Просто доверься (СИ)
Внимательный взгляд, каким Орлов окинул окружающее пространство, я заметила. Не удивительно. Полицейский. Привычки неискоренимы.
Поставила чайник на плиту. Достала сахар, конфеты, печенье. Интересно, его вкусы изменились? Раньше всегда пил сладкий в прикуску. Да, три года прошло, а я всё помнила, словно вчера разошлись.
Ощущала себя странно. Нервничала? Да. Боялась? Нет. Орлов был вроде бы и тем же, но другим. Вот же он рядом, уже на кухню зашёл. А будто чужой человек.
Волновалась? Да. Но не так, как с Глебом. Там волнение было с другими нотками: возбуждения, томления, желания коснуться, стать ближе. С Ильей волнение оставалось просто волнением, как встреча с человеком, который тебя чуть-чуть подавляет, немного пугает и заставляет находиться в режиме ожидания.
— Располагайся, — махнула на диван. Сама заварила себе снова кофе, дохромала до холодильника, достала молоко.
Разговор начинать не собиралась. Чисто психологически. Это же он пришел в гости.
— Марина, — дождался Илья, когда сяду за стол, — прости, я был не прав тогда… Молодой, горячий. Хотел гулять, а не быть привязанным к одной юбке. Понимаешь?
Улыбнулась, слушая. Даже кивнула. Удивительно, стоило всего-то три года подождать, чтобы узнать причины расставания.
Не торопясь, отпила кофе, внимательнее посмотрела на Илью. Всё такой же красивый. Видный. Яркий. Самовлюблённый.
— А ты как наседка была, постоянно рядом, всё понимающая, всё прощающая, подарочки это по любому поводу. Марин, ты меня душила тогда. Понимаешь?
Опять кивнула, признавая, что он прав. Да, я тянулась к нему, как ненормальная. Сама понимала, что надо немного больше о себе думать, а я под него подстраивалась. Дрожала, как холодец, если он хмурился.
— Да и секса ты боялась. Помнишь на Новый год, тряслась, как заяц? А мне, молодому, здоровому лбу надо. Понимаешь, НАДО! И не поцелуйчики твои детские, а секс полноценный. Так чтоб драл и визжала. Слышишь, Марин?
— Слышу. — и смешно от своей прошлой глупой наивности. Я, дурочка, о возвышенном думала, душой любила. А Орлову чисто физиология голову кружила. Точнее, другая голова правила балом.
— Знаешь, я думаю, что тогда просто еще наше время не пришло. Рано мы встретились. Хотя, то, как ты прогибалась под меня, считая чуть ли не богом, очень подкупало. Я таких девушек после ни разу не встречал. Все только о себе думали.
Хмыкнула. Ну да, поищи-ка еще таких глупышек восторженных. Чтобы в рот заглядывали и последнее отдать готовы были. Правильно говорят, надо себя любить прежде всего. А-то вот также, как мне, плюнут в душу и пойдут дальше.
— Марин, не скажу, что изменился и стал идеальным. Но я постараюсь, потому что хочу быть с тобой. Мне тебя всё это время не хватало. Давай зачеркнём прошлое и попытаемся начать всё заново.
Даже брови вверх полезли. Вот так! Раз и с места в карьер!
— И как ты себе это представляешь? — смотрела на Илью, а видела всё того же парня, как три года назад. Который всегда решал за нас обоих. А я молчала и не возражала, потому что была согласна сразу и со всем. Смотрела и понимала, что, да, я его любила. Правда, любила. Со всеми его закидонами, недостатками и достоинствами. Но это было тогда. А сейчас. Сейчас это был чужой мужчина. Который пришел ко мне в дом и предложил отношения. Не сомневаясь, что я соглашусь.
— Понимаю, что сначала сложно будет. Но мы же постараемся. — мужчина накрыл мои руки своими, погладил большими пальцами. — Вспомни, как нам хорошо вместе было. И мама твоя сказала, что ты так никого за это время не встретила. Уверен, Марин, у нас всё получится.
— Нет, Илюш, ничего у нас не выйдет. — вытянула ладони из чужого захвата. Касание не затронуло сердца. Оно даже частить перестало. Не было того волнения, что с Глебом. — Мы с тобой совершенно разные. Три года назад я тебя действительно любила и безумно переживала наше расставание. Но сейчас очень рада, что тогда ты остановился и не зашёл дальше. Мы не подходим друг другу.
