свалилась на нее. Она закрыла дверь, прислонилась к ней спиной. Силы, казалось, совсем покинули ее. Думала ли она, что вдобавок ко всему лишится и крыши над головой?.. Тут опять захныкала Бетти, вид у нее был жалкий, несчастный. Успокаивая девочку, Джул поцеловала ей лобик, сразу ощутив сильный жар.
Сомнений не было — заболела, необходимо срочно показать врачу. И тут Джул вспомнила имя того, кто сумеет помочь. Это Клифф Ардан!
  
4
 
— Доброе утро, доктор Ардан… Я в восторге от банкета, который вы нам вчера устроили.
— Не стоит благодарности, — буркнул в ответ Клифф.
Обычно он не демонстрировал свое настроение на людях, но сегодня изменил этому правилу и довольно хмуро реагировал на радушные приветствия сослуживцев, попадавшихся ему навстречу в холле клиники.
Доктор никогда не пил кофе из автомата, установленного специально для пациентов, не любил бумажные стаканчики, теперь же с ходу нажал на кнопку и судорожно глотнул, обжигая язык и чертыхаясь.
Всю прошлую ночь Клифф промучился, ворочаясь с боку на бок. В голове постоянно вертелись мысли о Джул и о том поцелуе, вкус которого он ощущал до сих пор, поэтому и чувствовал себя не в своей тарелке.
— Доктор Ардан!
Он бросил недовольный взгляд на свою медсестру, удивленную его странным поведением.
— Что там еще?
От резкого тона шефа у бедной женщины округлились глаза. Клифф почувствовал неловкость — у него не было заведено рычать на подчиненных. Он также никогда не приходил на работу по времени впритык. Доктор Ардан — и все это знали — постоянно являлся в клинику не менее чем за полчаса до начала приема пациентов. Из привычной колеи его выбила бессонная ночь. Клифф заснул лишь к рассвету и «благополучно» проспал звонок будильника.
— Простите, — извинился он, потирая пальцами виски. — Это все из-за ужасной головной боли.
— У нас… пациент, — сказала медсестра и, слегка нахмурив брови, добавила — вообще-то мне следовало бы сказать — новый пациент…
Клифф вздохнул.
— Кто это?
— Джул Фостер, — ответила та и испытующе взглянула на доктора. — Вместе с девочкой.
От неожиданности Клифф чуть не расплескал кофе.
— Почему же вы сразу мне об этом не сказали?
Раскрыв от удивления глаза, медсестра заметила:
— Вот я и говорю сразу!
— Где они? — нетерпеливо спросил Клифф, стремительно направляясь в коридор, медсестра едва поспевала за ним.
— В третьем кабинете. У девочки повышена температура, мать говорит — всю ночь крошка капризничала. Надеюсь, ничего серьезного.
— Посмотрим, — буркнул Клифф. Увидев чуть насмешливое выражение на лице медсестры, он понял, что совершил ошибку. Ему не следовало бы столь откровенно проявлять озабоченность, давая повод для лишних разговоров, которых после вчерашнего будет и так в клинике предостаточно.
— Надеюсь, вы обойдетесь без моей помощи, а то у меня готовы пятничные анализы, я должна их срочно забрать.
— Конечно, идите, я сам справлюсь, — ответил он как можно спокойнее.
  
— Как скажете, доктор.
Скрипнув резиновыми подошвами туфель о кафельный пол, медсестра развернулась и ушла.
У кабинета Клифф секунду помедлил, потом решительно распахнул дверь.
Джул стояла в дальнем конце комнаты у окна. На ней были белые шорты и красная блузка. На руках она держала Бетти.