Тайна озера Сайсары

— Я что, в столовой тебе на пальцах должен был показывать?
— Но ты же на завтра все пытался отложить, вот жук! — Захар впился глазами в строчки дневника, позабыв обо всем на свете.
Васюков расхаживал по кабинету, довольно поглаживая волосы на голове, и мешал читать.
— К чему торопиться-то? Козел на мушке, как говорил мой дед охотник. Перед твоим прилетом связался с участковым деревни Томтогор, где живет искомый нами Засыпкин. Приказал выписать ему повестку прокуратуры и завтра помочь прибыть сюда. Посмотрим, что за гусь...
Глаза Эленева жадно глотали строчку за строчкой дневника. Написан он был убористым и аккуратным женским почерком. Сначала он пытался читать подряд, но потом не утерпел и стал выискивать абзацы, помеченные карандашом:
«15 июля. Наконец-то пришел долгожданный день моего отпуска! И начался он хорошо и загадочно. Утром проснулась с радостью, что наконец-то отдохну от запахов выделанных кож и клея, от нахального начальства, которые без совести клянчат всей своей родне унты. Как они мне надоели! Я даже сделала зарядку и закатила в квартире генеральную уборку. Потом до обеда провалялась в кровати с книжкой. Днем была невыносимая жара, как на юге. Решила идти купаться. На песчаном берегу кувыркалось несколько детей, а взрослых было мало. Работают. Я стала купаться, было так здорово, прохладно! Я плавала на спине и вдруг кто-то из-под воды прикоснулся ко мне! Как я заорала от испуга! И тут рядом вынырнул смеющийся молодой мужчина с горбатым носом. Виновато извинился. Я поплыла на другой берег, а он за мной. Обогнал и говорит: «Девушка, вам что, жить надоело? Под тем берегом быстрее течение и коловерть. Утонете!» Я подумала вернуться, но упрямство взяло верх и поплыла дальше. Он молча плыл рядом, словно страхуя. Мы вышли на берег усталые. Тогда я его разглядела получше. Высокий и сильный, плечи широкие, все в мускулах. Атлет. Только нос горбатый, как у кавказца. Он меня начал поддразнивать: «А вы смелая самоубийца... Но я знаю, почему вы не боитесь утонуть».
— Почему? — не удержалась я.
— Да потому, что вы свою жизнь застраховали на большую сумму. Хоть и утонете, но успеете крикнуть: «Есть пять тысяч»!
— Вот болтун, — засмеялась я, — тоже мне, теоретик госстраха.
— Хотите, я вам погадаю по руке? — он бесцеремонно взял мою руку и стал водить пальцем по ладони. — A-а, все ясно, у тебя есть ревнивый муж и пятеро детей.
Когда я засмеялась и замотала отрицательно головой, он вдруг стал серьезным и проговорил:
— Ты же ведь Александрова Гелена, директор промкомбината. Я тебя там видел. А меня зовут Панкрат, фамилия — Засыпкин. По профессии шофер, прибыл в командировку из деревни Томтогор и вот, загораю без груза...
Интересный и веселый парень. Он мне понравился сразу, бывает же такое! Мужественный, простой и добродушный. А столько всего знает, даже не верится, что шофер. И с высшим образованием не всякий так может говорить. Умный и спокойный. Расстались и он сказал: «До встречи!»
О, женская судьба! Кому из нас не приходит мысль о смелости и праве выбора мужчины! А наш удел — ожидание. Когда тебя заметит настоящий человек, сильный и добрый. Которого можно полюбить. У меня улетает молодость. Где он, мой спутник жизни? Отец моих детей, где? Отзовись...
25 июля. Как долго я не брала в руки свой заветный дневник! Обленилась ужасно, да и времени не хватает. Я отдыхаю у сестры в Якутске. Сестра должна первого августа двинуть в санаторий на юг. И я опять останусь одна. Как я боюсь одиночества!
В последнее время часто вспоминаю Панкрата, где его сейчас носит, по каким дорогам? Мы так и не встретились после того заплыва. Но я случайно встретила женщину из нашего филиала в Томтогоре и осторожно расспросила ее о нем, якобы, он приходил к нам подшивать унты. Какую она мне радость принесла, если бы только знала! «Наш лучший шофер, очень работящий. Дома его не застанешь, все в рейсах. Что может держать холостого человека...» Так и есть! Хо-ло-стой!!!
