"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Барон Лисицин! — поприветствовали моего наставника, когда мы подошли. — Рад вас видеть на нашем состязании!
Я удивленно посмотрел на мужчину, а мне он не рассказывал, что барон! И вообще никак не показывал этого.
— Я тоже рад вас видеть, Семён Семёнович. — довольно сдержанно улыбнулся Лисицин.
— А эта ваша ученица, я так понимаю? — теперь говоривший рассматривал меня. И не только он, другие люди, что кучковались у этих столов, тоже стали на меня смотреть, прикидывая, чего же стоит ожидать.
— Именно. Нам нужны жетоны участников, для меня и ученицы.
— Конечно-конечно. Вот здесь распишитесь, будьте добры. Отлично! Держите! Желаю удачи вашей ученице!
— Благодарю! И список участников предоставьте, пожалуйста.
— Ах, да-да-да! Вот! — мужчина протянул наставнику листок бумаги с отпечатанным текстом.
— Держи. — Лисицин протянул мне жетон в виде молота и список участников.
— Спасибо. — засунул жетон в карман, стал читать имена. — Хм… Никого тут не знаю.
— Это неудивительно! Это молодые кузнецы, которые получили благословение в этом году. Тут мало кто их знает, разве что их семьи.
— Семьи? — я пригляделся повнимательнее, к строчкам под именами. — Да тут же все Благородные! И даже Дворяне!
— Неудивительно. Благословения у членов одной семьи часто совпадают, так что у кузнеца с Благословением металла вероятность появления ребёнка или внука с таким же Благословением выше, чем у случайного человека. У нас в Красноярске есть даже несколько родов Аристократов, что специализируются на кузнечном деле. Но не волнуйся, среди участников только двое из таких родов.
— Вы меня успокоили. — буркнул я. Ну да, состязания с кузнецами, у которых папы-деды-прадеды кузнецы, ну конечно же мы на одном уровне! Что может быть проще⁈ — Но, наставник… Они же могут обидеться на меня, если я у них выиграю!
— Без сомнения, зависть, ревность и обиды к чужому таланту — обычное явление в конкурентной среде. — покивал Лисицин с благодушным видом, будто я сказал нечто хорошее.
— Может, тогда мне не особо стараться? — тихо выговорил я, втайне надеясь, что Лисицин меня не расслышит.
— Ха! Ученица! То есть этих вот заносчивых дворянчиков ты обидеть боишься, а меня, твоего наставника, — нет⁈
— Ну вы же знаете, что я самая хорошая, милая и нежная девушка в мире! И не обидите. А эти-то могут!
— Знаю, ты права. — опять кивнул Лисицин и посмотрел буравящим взглядом. — Но я тебе сразу говорю: если попробуешь поддаться, то я вспомню, что я вообще-то барон, и сделаю твою учёбу в Академии и Университете невыносимой!
Что-то эти состязания даже не начались, а они мне уже не нравятся!
Глава 16
— Я думала, людей будет побольше. А тут полупустые трибуны. Если не сказать больше.
Да, на сидениях по бокам зала сидел довольно мало зрителей, всего треть. Правда, качество этих зрителей было отменным — чуть ли не каждый щеголял вензелями и гербовыми нашивками на одежде. Нет, да практически каждый! Даже та часть зрителей, что явно была слугами, имела на одежде гербы своих хозяев. Только работники дворца ремёсел были в простой, хоть и праздничной, одежде без всяких отличительных знаков аристократов. Ну, ещё я. И наставник, но он-то всё равно барон, ему можно быть с разными закидонами.
— Состязания кузнецов, кхм, наполнены внутренним напряжением, но, всё же, не настолько зрелищны, чтоб привлекать толпы зрителей. Увы! Мало кто хочет часами сидеть и смотреть, как кто-то молотом стучит по заготовке. Кстати, телевидения тут тоже не будет, так что звездой экрана ты сегодня не станешь, хе-хе.
— Блин, опять не повезло! — в притворном расстройстве махнул рукой.
— Но к концу состязаний людей прибавится. — продолжил Лисицин. — Многие придут посмотреть, кто же заслуживает внимания в этом году. Думаю, первая пятёрка победителей будет пользоваться определённым успехом в узких кругах. Так что старайся!
— Угу.
