"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Заставить Кристиана поверить в искренность моих чувств к нему было сложно, но я упорно месяц за месяцем работала над этим. Почти два года у меня ушло на то, чтобы внушить ему, что он для меня самый желанный и любимый мужчина, мой защитник. Мы никогда не говорили о том, что произошло в особняке Кьянто, но каждый день Кристиан пытался извиниться передо мной всеми возможными способами. Наконец, мне это надоело до такой степени, что я поймала его на слове:
  
– Крис, ты говоришь, что готов ради меня на всё-всё-всё? – с тайным умыслом спросила я его однажды утром, потягиваясь в постели.
– Да, конечно, Эля, если тебе что-то надо или что-то не устраивает, – я видела, как напрягся мужчина.
Наверно именно потому, что Кристиан ни разу не предлагал мне выйти за него замуж, мне вдруг до азарта захотелось, чтобы он это сделал.
– Ты когда-то говорил, что дашь мне приданое и подыщешь мужа… – промурлыкала я, водя пальцем по широкой мужской груди, где когда-то были уродливые шрамы, а сейчас виднелись едва заметные светло-розовые полоски.
Кристиан молча кивнул, перехватив мою руку. Он всегда подчёркивал, что ни в коем случае не держит меня. Наверно это меня, в конце концов, и подстегнуло на более активные действия.
– Отлично. Мужа я уже нашла. С тебя приданое, – дерзко заявила я.
Я действительно договорилась с местными жрецами, чтобы сегодня днём они обвенчали меня с моим генералом. Мне надоело ждать предложения и надеяться на то, что Кристиан когда-либо простит себе свой поступок и сделает первый шаг. Для себя в душе я давно решила, что это именно тот человек, с которым я хотела бы прожить до конца жизни вместе. Причём осознала я это ещё в тот момент, когда разговаривала в последний раз с Долиналь. Уже тогда мне было понятно, что я ни за что бы в жизни не пришла бы к жрице, чтобы спросить совета. Cердце подсказывало, что я сделала правильный выбор.
Месяц назад я заранее написала Леандру и Лиланинэль, приглашая их в гости, в Норгеш, а также Винсенту и Эллис с их малышом. Легран и его помощник по моей просьбе должны были прийти с наиболее близкими для генерала коллегами. И абсолютно всех я предупредила, что это сюрприз, и Кристиан ничего не должен знать.
В знакомых ореховых глазах проскользнул вихрь чувств. Здесь были и удивление, и грусть, и лёгкая обида, и сожаление. Но он быстро взял себя в руки, и коротко ответил:
– Да, конечно. Я всегда знал, что когда-нибудь этот день наступит. Сегодня днём средства будут переведены на твой счёт.
– Хорошо, – довольно кивнула я. – А ты приходи к часу дня, пожалуйста, на мою свадьбу. Мне будет приятно.
Кристиан хмуро молчал некоторое время, затем всё-таки произнёс:
– Эль, я не хочу, чтобы ты выходила замуж за кого-то… Я был таким идиотом, когда предлагал тебе это два года назад… Но если это твоё желание, то конечно же, я приду.
– Приходи-приходи, познакомишься с женихом, – коварно усмехнулась я.
Стоит ли говорить, что когда часы пробили час дня, Кристиан Кьянто явился в чёрном парадном камзоле, с идеально уложенными волосами и похоронным выражением лица. Он оглядывался в поисках моего будущего супруга, несколько ошеломлённо кивал знакомым и даже Леандру, который не появлялся в Шекраме почти полгода, но не успел ещё поздороваться со всеми. Я попросила Кристиана довести меня до жрецов, якобы так принято в моём мире, и на вопрос жреца, согласна ли выйти замуж за лорда Кристиана Кьянто, не раздумывая, ответила «да». Не передать словами, как долго и пристально смотрел на меня мой будущий супруг, когда осознал, какую жирную свинью я подложила ему. Но я уже давно поняла, что с этим невозможным, упрямым генералом можно только так. Разумеется, он ответил «да», но на ухо шепнул мне, что позаботится о том, чтобы наказать меня как следует. Я же с предвкушением первой брачной ночи поцеловала супруга и прошептала ему в губы: «Это мы ещё посмотрим, кто кого наказывать будет».
  
