"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Вслух же я сказал следующее:
— Господа генералы и офицеры, огромное вам спасибо за проделанную работу. Действуйте. И да поможет нам Господь!
— Погодите, ваше величество, — усмехнувшись, поднял руку капитан 1-го ранга Иванов, — должен сообщить вам, что мною получено сообщение о том, что утром в пятницу, когда восстанут ирландские города, Военно-воздушные силы Югороссии нанесут удары по ключевым объектам как в Ирландии, так и в самой Великобритании. В шесть часов утра пятницы авианосная группа будет на исходных позициях, и вот тогда англичане испытают на своей шкуре то, что в свое время пришлось испытать туркам.
  
Должен также сказать, что тюрьму в Слайго, в связи с особой важностью содержащихся там персон, без которых будет очень сложно наладить послевоенное управление страной, будет захватывать наш югоросский морской спецназ. Так что нацеливайте ваш второй полк на другой объект. Думаю, что в связи с общей сложностью операции без дела никто не останется.
Кроме того, против Британии выступят Российская и Германская империи, возмущенные творящимися в Ирландии насилиями над местным населением. Именно поэтому, а не по какой-либо иной причине и приостановлены казни. Английские дипломаты через швейцарских и австрийских посредников пытаются «урегулировать ситуацию», но Континентальный Альянс остается непреклонным. Операция будет отменена только в том случае, если до пятницы Британия выведет свои войска из Ирландии, а также передаст всех своих военных, участвовавших в массовых казнях и парламентариев, голосовавших за людоедский акт по подавлению ирландского мятежа, для предания их международному суду.
— Благодарю вас, Михаил Владимирович, — подвел я итог сегодняшнему совещанию, — и надеюсь, что все произойдет именно таким образом.
Если сказать честно, то после слов капитана 1-го ранга Иванова у меня словно камень с души свалился. Операция, которая изначально выглядела сплошной импровизацией дилетантов, теперь окажется в руках настоящих профессионалов своего дела.
  
