Шёпот яда (ЛП)

- Сгруппируйтесь! Защищайтесь! 
Он был уверен, вокруг них прячется всего несколько гигантов, иначе кто-нибудь уже заметил бы их. Поскольку гигантов было слишком мало, чтобы представлять серьезную угрозу для армии Тимантера, их целью было замедлить продвижение драконорожденных, давая больше времени для подготовки основной части армии. Остановившись и прикрывшись щитами, тимантерцы, по сути, давали им то, что они хотели, но они должны были что-то сделать, чтобы такие партизаны не уничтожили армию, убивая драконорожденных по одному.
На них выскочило пять гигантов, махающих своими длинными руками. Они не метали копья или что-то другое. Должно быть, они копили настоящее оружие для предстоящей большой битвы. Но они были ответвлением расы, называемой каменными гигантами, и, как и остальные их собратья, могли бросать камни со смертельной силой и точностью.
Затрещали и загремели удары камней о землю. Один драконорожденный упал, но больше ни один камень не пролетел за щиты, сомкнувшиеся над упавшим воином. 
Варвары снова пригнулись. Щелкнуло несколько арбалетов, но стрелки опоздали на мгновение и не смогли поразить своих целей.
Женский голос распевал слова, от которых в горячем воздухе пробежал холодок.
Кхорин повернулся. В нескольких шагах слева от него Канджентеллекор Бири, волшебница-альбинос, разгадавшая секреты записей Налы, каким-то образом уговорила двух копьеносцев открыть брешь в стене щитов. Там, где стояла заманчивая мишень для смертоносного снаряда, гремели слова заклинания, и ритмично стучал по земле посох из грубо обтесанного и отполированного кварца.
Как только Кхорин подошел к ней, на дальний склон дюны обрушился град. Гигант взвыл.
Кхорин схватил Бири за запястье и затащил ее за спину воинов. 
- Я не приказывал тебе этого делать. - Сказал он.
Она ухмыльнулась. 
- Но это сработало. Укрытие не защищало их от атаки сверху.
- Твоё укрытие тоже не защищало тебя. Только по милости Госпожи Удачливой твои мозги не забрызгали землю. Каким бы успешным ни было твоё заклинание, теперь гиганты знают, где ты находишься.
Тархан рассредоточил магов по всей армии отчасти для того, чтобы гиганты не могли уничтожить или сковать всех сразу. Он также приказал им воздерживаться от использования заклинаний, пока он не разрешит.
Улыбка Бири растаяла. Несмотря на то, что он провел уже много времени среди них, Кхорин не мог точно определить возраст драконорожденного, но ему показалось, что волшебница был моложе, чем он предполагал вначале. 
- Я просто хотела помочь. - Сказала она.
- Ты уже - сказал Кхорин, - и поверь мне, еще поможешь. А пока позволь солдатам делать свою работу. Они справятся с этим.
Как будто в подтверждении слов дворфа, кавалеристы атаковали гигантов с фланга. Кхорин не мог видеть всего, что произошло дальше. Его неповоротливые копейщики со своими щитами, как и огромная дюна, перекрывали ему весь обзор, но он различил доспех Медраша с нанесенным на него символом Торма – латной перчаткой, и щит Баласара, украшенный шестью белыми кругами клана Даардендриен. Он также видел гигантов, подающих от ударов копьями в живот или порезами от мечей на шеях.
Пехота радостно вскрикнула. Но что-то не так. Кхорин напрягся, чтобы разобрать единственный не ликующий голос, потерявшийся в радостном хоре.
- Обернитесь! – проревел кто-то. – Сзади!
Кхорин послушался голоса, и испытал шок от изумления и ужаса. Коричневый дракон поднимался из-под земли. Каким бы громадным ни было прорывающееся на поверхность существо, само его действие бросало вызов было за рамками здравого смысла, поскольку мало кто из драконорожденных заметили его относительно тупую голову с массой коротких толстых рогов, возвышающихся над колонной, ведь несколько мгновений назад там ничего не было. И все наблюдали за сражением кавалеристов и гигантами.
Дракон поднял голову и повернул её к Кхорину. Или, может быть, к волшебнице, стоящей рядом с ним.
- Спрячься за мной! – Крикнул он. Дворф хотел сказать ей, чтобы она закрыла глаза и тоже повернула голову, но коричневый дракон не дал ему времени. Его шея дернулась вперед, а челюсти открылись, выпустив смертоносное дыхание.
 
