"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
– Одну минуту, господин майор, – сказал я, поворачиваясь к Никитину, – а вам, господин поручик, объявляю благодарность за образцово выполненное задание. – Поручик расцвел щеками, как гимназистка на своем первом в жизни балу. – А сейчас найдите этого вашего Кириакоса, который, между нами говоря, ценнейший человек, настоящая энциклопедия здешней жизни. Кроме того, с сей секунды, вы – военный комендант Константинополя. Да-да, именно Константинополя! Запомните сами и передайте всем: нет больше никакого Стамбула, есть древняя столица возрожденной Византии – Константинополь!
Ух ты, как товарищ поручик подтянулся, даже забыл, что на нем не воинский мундир, а партикулярное платье греческого торговца!
– Рад стараться, госп… простите, товарищ полковник! Разрешите исполнять?
Я пожал ему руку:
– Исполняйте, господин комендант!
Неожиданно улыбка сбежала с лица поручика:
– Товарищ полковник, извините, но я же не знаю, что должен делать военный комендант?!
– Ничего страшного, самое главное – вы свой. По крайней мере, для местных греков. И поскольку ваша вторая половина крови – русская, вы должны быть своим и для нас. Что называется, един в двух лицах.
А что касается обязанностей коменданта, то старший лейтенант Бесоев Николай Арсентьевич временно будет вам помощником и наставником. Вон он стоит под деревьями вместе с вашим старым другом Кириакосом. На первое время выделим вам взвод морской пехоты в качестве комендантского. Но вы должны начать формировать свою часть из православных греков, сербов и болгар. Пусть пока это будет батальон. Инструкторов мы пришлем, да и таких людей, как старина Кириакос, вы всегда найти сможете. Вы уж извините, помогать вам мы сможем крайне недолго. Время военное, позовет труба – и все, в поход. Но в первую очередь в городе должен быть обеспечен порядок. Кого увещевать, кого истреблять… Мне неважно, сколько городских люмпенов вам для этого понадобится пристрелить, но чтоб в городе были идеальные тишина и порядок. Все понятно?
– Так точно, товарищ полковник, разрешите идти?
– Идите, – отпустил я поручика и повернулся к майору. Тот стоял с видом «обалдев сего числа». Сначала я думал, что это от нашего разговора с поручиком. Но потом, обернувшись, понял всё!
По Босфору шел флот. Нет, ФЛОТ!!! СКР «Сметливый» особого трепета не внушал, по водоизмещению – обычный по нынешним временам кораблик. Следом за ним двигался эсминец «Адмирал Ушаков», превосходящий по размерам самые крупные современные броненосцы. А за ними, величественно и важно, двигался не имеющий аналогов в этом мире, Его Военно-Морское Величество, тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов». А уже следом за ними, замыкая колонну, большой противолодочный корабль «Североморск». Два других БДК уже покинули общий ордер и направились к берегу.
Как будто специально для майора, прямо на наших глазах с «Кузнецова» одна за другой с громом стартовали три тяжелых машины Су-33. Все присутствующие наблюдали за взлетом с неослабевающим вниманием, причем не только местные. И в наше-то время не каждый день можно увидеть старт самолетов с авианосца, да еще сразу целого звена. А уж местные рты пораскрывали, да так, что туда ворона могла бы залететь, и не одна, а целая стая. Набрав метров сто высоты, «сушки» развернулись на северо-восток, в направлении гор Кавказа.
– И куда они направились, господин полковник? – произнес майор Леонтьев, вышедший наконец из ступора.
– Есть в Закавказье такое местечко – Баязет, – ответил я, провожая взглядом удаляющиеся боевые машины. – Там русский отряд в беду попал, надо выручать. Тысяча шестьсот русских солдат и офицеров почти без продовольствия, а главное – без воды могут в ближайшее время оказаться в осаде в цитадели Баязета. Против них выступил одиннадцатитысячный отряд турок и курдов, при одиннадцати пушках. Хорошо хоть боезапас находится в самой цитадели, а не в городе…
В глазах майора Леоньева отразилось недоумение:
– Э-э, господин полковник, но где Баязет, а где мы… тысяча верст…
– Господин майор, это для вас тысяча верст – неделя или две пути, а вот эти «птички» будут над целью меньше чем через час. И обрушат на головы турок ни много ни мало тысячу двести пудов боевой нагрузки, – я перевел дух. – У нас очень длинные руки, майор Леонтьев. Никто даже и не догадывается, насколько они длинные.
