"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
– Понятно, – майор пыхнул трубкой, – разговаривать есть о чем, особенно если будут гарантии надежности нашего военного союза. Так как же вы собираетесь попасть в ставку государя? Своим любимым способом – по воздуху?
– Не без того, – закончил я разговор. – Если вы согласны с нами сотрудничать, то сейчас вас доставят на флагманский корабль эскадры для переговоров с нашим командующим, контр-адмиралом Ларионовым.
– Я думаю, что да, – кивнул майор. – Сотрудничая с вами, я не изменяю присяге, ибо все, что уже вами сделано и что будет еще сделано, несомненно, пойдет на благо Российской империи. Давайте ваш катер, или что там у вас летает по воздуху – я готов.
День Д+1, 6 июня 1877 года, 8:45, пролив Босфор, ТАКР «Адмирал Кузнецов»
Капитан Александр Тамбовцев
Опять совещание в адмиральском салоне. Круг лиц, «допущенных к телу», крайне оригинален и наводит на определенные мысли. Во-первых, присутствует его превосходительство контр-адмирал Ларионов – так, кажется, положено назвать командующего соединением по местным правилам; а во-вторых, их высокоблагородия: полковник Бережной, полковник Антонова, незнакомый мне капитан 1-го ранга, представленный как начальник оперативного отдела соединения Иванцов Анатолий Иванович, наш местный «Штирлиц» – майор Леонтьев. Из менее титулованных особ – капитан морской пехоты Хон Петр Борисович и ваш покорный слуга. Да-с, скучно здесь не будет!
А майор Леонтьев смотрит на полковника Антонову как на восьмое чудо света. Как на ожившую статую Родины-Матери – женщина! в форме! со знаками различия полковника!!!
Ему самому перед совещанием дали возможность привести себя в порядок, умыться и переодеться в камуфляжку с подобающими его званию знаками различия. Ну, а как иначе он может находиться среди нас, не в образе же подгулявшего матроса? Но вроде все улеглось, устоялось. Только дражайший майор Леонтьев все косится на полковника Антонову, того и гляди глазами дырки в ней протрет. Комедия! Но перейдем к делу.
Контр-адмирал по привычке прошелся по салону пару раз туда и обратно, а потом обратился к Бережному:
– Вячеслав Николаевич, а доложите-ка вы нам, как развивается наземная часть Дарданелльско-Босфорской операции?
Бережной подошел к разложенной на столе карте.
– Товарищ контр-адмирал, на настоящий момент в действие введены все наличные силы, кроме, конечно, тяжелой бронетехники и артиллерии…
– Разрешите добавить, Вячеслав Николаевич, – вмешался в разговор капитан 1-го ранга Иванцов, – транспорт «Колхида» уже получил добро и покинул бухту Мудроса. Разгрузка бронетехники и артиллерии через пять часов в бухте Золотой Рог на военно-морской базе Терсан-Амир, где имеются подходящие по размерам причалы и портовые краны. Будет вам ваша тяжелая бронетехника с артиллерией, не сомневайтесь, – с легкой улыбкой закончил Иванцов.
– Спасибо, Анатолий Иванович, и что бы я без вас делал? – Бережной слегка поклонился в сторону капитана 1-го ранга. – Итак, я продолжу.
Непосредственно в городе в операции участвуют две моторизованные и две пешие роты морской пехоты. Кроме того, для выполнения различных задач задействована рота спецназа ГРУ.
Для блокады дальних подступов к городу в районах населенных пунктов Сан-Стефано и Гебзе высажено по одной механизированной роте морской пехоты. К настоящему моменту полностью прервано сообщение по суше Стамбула-Константинополя с миром. Перерезаны телеграфные линии и перехвачены дороги. У иностранных посольств остался только один путь донести информацию до своих правительств – голубиная почта. От Стамбула, простите, Константинополя до Вены голубь будет лететь примерно сутки. Еще несколько часов на обдумывание и реакцию. Потом межправительственные консультации, которые при нынешних способах связи тоже займут какое-то время. Считаю, что «мировая общественность» обрушит на нас свое негодование примерно через двое суток. Товарищ контр-адмирал, операцию «Рассвет» необходимо начинать немедленно!