Кхорин прикрылся щитом и зажмурился, что, возможно, было единственной вещью, спасшей глаза от горячего песка, скребущего по его коже. Когда он снова открыл их, то увидел лишь плотную пелену из песка и пепла, в сравнении с которой дым, так раздражавший дворфа, показался легким утренним туманом.
Драконорожденные закричали от урона, нанесенного дыханием, или, быть может, от страха и ужаса. Кхорин мог видеть воинов, стоявших или лежащих вокруг него, но не мог разглядеть самого дракона. Мгновение назад внезапное появление громадины казалось невозможным. Его исчезновение казалось таким же, хотя дворф и допускал, что всему виной была именно завеса из песка и пепла.
Ну, хотя бы он мог сказать, когда дракон атаковал, потому что как только он делал это, доносился грохот от его движений, а также топот и крики бегающих в ужасе драконорожденных.
- Беги! – попытался крикнуть дворф, но лишь прохрипел из-за песка, мгновенно заполнившего открывшийся рот. И затем огромный змей выпрыгнул из ямы. Зубчатые и волнистые крылья растянулись по бокам. Может быть, именно из-за этого песок и пепел продолжали плотной пеленой стоять в воздухе.
Дракон ударил Кхорина головой, и тот её ударом копья. Оружие попало прямо в ноздрю. Коричневый змей взвизгнул и отпрянул, выдернув копье из руки дворфа. Он крутил головой взад и вперед, пока посторонний предмет не вывалился.
Это дало Кхорину достаточно времени, чтобы отбросить щит и сорвать ургрош со спины.
Коричневый дракон царапнул дворфа когтями. Потом, он развернулся и ударил его ногой. Лезвие топора скользнуло по чешуе.
Почти в то же мгновение голова на конце длинной шеи, из-за чего дворф не мог до неё дотянуться, по дуге метнулась к Бири. Волшебница вызвала волну льда, которая забрызгала челюсти и глаза змея, заставив его дрогнуть.
- Уходи! - проревел Хурин. – Копейщики, слушай мою команду! Сюда!
Дракон высоко поднял переднюю ногу. Дворф в последний момент увидел происходящее сквозь дымку и увернулся от опустившейся лапы, взмахнув ургрошем и прорезав шкуру змея.
Раздался гром и вспыхнул свет, когда Бири ударил змея молнией. Кхорин надеялся, что она уже отошла на достаточно безопасное расстояние. Они вдвоем держались, но где были это проклятые копейщики?
От они! По обе стороны от дракона из мрака появились тени. Копейщики атаковали.
Коричневый дракон ударил налево, затем направо, с каждым щелчком челюсти разрывая драконорожденного на куски. Некоторые копейщики закричали и беспорядочно отступили. Но другие были более собраны. Они отступали достаточно далеко, чтобы избежать атаки челюстями, а затем атаковали снова, как только змей поворачивался к ним спиной.
Но такое маневрирование не было легким. Дракон был быстрее и менее предсказуем, чем деревянный Зверь. Его колеблющиеся крылья могли ударить какого-нибудь воина, а широкий хвост мог раздробить кому-нибудь ноги, независимо от того, обращен он дракон лицом к воину или нет.
Тем не менее, большинству воинов удалось остаться в живых на несколько мгновений. Достаточно долго для Кхорина, который атаковал дракона и, сполна пользуясь преимуществом своего роста, бросился под дракона.
Он изменил свою хватку на ургроше и несколько раз ударил вверх острием копья. Сначала казалось, что дракон этого не заметил. Но затем, когда дворф выдернул оружие, из раны хлынула артериальная кровь, забрызгавшая ему руки. Дракон дёрнулся.
 
Коричневый змей крутился на месте, топая и пытаясь схватить и раздавить дворфа или, хотя бы, вытащить из-под себя. Кхорин же, уворачиваясь от лап, продолжал держаться под брюхом монстра и колоть его в слабое место.
Этого хватило, чтобы он снова смог пробить артерию, вызвав вторую струю крови. Затем змей хлестнул своими крыльями, похожими на оборки, и отпрыгнул так далеко, что у дворфа не было шансов угнаться за ним. После приземления дракон оказался рядом с Бири.