"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Описание теневого навыка: при пробуждении функции: Разоблачение уязвимости, на телах противников голубым цветом выделятся зоны, наиболее уязвимые для нанесения критического удара.
Ограничение 7 ступени теневого навыка Разоблачение уязвимости: вероятность обнаружения уязвимостей на телах противников уровнем ниже вашего — от 60% до 80%, на телах противников сходного с вами и более высокого уровня — менее 60%.
Внимание! При параллельном использовании нескольких теневых навыков, расход ограниченного параметром КЭП временного интервала возрастает пропорционально количеству одновременно задействованных навыков!
Никакого физического дискомфорта при апгрейде теневых навыков я не почувствовал. О случившемся усилении пока что я мог судить лишь по изменившимся строкам описания текущих навыков, где «активирована 6 ступень» сменилась на « активирована 7 ступень». Ну и внушительный минутой ранее четырехзначный запас свободных очков теневого развития к распределения упал после случившегося двойного апгрейда до жалких четырнадцати очков.
Разобравшись с навыками, я переключился на апгрейд основных параметров, которые, соответственно, в любой момент можно было усилить с помощью свободных теневых бонусов к распределению. Этого добра, после подкинутых системой подряд 41 и 42 уровней (410+420 тен. бонусов), у меня в запасе тоже оказалось более тысячи девятисот. Здесь традиционно перво-наперво я решил вложиться в самый медленно растущий естественным путем Интеллект. Хотя этот параметр уже поднимался за счет бонусов мною ранее, десять дней назад, до шестнадцатого уровня после намека Елизаветы на прямую зависимость развитого Интеллекта с ментальными возможностями сознания ясновидящего. Но прошедшей декады, наверняка, было более чем достаточно для адаптации мозга к расширившимся после апгрейда возможностям, и очередной рывок к семнадцатому уровню развития Интеллекта должен был наложится на предыдущий максимально продуктивно.
Легко вычислив необходимое для апгрейда количество свободных теневых бонусов, я мысленным системным запросом пожелал обернуть их в теневые бонусы к Интеллекту. И едва сдержал стон, когда затылок тут же пронзила раскаленная спица боли. Пришлось тут же до хруста сжать зубы, чтобы не выдать себя болезненным звуком. Сунутое параллельно под мышку кольцо развития активировало Целебный пот, и побежавшие по голове прохладные струи стали постепенно гасить разразившийся под черепушкой огненный шторм.
Когда захлестнувшая глаза кровавя пелена начала рассеиваться, я смог прочесть появившиеся перед внутренним взором строки системного уведомления:
Внимание! Вами использовано 949 свободных теневых бонусов к распределению.
Теневой бонус к Интеллекту +949.
Интеллект — 17 (170,00%)
— Сережа, что с тобой? — забила рядом тревогу заметившая мой болезненный вид Машка.
— Да нормально все, — отмахнулся я.
— Какой нормально? Бледный, вон, весь, как мел, и потеешь.
— Просто в жар бросило чутка. Ща пройдет.
— В жар? Серьезно? Да ты ж, как ледышка, холодный, — возмутилась она, цапнув обеими руками мою ладонь.
— Маш, успокойся. Сейчас все пройдет.
— Блин, Сережка, тебе ж ко врачу нужно срочно!
— Да хорош уже на пустом месте панику разводить!
— Молодые люди, мы вам не мешаем? — это уже к нашему незаметно разгоревшемуся спору прицепился прервавший лекцию препод.
— Извините, Василий Игнатьевич, — делаю невинное лицо. — Мы больше не будем.
— Да какое не будем⁈ — вскочила рядом на ноги Терентьева. — Василий Игнатьевич вы посмотрите только какой Сергей у меня бледненький.
— У ты, батюшки, пожалейте дитятку, — схохмил кто-то за нашими спинами, и аудитория тут же взорвалась дружным ржачем.
— Мария, немедленно прекратите этот балаган! — возмутился преподаватель.
— Маш, ну правда, хорош, — поддержал его я.
Но закусившую удила подругу было уже не унять.
