Шёпот яда (ЛП)

Медраш спрыгнул с кобылы. 
- Как дела?  - Спросил он.
Хурин махнул рукой в сторону учеников. 
- Посмотри сам. Мне пришлось ударить пару из них, чтобы эта кучка восприняла меня всерьез.
Медраш улыбнулся. 
- Я знаю, как хорошо ты сражаешься, но в конце концов эта уловка обернется против тебя и больно-больно укусит.
- Посмотрим.
- Просто помни, что они тоже умеют сражаться. Все драконорожденные, так или иначе, умеют. Некоторые из них уже прослужили год или два Защитниках Копья.
- Я знаю. Поэтому я вызвал только троих. Обычно четырех. А теперь расскажи мне о лошадях.
- Мы отобрали самых выносливых и стойких. Мастера верховой езды сказали, что за то время, что у нас есть, естественным путём обучить их невозможно. Но посовещавшись с магами, они неохотно согласились с тем, что если на животном будут необходимые талисманы отваги и послушания, оно может делать то, что ты от него хочешь.
- Неохотно?
- Маги любят лошадей и не хотят, чтобы они приближались к гигантам или тем ящерицам, которых они призывают из пепла.
- Я их не виню. Но нам нужны не только летучие мыши, но и конные копейщики.
Это тоже было бы нововведением. Кхорин подозревал, что где бы и когда бы родичи Медраша ни восстали против своих повелителей драконов, лошадей у них явно не хватало.
- Ты получишь несколько лошадей, - сказал Медраш. - Будем надеяться, что их будет достаточно, чтобы наши войска выглядели так же впечатляюще, как и Платиновая Когорта.
- Наконец-то Баласар сможет обставить Когорту.
На другом конце поля ученики закричали, когда кому-то, наконец, удалось ударить руну и заставить Зверя снова упасть на землю.
 * * * * *
ДжесриКолдкрик никогда так не любила летать, как сегодня. Было захватывающе видеть здания и запутанные улицы Лутчека, расстилающиеся перед ней, слышать возгласы и завывания благодарности, раздающиеся от людей, толпившихся на улицах, высовывающихся из окон и собирающихся на крышах.
Нет, конечно, встречали не её. Чазара. Красный дракон, с чешуйчатыми малиновыми крыльями, сияющими на солнце, возвращался в город, которым правил столетие назад. Его длиннохвостая тень плыла над ним, и всадники на грифонах, с которыми он разделял небо, по сравнению с ним казались крошечными, будто колибри, сопровождающие орла.
Тем не менее, до недавнего времени Джесри боялась и ненавидела город ее детства, так же, как он боялся и ненавидел её. Предрассудки девушки были итогом её кошмарного пленения в детстве, которое оставило ужасные шрамы на её душе. Но недавние события дали ей шанс хотя бы одну из своих психологических травм, и нравилось ей это или нет, но Лутчек тоже собирался измениться к лучшему. Чазар обещал, что так и будет.
Лутчек расположился у подножия высокой скалы, а цитадель, называемая Коллегией Войны, фактически выступала из скалы. Чазар приземлился на окруженной стражей площади перед цитаделью. С другой стороны от стражей и баррикад раздался стон толпы, в которой тут и там виднелись алые знамена или другие атрибуты церкви Чазара. На мгновение Джесри подумала, что они собирались ворваться на площадь и напасть на дракона, но каким-то образом им удалось взять себя в руки.
Она приземлила Шрама в отгороженном углу, предназначенном для грифонов, как и ее товарищи-наемники, сделавшие то же самое со своими верховыми животными. Коренастый, лысый и покрытый руническими татуировками, с голубыми глазами, заметно светившимися даже при дневном свете, АотФезим прилетел из Сулабакса, а за ним ехала пухлая, хорошенькая ЦераИуртос. Повелительница солнца, верховная жрица Амаунатора, хотела присутствовать на церемониях и уговорила своего нового любовника взять её с собой.
Джесри могла сказать, что капитан Братства Грифона относился к участию в церемонии несколько более неоднозначно, и девушка считала, что знает почему. Все члены Братства должны были быть здесь, чтобы удостовериться, что за спасение Чазара отряд получит заслуженные почести и любые связанные с этим награды. Но, с другой стороны, на севере назревала война, и Аоту не нравилось тратить время на что либо, кроме приготовления к ней.
 