Часть 3
 
День гнева
 
18 (6) апреля 1878 года, примерно час после полуночи.
Город Слайго, столица одноименного графства, берег реки Гаравог рядом с тюрьмой
Еще первые петухи не прокукарекали на хуторах за рекой Гаравог, на берегу которой стояла тюрьма, когда темная вода у стены, подходящей прямо к реке, всколыхнулась и на поверхности появилась темная голова, обтянутая матовым капюшоном водолазного костюма. Боец осмотрелся, привстал, высунувшись по пояс из воды, после чего вышел на берег и присел, внимательно оглядываясь по сторонам. Надвинув на глаза ноктовизор, боец убедился, что на берегу находится всего одна пара британских часовых. Он поднял свое оружие и прицелился.
Прохаживающийся по дорожке часовой, услышав тихий плеск, насторожился и, перехватив свое ружье, направился в сторону едва слышного шума. Но ему удалось сделать лишь несколько шагов. Раздался чуть слышный хлопок, и часовой беззвучно сполз по кирпичной стене тюрьмы. Второй англичанин, почуяв неладное, обернулся и, не увидев своего напарника, приготовился уже поднять тревогу. Но, оперенная стрелка, выпущенная из автомата для подводной стрельбы, угодила ему в лоб, и он упал навзничь на тропинку, протоптанную вдоль тюремной стены.
Дорога для группы морских диверсантов была открыта. В течение нескольких минут, притопив у берега подводные буксировщики, на землю Ирландии вышли и остальные бойцы морского спецназа Югороссии. Они рассредоточились во внешнем дворике тюрьмы, заваленном штабелями толстых брусьев и досок. Из них к первому мая должны были сколотить виселицы, на которых британцы намеревались повесить узников тюрьмы. Югоросские «ихтиандры» притаились в тени шестиметровой стены, отделяющей собственно здание тюрьмы от окружающего мира. У них такую защиту — без вышек с часовыми, колючей проволоки с ласковым названием «егоза» поверх стены и выпущенных во двор злых собак — не сочли бы достаточной даже для захудалой овощебазы. А тут тюрьма, с особо важными узниками — не преступниками, а с людьми, которые в силу своего положения стали смертельными врагами для британского колониального режима.
Задачей морского спецназа была ликвидация британских постов на внешней стене тюрьмы со стороны реки и обеспечение высадки на лодках двух взводов сухопутного югоросского спецназа, которые должны были захватить саму тюрьму с ее особо важными заключенными. Еще одна группа «спецов» высадилась в порту Слайго, для того, чтобы очистить его и близлежащий мост от британских часовых, которые могли бы заметить надувные лодки со спецназом и поднять тревогу. Комендантский час, установленный в городе британскими оккупантами, гарантировал отсутствие в порту и на улицах праздношатающихся обывателей. Бойцы знали, что каждый встреченный ими прохожий, если он идет не скрываясь, наверняка окажется врагом.
Ликвидировав часовых в порту и на мосту, спецназовцы дождались подкрепления из состава взвода морской пехоты с «Североморска», после чего парами разошлись по ночным улицам, зачищая их от патрулей и всех тех, кто получил от британцев разрешение на свободное перемещение по городу в темное время суток.
Захват самого города и подступов к нему должен был осуществить батальон югоросской Национальной Гвардии, ядром которого была рота морской пехоты, прибывшая из XXI века на БДК «Калининград». Этот же десантный корабль доставил батальон к Слайго и сейчас готовился осуществить их высадку у местечка Ратонораг в заливе Слайго-Харбор, примерно в трех километрах от тюрьмы. Там же встал на якорь БПК «Североморск», готовый огнем артиллерии и реактивных бомбометов прикрыть высадившийся на берег десант.
Но это все будет потом. А пока, урча моторами, работающими на пониженных оборотах, к месту высадки у тюрьмы подходили десантные катера с двумя взводами кадрового спецназа ГРУ. Этим воинам из «племени летучих мышей» британская охрана тюрьмы была, что называется, на один зубок. Один взвод, вытянувшись в цепочку, быстрым шагом направился в обход забора, для того чтобы проникнуть в тюрьму со стороны парадного входа. Второй же приготовился штурмовать стену, отделяющую внешний двор от внутреннего. Карты были сданы, фигуры расставлены, можно было начинать смертельную игру.
Тогда же и почти там же.
Здание тюрьмы в Слайго.
Джеймс Мак-Грегор, государственный преступник
Ни одна новость извне не могла проникнуть за эти толстые стены, в сырые мрачные камеры и коридоры, освещаемые тусклыми газовыми рожками, находящимися прямо под потолком. Полнейшая изоляция от мира изматывала не меньше, чем ожидание смерти. Не было никакой надежды на спасение, ибо кто вступится за людей, которых британское правосудие осудило к смерти только за то, что они ирландцы? Бесполезно было даже молиться, так как многие считали, что Бог оставил в своих милостях Ирландию и позабыл о живущем в ней народе. Когда-то я считал себя верным слугой британской короны, но теперь, случись мне уцелеть, я стану ее самым последовательным врагом. Нет прощения тем, кто творит зло на нашей земле, и Господь их покарает. Но карающий меч Бога обрушился на головы британцев раньше, чем я предполагал.
Ночь накануне Страстной пятницы была ветреной. При свете полной луны через зарешеченное окошко было видно, как гонимые ветром по небу бегут серые облака, похожие на саваны для мертвецов. Мне не спалось. Да и разве уснешь тут на набитом соломенной трухой матрасе в сырости и холоде, когда каждый день и час неумолимо приближает день нашей казни — первое мая. Полнолуние, да еще и накануне Страстной пятницы — в такую ночь часто происходят разные нехорошие дела.
У меня начали слипаться веки, и я уже задремал, когда неожиданно вспыхнула беспорядочная стрельба из винтовок, в трескотню которых вплелись редкие, почти неслышные щелчки выстрелов из какого-то незнакомого мне оружия. Закончилась эта перестрелка, заставившая всех обитателей нашей камеры проснуться и, вскочив на ноги, настороженно вслушиваться в звуки ночного боя, несколькими сильными взрывами, после чего внутренний двор тюрьмы озарили отсветы яркого пламени, а до наших ушей донеслись душераздирающие крики сгорающих заживо людей. Из нашего окна место пожара видно не было, но гореть должно было где-то там, где располагалось караульное помещение. Стрельба после этого стала стихать. Очевидно, что нападающие сломили сопротивление охраны и теперь занимали территорию тюрьмы, начиная с административного корпуса. Ведь, кроме нас, уже осужденных, в камерах тюрьмы содержались люди, которых должны были судить двадцатого апреля.