– Хорошо, Вячеслав Николаевич, – контр-адмирал повернулся ко мне. – А вы как думаете, Александр Васильевич, вы же у нас, как-никак, знаток этой эпохи?
– Думаю, – начал я, – что полковник Бережной абсолютно прав, и его оценка ситуации безупречна. Операция назрела и перезрела. Сейчас кроме самого своего соединения мы имеем, что предъявить государю императору Александру Николаевичу – Константинополь и Проливы, а трудами Вячеслава Николаевича – еще и упакованного по всем правилам турецкого султана. Так что надо начинать операцию, и чем быстрее, тем лучше…
– А кстати, султан – что с ним? – поинтересовался контр-адмирал.
Полковник Антонова усмехнулась:
– Сидит на гауптвахте на «Кузнецове» и думает о своей печальной судьбе. Мы его пока не допрашивали.
– Допросите, – контр-адмирал задумался, – но лично на вас у меня совсем другие планы, – он пожевал губами. – Кому вы поручите провести допрос?
– Подполковник Ильин и майор Османов, – ответила Антонова, – злой русский следователь, готовый утопить султана в свиной навозной жиже, и добрый турок на русской службе, правоверный мусульманин, хафиз – знаток Корана, и хаджи, который всячески сочувствует своему подопечному и стремится смягчить его горькую участь.
– Отлично, передайте товарищам, чтоб не затягивали с допросом, – контр-адмирал энергично прошелся туда-сюда, – возможно, в ближайшее время Абдул-Гамид нам понадобится живой, здоровый и готовый сотрудничать.
Он повернулся к майору Леонтьеву.
– А вы как, Евгений Максимович, готовы помочь нам установить контакт с государем императором до того, как старушка Европа поднимет истошный крик?
Майор вытянулся в струнку:
– Ваше превосходительство, это было моим самым первым желанием, когда я узнал о вашем существовании от поручика Никитина… И кроме всего прочего, это еще и мой служебный долг.
– Отлично, Евгений Максимович, отлично! – контр-адмирал посмотрел на своего начальника оперативного отдела. – А вы, Анатолий Иванович?
– Я считаю, что начало операции «Рассвет» необходимо совместить с очисткой акватории Черного моря от турецкого флота, – капитан 1-го ранга Иванцов подошел к расстеленной на столе карте Черноморского бассейна, – их основные военно-морские базы на западном побережье, в Варне, а на кавказском – в Батум-Кале.
В сторону Батум-Кале запланирован рейд БПК «Североморск» и БДК «Новочеркасск». Их задача – прервать каботажное судоходство вдоль анатолийского и кавказского побережья, и в конце маршрута, в гавани Батум-Кале, полностью уничтожить турецкие военные корабли. Потом пройти вдоль побережья до Сухума, проверяя по дороге наличие – отсутствие турецких торговых судов, а далее – действовать по обстановке. Второй отряд будет состоять из ТАКР «Адмирал Кузнецов», задачей которого будет непосредственно исполнение операции «Рассвет», эсминца «Адмирал Ушаков» и БДК «Саратов», которые после разгрома В МБ Варна проследуют до порта Сулина в устье Дуная с целью захвата всех встречных турецких кораблей. Позиция ТАКР «Адмирал Кузнецов» – до завершения операции «Рассвет» находиться на внешнем рейде Варны.
СКР «Сметливый» остается для охраны Константинополя с моря. Надо подумать, возможно, есть смысл перевести сюда также и «Москву», хотя мне лично Средиземноморское направление на море кажется наиболее угрожающим. Не стоит забывать о коварном Альбионе, который попытается всеми наличными средствами отобрать у нас Проливы. Но пусть только попробуют! Наши корабли все больше ведут огонь по наземным целям. Пора им попрактиковаться в стрельбе по целям морским.
– Хорошо, Анатолий Иванович, – контр-адмирал глянул на часы. – На какое время назначим начало операции?
Капитан 1-го ранга Иванцов также посмотрел на часы.
– На десять тридцать, товарищ контр-адмирал. Надо подождать, когда на борт обеих БДК загрузятся греческие призовые команды, набранные в Константинополе людьми полковника Бережного. Как я понимаю, город кишит рыбаками и контрабандистами, и набрать тысячу человек, желающих подзаработать – это не такая уж большая проблема…