ЛЕТЯЩИЕ СКВОЗЬ МГНОВЕНЬЕ
 
Советская научно-фантастическая повесть-буриме
 
Том II
 
Иллюстрации Р. Авотина
   
Михаил Емцев и Еремей Парнов
 
1
 
Оно настигло Питера Брейгена в «Казино-рулетт». Шарик остановился против черной семерки. Питер едва заметно вздрогнул. Ладони стали влажными и жаркими. Он знал, что выпадет именно этот номер. Точнее, когда шарик остановился против семерки, Питер понял, что знал это заранее. Он прикрыл глаза и ясно увидел бегущий шарик. На латунной крестовине рулетки метались световые блики. Мелькнул ледяной манжет крупье. Перстень сидящей напротив дамы вспыхнул колючей звездой. Шарик остановился на красной 25. Питер открыл глаза. Лимб еще вращался. Шарик, как крохотная планетка, летел вокруг желтого крестообразного солнца. Он остановился на красной 25. Питер судорожно сжал в кармане фишки и вновь прикрыл глаза.
Красная 34. Он поставил все на номер и цвет. Шарик остановился на красной 34. Костяная лопатка миниатюрным бульдозером надвинулась на Питера, подгребая к нему груды разноцветных фишек. Кто-то тихо ахнул. Питер ослабил галстук и расстегнул пуговку.
Красная 30. Он опять бросил все на номер и цвет. Шесть коротких и стремительных заходов белого бульдозера, и валы пластмассовых дисков отгородили Питера от стола, как стены неприступного форта.
Он не слышал ни шума, ни шепота. Не чувствовал горячего дыхания стоящих за спиной людей.
Черная 11. Он хотел вновь бросить в атаку все войска. Но вдруг передумал и поставил несколько фишек на другой номер. Выпала черная и. Он еще несколько раз поставил незначительные суммы не на «те» номера. Потом забрал свои фишки и направился к кассе. Он знал, что так теперь будет всегда. Торопиться опасно и глупо. Он наверстает свое.
Питер прошел в бар. Лениво следил, как тяжелый джин мутными струями оседает в бокале мартини. Бармен бросил лед. Крохотный айсберг закачался в круглом и тесном океане. Питер зажмурился и вытер платком разгоряченный лоб. Айсберг превратился в белый шарик.
Черная 17. Питер резко отодвинул бокал. Маслянистая капля упала на черное зеркало стойки. Тихо звякнул о тонкое стекло лед. Питер бросился к лестнице. Задев кого-то плечом, проскользнул в зал. Шарик еще бежал. Потом остановился… на черной 17. Питер тихо засмеялся и почувствовал, что напряжение оставило его. Медленно покинул зал. С застывшей улыбкой на потном лице дотащился до бара. Выпил свой коктейль. Потом попросил чистого джина:
— Сухой и обязательно гордоновский. Льда не надо.
Поднес рюмку к губам. Но пить почему-то не стал. Расплатился и вышел на улицу.
В нефтяной реке улицы Крюгера плясали золотые и красные змеи, С шелестом проносились одинокие автомобили. Питер глубоко вздохнул и стал смотреть на небо. Запрокинув голову, следил он за медленным мерцанием звездной пыли. Над Преторией плыл аромат цветущих палисандров, неслись далекие холодные миры, мигающей зеленой точкой заходил на посадку очередной «супер-констеллейшн» или «боинг».
В ночном клубе напротив еле слышно попискивала музыка.
Мимо прошла женщина, и Питер долго слышал оставленную ею ароматную волну. Он вдруг почувствовал глобальность всего происходящего. Мир вращался вокруг него. Галактика раболепно подрагивала крутыми ветвями. Голубая материя ее клокочущего ядра обретала правильные очертания рулеточного креста. Питер закрыл глаза и сейчас же увидел цифру и цвет.
— Так будет всегда! — сказал он.
На следующее утро он отправился на биржу. Долго глядел на световое табло. Курс держался довольно устойчиво. Когда названия компаний и цифры прочно отпечатались в мозгу, он закрыл глаза. Статичная таблица пришла в движение. Сначала медленно, потом быстрее. Как преодолевающий инерцию маховик. Первой заколебалась Табазимби Лимитед. В течение сорока секунд акции упали на одиннадцать пунктов. Зато курс сталелитейной корпорации Искор неуклонно полз вверх, как столбик термометра в погожее утро. Питер купил акции Искор.