Зал, хоть и относительно малолюдный, всё же наполнился гулом голосов. Сопровождающие и зрители ходили туда сюда, жали руки знакомым, общались с ними, потом шли к новым знакомым. А некоторых знакомили друг с другом их знакомые. В общем, стояла атмосфера обычного съезда, какая бывает хоть у анимешников, хоть у филателистов. Разве что вместо марок тут гордились своими отпрысками. К Лисицину тоже подходили, общались, он представлял меня людям, которых я вообще не запоминал, потому что их было десятки. Разве что гербы успевал схватить глазами — многие из них были мне знакомы по урокам геральдики.
Даже как-то неуютно стало, будто я маленький ребёнок среди толпы взрослых. В принципе, так и было, но всё равно хотелось быть более… взрослым.
— Господа, дамы! — раздался голос от судейской трибуны. — Прошу вас, состязания скоро начнутся, займите свои места!
— Всё, Малинина, начинается. Иди, твоё рабочее место вон то, с номером семнадцать.
— Хорошо.
Сердце забилось учащённо, и я отошел от наставника. В зале были установлены походные кузницы — горны, верстаки, наковальни на подставках в виде металлических кубов. Все они были пронумерованы от первого до двадцать второго, так что долго свой искать не пришлось. Подошел, остановился возле наковальни, постучал зачем-то по ней костяшками пальцев. Блин, а я волнуюсь! Пусть даже привык к сцене вовремя выступлений, но сейчас-то я первый раз в подобном участвую!
Из нервного состояния меня вывел взгляд соседа — парня моих лет, мускулистого и с длинными руками. Он был в модном фартуке из кожи какого-то портального зверя, которая переливалась под светом ламп. Хм, даже на фартуке, перчатках и противоогневой шапке у него гербы были вышиты! А я работал в своих, что мне ещё Лисицин осенью выдал, потрёпанных и грязноватых. Мда. Неудивительно, что этот парень смотрит на меня с затаённым презрением.
А впрочем, хрен ему на рыло! Тут главное хорошие руки, а не модный прикид. И у кого руки прямее, мы ещё посмотрим!
Отвернувшись, посмотрел на судейскую трибуну. Судьи собрались кружком, о чём-то совещаясь, но в этот момент разошлись и расселись по своими местам, только тот, что сидел в середине, поднялся.
— Рад приветствовать всех на состязаниях молодых кузнецов! — громко сказал старик, подождал, пока пройдут вялые аплодисменты. — Я, граф Рудой, буду председателем судейской коллегии. Другие члены коллегии… — он представил всех, кто был за столом, те поднимались, когда называли их имя и титул, и коротко кланялись, улыбаясь. — А теперь я расскажу, как будут проходить наше состязание! Оно будет разбито на два этапа, каждое будет длиться с восьми утра до двадцати двух часов вечера. То есть два дня. В первый день наши юные кузнецы будут соревноваться в создании усиленных металлов, ингредиенты для которых они могут запросить сразу после начала. На второй день из этих металлов участники должны будут создать оружие или броню, не суть важно, которые должны будут обладать характеристиками, достаточными, чтоб послужить в Кошмарах первой категории! Для поддержки вам, участники, будет выдано по двадцать грамм адамантия, который вы сможете добавить в ваше изделие.
Я удивлённо поднял брови. Адамантий! Я с ним дела вообще не имел, только слышал и изучал теоретически. Похоже, Лисицин не думал, что всё будет сразу так серьёзно. А может, ещё что. Но в любом случае будет интересно посмотреть, что это вообще такое.
— Оценивание будет проходить в два этапа. — продолжил Рудой. — Первый — по качеству созданного вами усиленного металла, второй — выкованные вами изделия. Оценка будет складываться, так что старайтесь на каждом этапе! Если вы в чём-то не так сильны, то можете проявить себя за счёт другого! Всем всё понятно? Хорошо! Ну что ж, хватит разговоров, начинайте!
Он уселся на своё место, а участники засуетились, стали чёркать что-то в блокнотах, лежащих на верстаках, вскидывали вверх руки с ними — сразу же подбегали слуги, хватали листки и убегали.
Хм, а что мне надо? Инструменты тут есть, даже неплохие, я их проверил, горн тут модный, не на угле, а на газу и с кислородным наддувом, непривычно, но не более. Слитки разных металлов уже лежат тут, выбирай что хочешь, если не хватит, можно попросить ещё, принесут. Разве что ничего своего приносить нельзя, это против правил. А ещё вокруг рабочих мест установлены магические стены, гасящие звуки и особенности магической манипуляции — никому не хочется, чтоб особенности их техник по созданию металлов стали всем известны, пусть даже в исполнении учеников.