— Глупости. Просто ты от меня отвыкла. Давай начнём просто встречаться, проводить вместе время. А дальше посмотрим. Я же сюда перевелся насовсем. Может, это судьба, раз я к тебе стал ближе.
— Нет, Илья. Не хочу ничего начинать. — даже головой помотала. Собрала чаши и пошла их мыть, считая разговор оконченным.
Удивительно, но появись Илья всего лишь на месяц раньше, пока я не встретила Глеба, и я бы согласилась, даже не раздумывая. Еще бы и танцевала от радости. Как же быстро всё изменилось, стоило только появиться нужному человеку. И пусть я не была до конца уверена в том, что с Миллером получится что-то серьезное и продолжительное, однако, он вытянул меня из болота под названием «Илья Орлов». Дал пинок. Показал, чего я могла лишиться, холя и лелея свою первую влюбленность. И за это была безумно ему благодарна.
Илья подошел ко мне сзади, заставив встрепенуться и вернуться в настоящее.
Мы стояли так какое-то время. Я усилием воли заставляла себя расслабиться, потому что было не по себе от того, насколько Орлов приблизился ко мне, нарушая все личные границы. Да, всё изменилось. И теперь этот мужчина был чужим. А посторонних рядом с собой я выносила с трудом.
Словно почувствовав момент, когда меня немного отпустило, Илья неожиданно провел носом по моим волосам, с шумом вдохнув их запах.
Меня же пробрала мелкая дрожь, настолько это было интимно… и грустно. Спасибо, что руками не трогал, но этого и не требовалось. Всё компенсировал его шёпот:
— Мариночка, прости меня за всё. Прости. И я… Я люблю тебя.
А меня тряхнуло. Но не от радости долгожданного признания, а от того, как человек, которого я когда-то любила, пытался мной манипулировать. Потому, что ни секунды не верила в его признание, сказанное с опозданием года на три. Потому что переболела и отпустила прошлое и не хотела влезать снова в это болото.
— Илья… — так и не обернулась, пока он не сделал от меня шаг в сторону, — тебе пора. Я не хочу ни возврата к прошлому, ни продолжения. Пожалуйста, уходи.
***\
— Привет, пропажа! — преувеличенно бодро пропела в трубку, увидев высветившееся имя. Я сидела на балконе на стуле, который притащила туда полчаса назад. Забираться на тумбу временно было неудобно, потому использовала её вместо столика. Положила на нее читалку, сотовый и контейнер с мороженным. Готовить желания сегодня не было. Потому сидела на кофе и сладостях.
— Привет-Привет! Как у тебя дела? — Светланка не дала себя провести, голос оставался серьезным с нотками переживания.
— Растяжение поставили. На больничном буду сидеть неделю, а там снова к врачу.
— Вот ведь дрянь эта Владка. Совсем крыша у девки поехала. Ну ничего, она надолго запомнит, как тебя обижать. — подружка кипела от возмущения, как хорошая пароварка.
— Ты о чем?
— А ты не знаешь? Её Глеб с утра чуть ли не за шкирку из дома выставил. Такси, правда, вызвал, но пока оно не приехало, песочил её так, что у меня уши горели.
— Откуда знаешь?
— Так её за стенкой заселили. Я утром за водой на кухню бегала, вот и столкнулась с Глебом.
— Иии…
— Ну, Мариш, интересно стало. Вот я и подслушала… чуть-чуть. И знаешь, Глеб не орал, он ей таким морозящим голосом угрожал, что я сама струхнула. Кажется, даже папочке вернуть обещался.
— Ого, было бы здорово. А ты откуда узнала подробности про лестницу?
— Так вечером эту идиотку Сашка песочил тоже. Только брательник орал, в отличии от Глеба. Хорошо, музыка на улице играла, никто не слышал.
— А я даже не заметила, что он уходил. Постоянно где-то рядом крутился.
— Но самое интересное, — блин, Светланке сказочницей стоило работать, умела заинтриговать, — что Влада отхватила и от Олега. Который в пятницу был. Помнишь?
— Да, он подтвердил, что это Влада меня толкнула.