– М-да, интересно, господин полковник, но, кажется, вы со мной хотели поговорить не об этом… – сменил тему майор Леонтьев.
– И об этом тоже, – парировал я. – Вы, майор, далеко не самый маленький винтик в государственной машине Российской империи и находитесь на очень ответственном посту. Пойдемте, поговорим, – я увлек его в сторону от своих офицеров, под раскидистую сень деревьев дворцового парка. – Поймите, мы были внезапно выкинуты сюда из нашего родного времени и, как я понимаю, у Того, Кто это организовал, – я ткнул пальцем в небо, – имеются на нас какие-то свои планы. Но никаких указаний, кроме «вести себя сообразно своему долгу и чести» мы от Него не получали.
Перед нами стоит выбор: или стать подданными Российской империи, или основать свое государство. Есть еще и третий вариант – подданство какой-либо европейской страны, но для большинства из нас этот вариант неприемлем. Ибо это означает предательство… Погодите, майор, ничего не говорите, слушайте внимательно.
Теперь о том, чтобы стать подданными Российской империи… Знаете, за почти полтора века, что разделяют наши времена, жизнь в России очень сильно изменилась. У нас другие привычки, нравы, взаимоотношения. Мы готовы сражаться с вами в одном строю, но жить рядом у нас вряд ли получится – через месяц могут начаться такие разногласия, которые вряд ли пойдут на пользу нам или Российской империи.
Теперь о своем государстве… Поскольку Россия, по секретному Рейхштадтскому соглашению, обязалась не занимать Проливы, то их придется занять нам. Если у австрийцев или англичан будут к нам какие-либо претензии, то добро пожаловать – мы их встретим по-доброму, с огоньком…
– Да-с, – майор вытащил из кармана дочерна прокуренную трубку и кисет с ядреным матросским табаком, – поручик рассказывал мне о вашем замысле. Не могу не сказать, что полностью одобряю ваш подход, – набив трубку, он продолжил: – Новая Россия – это хорошо, но скажите, как вы представляете взаимоотношения и взаимодействие между Российской империей и Новой Россией.
– Скорее, Югороссии, я бы так ее назвал, – ответил я на самый главный вопрос этого экзамена. – А взаимодействовать мы будем как союзники Российской империи. Внешняя политика и военные тяготы у нас могут быть общие, а внутренняя политика – у каждого своя. Мы также готовы делиться своими знаниями. После того как все уляжется, в Константинополе будет открыт Политехнический университет, где мы будем обучать выходцев из Российской империи техническим наукам, многие из которых в этом мире пока еще не известны.
– А не получится так, что ваша Югороссия станет рассадником нигилизма и революций, – майор чиркнул фосфорной спичкой, – ведь это тоже немаловажно.
– Скорее, наоборот… Во-первых, мы в нашем времени облопались этим самым нигилизмом по горло. Так что у нас к этому стойкий иммунитет. Во-вторых, желающие лучшей и справедливой жизни не будут бузить по всей России, а смогут переехать к нам. Таким образом мы освободим Российскую империю от самых активных бунтарей. Ну и конечно, подскажем им, что надо сделать, чтобы притушить тлеющий фитиль мины, которая заложена под трон, между прочим, и нынешним российским императором. Притушить единожды и навечно.
– Отлично, – майор кивнул. – И с этими идеями вы хотите попасть на прием к государю императору?
– Именно с этими. И с этим, – я показал рукой в сторону становящихся на якорь кораблей, – кроме всего прочего, в течение нескольких суток мы собираемся очистить Черное море от турецкого флота. Ну и переключить на себя внимание старушки Европы – пусть она, болезная, немного помается несварением желудка.