"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

У Ветра широкие, почти квадратные скулы, бульдожья челюсть, цепкие синие глаза. Желваки перекатываются под слегка небритой кожей.
— Да уж какие там обиды. Сам понимаю — староват, физуха не та и реакция.
— Но все это будет не важно, если мои прекрасно обученные, ко всему подготовленные парни по щелчку пальцев перейдут на сторону противника.
С полминуты молчим. Ветер, как и я, наблюдал за событиями в Карьерном в прямом эфире. Женька, пилот врезавшегося в девятиэтажку вертолета, был его старым сослуживцем.
  
— Чертово Одарение, — цедит сквозь зубы Ветер. — Чертово Сверходарение, или что там еще за дрянь. Раньше я и в кошмарном сне не мог представить, что придется учитывать такую возможность. Всегда была вероятность, что бойца перевербовали… но это же можно было вычислить заранее! Предатель обязательно чем-то себя выдаст, а если прошляпили — сами виноваты, утратили бдительность! А теперь кто угодно может повернуть оружие против своих… даже я сам… вот что в голове не укладывается.
Я передернул плечами. Только что по-белому завидовал сильным, слаженно действующим парнями на тренировке, их мышцам, дыхалке и рефлексам. Но что если мне предстоит сражаться не вместе с ними, а против них?
Но и выходить в бой в одиночку — не вариант. Там, в Карьерном, пристрелить двух психически неуравновешенных людей для меня проблемы не составило бы — ни тактической, ни тем более моральной — после того, что они наворотили. Но даже если бы на меня не подействовали непосредственно ни ударная волна, ни гипноз — свобода от Дара не защитила бы ни от управляемой психом толпы, ни от кирпича, телекинезом направленного в голову.
По крайней мере, так мы предполагали теоретически. Ни одного живого сверходаренного для проведения опытов у нас не было. Их активно искали среди людей, перенесших сильный стресс, физические страдания, заключение в суровых условиях. Напрасно: значимого усиления Дара у них не обнаружилось. С теми психами из шахты и ранее с Лорой произошло что-то еще, и вычислить это не смогла пока ни одна аналитическая группа.
По всем округам ведутся поиски уединенных мест, где можно месяцами держать людей взаперти: заброшка, одинокие хижины в лесах, старые месторождения… Однако широка страна моя родная, и в данном случае это не преимущество.
Бешеными темпами идет ревизия всех дел об исчезновении людей в Одарение и вскоре после него; но это все равно что наперстком вычерпывать океан. Пропавших по стране — сотни тысяч. Часть из них так или иначе ушла в миры мечты — кто как Олег, кто по более серьезным причинам. Например, ни один исследованный Дар не способен воскрешать мертвых, а неужели же об этом никто не мечтал? Возможно, эти люди оказались там, где их любимые живы — и это не здесь. Кому-то из сотен тысяч, похоже, повезло намного меньше — он стал частью исполнения чужой мечты, и очень мрачной.
— Ладно, не ссы, — Ветер словно читает мои мысли, наверно, они отображаются у меня на физиономии. — Там, в Карьерном, те, кто под воздействие попал, сражались едва на десятую долю от своего потенциала. Так, вяло постреляли в сторону тех, кого в данный момент воспринимали как противника. Эти психи ими управлять-то не умели толком, а своя соображалка вырубилась у них. Так что Бог не выдаст — свинья не съест. Просто надо быть готовыми ко всему.
— Да разве же я против, Ветер? Проблема в том, что ни к чему я здесь толком не готовлюсь.
— Если подумать, то так и есть, — Ветер задумчиво хмурится. — Основы радиообмена ты освоил. Тактические команды тоже. Бойца уровня моей группы из тебя, ты уж не обижайся, не сделать ни за месяц, ни за год. А поддерживать физуху и стрельбой заниматься ты можешь и дома. Так что для меня особого смысла тебя тут мариновать нет. Но вот насколько оперативно тебя удастся выдернуть на прорыв — это уже, сам понимаешь, к Юрь Сергеичу. На нем же секретность всякая. Так что с ним решай. Только вот…
Ветер перекатывает желваки и держит паузу. Не выдерживаю:
— Только вот что?
— Скажу так. Некоторые люди наводят тень на плетень даже тогда, когда никакой необходимости в этом нет — просто по привычке. Ложь для них всегда надежнее и безопаснее правды; мой первый командир о таких говорил — врет, как будто ему за это платят. Работать с такими можно, просто… не расслабляйся. А я, если что, тренировки тебе и на родине организую. Так-то да, зачем тебе здесь сидеть? Боевой дух терять только.
  