— Ну-ка живо пошли к врачу! — она хватает меня за рукав и, под хохот одногруппников, тащит вон из аудитории.
«Апгрейдил блин параметр, на свою голову, — мысленно сокрушался я, понурой тенью шлепая за Марией (ну а че еще оставалось мне делать, не драться же девушкой своей). — Хорошо еще прокачку другого параметра запустить не успел. Никак выбрать не мог между отстающими от Выносливости Силой и Ловкостью. А на апгрейд обоих параметров свободных бонусов уже не хватило, вот и завис в раздумье… И хорошо, походу, что завис. А то, если б меня до кучи еще и судорогой на лекции скрутило, Машка тут бы такой хай устроила — мама не горюй. Заботливая, блин, моя…»
— Ну, вот, видишь, все уже прошло, как я и говорил, — предъявил я подруге, когда мы со скандалом сбежали-таки в коридор (предварительно, разумеется, деактивировав действие Целебного пота).
— Да, сейчас вроде норм, — вынуждена была констатировать Машка, обнаружив вернувшийся на мое лицо румянец, и не заметив больше нигде следов мгновенно испарившегося пота.
— И вот нафига было, спрашивается, с лекции сбегать?
— Ну, блин, Сережка. Я ж реально за тебя испугалась. Ты ж там бледный-бледный вдруг стал.
— Это от недосыпа, Маш. Потому что некоторые, мне выспаться помешали.
— Да ну тебя.
— Ладно, не дуйся. Пошли что ль в буфет, раз уже с лекции сбежали. Хоть позавтракаем там нормально.
— Угу. А купи мне тогда эти…
— Которые?
— Да, блин, Сережа, не перебивай.
— Я вообще молчу.
— Вот и мочи.
— Вот и молчу.
— Помнишь, рогалики там такие воздушные в тот раз были, орешками еще обсыпанные?
— Которые тебе еще до визга понравились?
— Ага.
— Неее, че-т не припомню.
— Да, Капустин, блин!..
Интерлюдия 2
Интерлюдия 2
— Начальник, дай сигу-то подымить.
— Не велено!
— Да ладно, зёма. Че ты? Не жмись. Всего одну сигаретку. Уж не обеднеешь с одной-то.
— Цыганов, отвали, а. Ехай молча.
— Не ссы, зёма, я майору не скажу.
— Конечно не скажешь. Потому что нечего будет говорить.
— Ну хоть затянуться-то дай мне разок.
— Перетопчишься.
— Начальник, будь человеком. Из-за этих пересылок долбанных я уже сутки, считай, не куривши.
— Сутки вытерпел и еще столько же подождешь. Говорят, для здоровья полезно.
— Ну че те жалко, что ль? Вон же ж сам дымишь, как паровоз.
— Мне можно.
— Ну начал…
Очередная попытка арестанта умаслить охранника вдруг на полуслове была прервана мощнейшим взрывом. От которого массивный автозак сперва подскочил высоко вверх, испуганной жабой, а потом, неуклюже приземлившись, покатился колобком куда-то в бок.
Разумеется, находящиеся внутри бронированного фургона арестант и охранник заметались внутри сбесившегося салона из стороны в сторону, словно тапки в стиральной машине. С единственной разницей: арестант плющил фейс, конечности и бока о стальную решетку своей персональной клетки, а охранник калечился о стальные броне-листы внутренней обшивки всего остального фургона.
Когда болтанка боковых переворотов прекратилась, одинаково избитые арестант с охранником, не успев подняться с пола (которым после череды кувырков теперь сделался потолок автозака), услышали снаружи треск автоматных очередей. И стук пуль по бронированной стене за кабиной автозака без слов рассказал выжившим внутри фургона людям о хладнокровном расстреле там, впереди, гораздо менее защищенных майора с водителем.
— Цыганов, сука, это че, нахрен, за дерьмо творится⁈ — пропыхтел охранник, подтягивая под себя непослушные конечности и пытаясь вскарабкаться хотя бы на четвереньки.
— А я знаю? — растерянно откликнулся арестант и тут же застонал: — Ой-ей-ей! Моя нога! Она, кажись, сломана! А-а! Помогите!..