5 августа. Мне жутко везет! Тьфу-тьфу-тьфу! Чтобы не сглазить. Проводила сестру на курорт и решила набираться культуры. Одна сходила в Русский театр на концерт вокально-инструментального ансамбля, приехавшего издалека. Какой апломб у них, какую чушь они несли! Видимо, порешили, что мы забитая провинция и сплошь дураки. Искусством и культурой вовсе не пахло. Неопитекантропы. Халтурщики жалкие... А конферансье такую пошлятину извергал, что было за него мучительно стыдно. Так пыжился рассмешить нас бородатыми анекдотами. Ужа-ас! Куда мы катимся. Короче, с отвратительным настроением от «концерта», я плелась к автобусной остановке и нос к носу столкнулась с... Панкратом!!! Мы оба уставились друг на друга и слова от неожиданности не могли вымолвить. Он тоже прилетел в отпуск...
 
Я рискнула пригласить его домой. Назавтра он явился точно в три часа. Притащил такой огромный букет цветов и шампанское! Как мне долго никто не дарил цветы, боже мой... Как я была рада этому невинному пижонству! Сколько денег он на них ухлопал, у нас цветочки на рынке «кусаются». Не в деньгах суть! Мы провели прекрасный вечер, много говорили, танцевали. Я больше слушала и поражалась, сколько ему в жизни выпало бед! Когда он учился в столичном институте и был старостой курса, на практике, в море, утонул парень с их группы. За это он был отозван с геологической практики и исключен. Но все же очень сильный духом человек. Не сломался. Приехал на Север и стал лучшим шофером в совхозе.
10 августа. Я все сильнее люблю его! Он очень обходительный и скромный, не то, что другие, которые сразу лезут целоваться и думают только об одном...
25 августа. Как чудесно мы провели время с Панкратом! Отдыхали у реки, собирали ягоды и рыбачили. Он сумел договориться с капитаном «Ракеты», которая ходит в Хандыгу. Он высадил нас вдвоем в устье реки Алдан. Поставили палатку и зажили дикарями. Это был недельный рай! Сказка, которая заставила позабыть обо всем на свете: о людях, работе, обо всем и вся... Вчера мы вернулись в город. Мне даже не хотелось возвращаться. Мне кажется порой, что знаю Панкрата с самого детства, мы были с ним знакомы всегда! Это настоящее, удивительное по глубине и силе чувство любви. Вот сейчас, через несколько минут звякнет звонок у двери и полечу его встречать. Я чувствую, как он идет по улице и думает обо мне. Во мне родилась шаманка! Вот он уже поднимается по лестнице, сейчас открою дверь и он скажет: «Здравствуй, милая...» Поцелует и обнимет крепко-крепко... Какой он сильный. Сердце мое так стучит, что готово выскочить из груди. Как прав был поэт: «Как ждет любовник молодой минуты верного свиданья...» Это про меня...»
После этого записи обрывались, только 15 сентября исписана страничка вялой, словно чужой рукой:
«Жизнь — это сон» — как гениален был Шекспир! Я вошла в какое-то сонное, равнодушное состояние, я полумертвая... Зачем я узнала эту новость?! Такая беда навалилась, что мне ее не осилить... Как же так!!! Возможно, что это ложь... Ложь! А если это правда? Тогда что? Я постоянно твержу эти дурацкие слова: «Жизнь — это сон». Они успокаивают меня. Все забудется, теперь, через сто, тысячу лет... Забудется... А сейчас? Успокаиваю себя, что сплю, будто ничего не знаю и не хочу видеть. Как все это стерпеть! Нет, это не получится... Обязательно надо встретиться с С., все выяснить с этим делом. Объясниться! Жизнь дается один раз, нельзя ее превращать в кошмарный сон...»
После этого написала размашисто, крупным почерком по-русски: «Из вещества такого ж, как и сон, мы созданы, и наша жизнь на сон похожа, и наша жизнь лишь сном окружена». Шекспир, «Буря».
Эти слова жирно обведены кругом.
Эленев полистал дальше чистые страницы, закрыл и отложил тетрадь. Задумчиво уставился на нее, оглушенный прикосновением к чужой судьбе. У него было такое ощущение, что не он читал, а сама Геля тихим голосом поведала ему трагедию любви... Эта тетрадь — драгоценная находка. Начало лабиринта, который ему суждено пройти и погубить чудовище, надругавшееся над светлой мечтой. Она дала ему в руки ниточку сказочного клубочка, который приведет к цели... Засыпкин обязательно поможет открыть многое в судьбе Гелены. Откуда такая страшная печаль в конце дневника? Это даже не о разбитой любви, здесь что-то другое, более важное и неотвратимое. Что за новость, о которой она случайно узнала? Кто такой «С»? Где был Засыпкин в день убийства? Он ли был в квартире ее, что там искал? Врал ли он про исключение из геологоразведочного института? Столько новых вопросов, что голова идет кругом...