Тем временем ГаэдиннУлреас улыбнулся, как будто вся драма и пышность были развлечением, устроенным для его увеселения. Долговязый лучник, одетый в элегантный пурпурный камзол с красными прорезями и с сияющими, несмотря на длинный перелет, медными волосами, выскочил из седла и подмигнул Джесри. 
Чазар повернул длинную шею, чтобы рассмотреть ожидающую толпу, а затем выплюнул дугу пламени, которая была направленна в небо, чтобы не поджечь здания или не задеть толпу, которая взорвалась взволнованными возгласами.
Затем красный дракон начал сжиматься, превратившись в высокого широкоплечего воина в золотых доспехах и плащом из перьев цвета пламени. Хотя он казался человеком с массивным телосложением, у него было длинное заостренное лицо и слегка заостренные уши, что придавало ему намек на родство со змеями. Его раскосые глаза были такими же желтовато-коричневыми, как у Джесри. Она, Гаэдинн, Аот и Цера поспешили к нему.
Чазар предложил Джесри руку, и, несмотря на необычайную честь, представляемую этим жестом, она застыла. Если он и нахмурился в ответ, то лишь на мгновение, а затем его лицо приняло выражение печального понимания.
- Прости меня, - пробормотал он. - Но поскольку тебе не составляет труда дотрагиваться до меня в обличии дракона, то делай то же самое, когда я в обличии человека.
- Мне очень жаль, Ваше Величество. - Сказал Джесри.
- Не стоит, - он огляделся, очевидно, убеждаясь в том, что каждый занял свое должное место на грядущей церемонии. – Пройдём?
Они поднялись по каменной лестнице, которая вела на террасу, где ждали выдающиеся сановники Чессенты. Наконечник посоха, который Джесри унесла с горы Тулбейн, щелкал по ступенькам. Перед ними городская стража пропустила толпу на площадь. Заполнившая площадь толпа издавала шум, напоминающий резкий поток воды, пробившийся сквозь дамбу.
Чазар подошел к краю платформы и посмотрел на своих людей. Как один, вся толпа упала на колени. Так же поступили все, кто был на платформе, вместе с Чазаром.
Затем, как и было условлено, Шала Каранок вышла на террасу. Крепко сложенная женщина средних лет, Герой Войны держала в руках обруч из стали, украшенный бриллиантами. Ее лицо, с покрытой шрамами квадратной челюстью, оставалось безэмоциональным, из-за чего невозможно было понять её отношение к происходящему.
Она преклонила колени перед Чазаром и протянула диадему. 
-Я признаю вашу власть и отказываюсь от должности. - Сказала она.
Чазар взял обруч, высоко поднял его, чтобы поймать лучи солнца, и надел себе на лоб. 
- Я короную себя Героем Войны Чессенты, - сказал он. - Можете встать. Все.
Как только они это сделали, раздались аплодисменты. Шум нарастал и утихал, накрывая платформу с периодичностью волн, бьющихся о скалы.
Чазар на время позволил своим подданным выразить свое ликование. Затем он поднял руку, и через несколько ударов сердца все замолчали.
- Я благодарю вас за ваш прием, - сказал перевоплощений дракон. - Как хорошо снова оказаться на земле и в городе, который я так люблю.
Это вызвало еще больше аплодисментов. Через несколько мгновений он остановил их тем же жестом, как и в прошлый раз.
- Как всегда было и будет, - продолжил Чазар, - я вернулся тогда, когда был нужен вам больше всего. Грядет война. Враги, преисполненные ненависти и зависти, угрожают Чессенте со всех сторон. Но не бойтесь. Если я поведу вас, то вы вырежете всех их до единого.
 
Ему снова пришлось остановиться и позволить толпе взреветь.
- Но месть и победа - дело завтрашнего дня. Сейчас перед нами стоят другие вопросы.
Я сказал вам, что приду к своим людям в час отчаянной нужды. Но как мне узнать, что я нужен вам? Услышать ваши молитвы. На протяжении столетий многие считали меня Богом, и теперь мне льстит, что все знают правду. Я Бог. Бог во всех смыслах, существо столь же возвышенное, как Амаунатор или Вокин, и вы будете поклоняться мне.