Глава 2
 
Ищи, кому выгодно
 
Февраль 2030 года
— Да что ты такое говоришь, Саша? — Юрий Сергеевич вскидывает мохнатые брови. — Ты понимаешь, в какой мы все сейчас обстановке? Новый Прорыв может случиться в любой день, в любую минуту! А ты намылился уехать, спрятаться в уютной норке? Когда ты нужен здесь, как никто другой?
— Никто не может мне объяснить, зачем я здесь нужен.
— Ну как — зачем? Ты же свободный от Дара. Кроме тебя есть только твой брат, но медики сообщают, что он до сих пор не в форме. И Алины исследования…
— Они зашли в тупик. Аля хочет взять паузу, пересмотреть методику отбора кандидатов.
— Тогда тренировки с Ветром…
— Их полезность исчерпана.
— На все у тебя есть отговорки! Ты должен быть здесь, чтобы в любой момент подняться по тревоге! Не ожидал от тебя такой безответственности, Саша! Понимаю, служить Родине может быть не только опасно и трудно, но и попросту скучно в некоторые моменты. Но это же не повод проситься домой. Давай ты вернешься к тренировкам, и мы с тобой просто забудем об этом разговоре.
Юрий Сергеевич выглядит возмущенным до глубины души — ни дать ни взять любящий папаша, стыдящий сыночка за обмоченные штанишки. Если бы я не знал, что передо мной за человек — возможно, принял бы его эмоции за чистую монету. Но этот прожженный комитетчик виртуозно умеет изображать то, что нужно в данный момент.
Кабинет Юрия Сергеевича подчеркнуто безликий, среднестатистический: деревянные панели, дежурный портрет президента на фоне триколора, заснеженная рябина за окном. Здесь у всякого невольно возникает ощущение, что он уже много раз в таких кондовых присутственных местах бывал. Наверно, это должно притуплять бдительность. Да и сам Юрий Сергеевич выглядит как обычный чиновник средней руки: усы, обвисшие брыли, глаза чуть навыкате, внушительное пузо под пиджаком…
Не даю сбить себя с толку:
— Мы не будем забывать об этом разговоре, Юрий Сергеевич. После Одарения я пять месяцев оттрубил в полиции, явился туда даже раньше объявления мобилизации — потому что знал, что я там нужен. А здесь я не нужен.
— Ты ведь согласился нам помогать!
— Согласился, когда речь шла об участии в расследовании Прорыва в Карьерном. Но без Дара — какой от меня толк…
— Да там как раз и без тебя обошлись. К следствию подключили лучших из лучших, у всех профильные Дары…
— И по-прежнему ничего?
Юрий Сергеевич разводит руками:
— Увы. Никаких следов. Преступник предусмотрел все. Видимо, возле шахты он носил костюм эксперта-криминалиста, потому что даже потожировых следов не оставил. На повороте с трассы камер нет. Судя по отпечаткам, машины он менял… и вряд ли те покрышки сейчас существуют. И с похищениями обоих будущих сверходаренных та же история: ни камер, ни свидетелей. Обе жертвы — полагаю, в этом контексте мы можем называть их жертвами — жили в одиночку, так что их исчезновение заметили далеко не сразу. И полиции через месяц после Одарения было не до них.
— По крайней мере мы можем сделать вывод, что преступник или преступники неплохо знакомы со следственными методами. И учитывали, что место преступления может быть обследовано. Преступник — кто-то из Системы?
Юрий Сергеевич комично машет рукой:
— А может, он просто детективов перечитал? Там сейчас каждое следственное действие расписывают, прямо готовая инструкция по сокрытию улик. Как думаешь, Саша, — Юрий Сергеевич подмигивает, — может, они вредители все поголовно, эти писаки?