Босиком по пеплу (СИ)

– Это не имеет значения. Она уже уходит.
Прозвучало грубо, с учетом того, что уж этого я сделать точно не смогла бы, но я откинулась на спинку и стала наблюдать за остальными участниками развернувшегося фарса.
– Кристина – моя гостья, и она останется здесь. Рядом со мной, – твердо отбрил отца Загорский и наклонился ко мне. – Попробуешь стейк рибай? Наш повар готовит его довольно неплохо.
– Давай начнем с легких закусок, – улыбнулась и ткнула на одну из тарелок пальцами.
Портить себе настроение была не намерена и решила воспользоваться имеющимся гостеприимством. Витя с Диной, которые узнали меня, молчали, и я последовала их примеру, игнорируя их так же, как они меня.
– Это уже не смешно! – ударил кулаком по столу отец Дины. – Я не позволю относиться к моей дочери так наплевательски и унижать ее на моих глазах!
– Ах да, прошу прощения, – сразу же отреагировал Загорский. Встал и прокашлялся, привлекая к себе всеобщее внимание. – Я разрываю помолвку.
– Н-но, – залепетала неожиданно Дина со слезами на глазах.
Никогда не видела ее такой трясущейся и неуверенной в себе. Она переводила взгляд с Дамира на отца и вся дрожала, словно вот-вот ее ударят. Глупости, не станет же ее папа поднимать руку на собственную дочь.
– Как это понимать, сын? Мы сто раз уже обсуждали это, и я был уверен, что ты принял правильное решение.
– Ты хочешь, чтобы твой ребенок рос без отца? – спросила его мама, поджав губы и всем видом показывая, как она недовольна его решением.
Манипуляцию было видно за версту. Уверена, будь плод Дины ответственностью Загорского, он бы поколебался и пошел на поводу у матери.
– Наш сын перегрел голову. Мы всё уладим и, конечно же, свадьба не отменяется, – сел на свое место Булат Загорский и кивнул семейству Ахметовых.
Я ожидала, что Дамир раскроет тайну беременности Дины, но он вдруг откинулся на спинку стула и медленно забарабанил пальцами по столу.
– Как Ермек, мама?
Застыла с поднесенной ко рту ложкой. Женщина побледнела после его вопроса и вцепилась в подлокотники стула.
– Замолчи, Дамир. Сейчас не время…
Даже Булат лишился на секунду самообладания.
– А мне кажется, как раз время. Это же двойные стандарты, разве нет? Мой братишка растет без отца, и вас не смущает это. Но если чужой ребенок будет удостоен такой же участи, это сразу стыд и позор. Как ты там сказал, отец? Дети Загорских безотцовщинами не будут?
Положила ложку на место и замерла, наблюдая за жестикуляцией Дамира. Он выглядел как никогда уязвимым, но в то же время сильным. Я будто наяву на себе ощущала его боль, которую он так тщательно пытался скрыть.
– Не знала, что у тебя есть брат, – прошептала, наклонившись к нему, когда остальные замолчали, не находя слов, чтобы что-то ответить ему.
– Единокровный. Как Витя тебе, – улыбнулся мне, как можно теплее, но из-за взвинченного состояния получалось у него плохо. – Мой отец – примерный семьянин. В кавычках, конечно же.
– Закрой свой рот! – рявкнул Булат.
– А мама слишком сильно боится лишиться теплого местечка и готова спустить ему с рук всё, что угодно. Даже многолетние измены. Удивительно, что он не ушел из семьи. Ах да, я забыл, Булату Загорскому важна лишь репутация. И если ради этого придется сделать несчастной всю свою семью, он это сделает, не раздумывая. Подведет сына под алтарь с нежеланной женой, будет держать в плену собственную жену.
– Ладно, вы разберитесь во внутрисемейных проблемах для начала, а потом мы поговорим, – хлопнул ладонями по столу Ахметов и стал поднимать свою жену и дочь.
Сглотнула, ощущая себя, как на пороховой бочке. Никто и не заметил оговорку Дамира про Витю и его родство со мной, так что пока мне предоставили передышку. Последний сидел на своем месте, насупившись и со скрещенными руками. На своего отца не смотрел, словно был обижен на него за что-то.
– Сядьте! – холодно бросил Ахметовым Дамир и потянулся к бокалу.
– Ты что себе позволяешь, щенок?! – не позволил так с собой обращаться мужчина.
– Нам нужно будет обсудить детали свадьбы, разве не для этого мы все собрались здесь?
 
Похолодела, не понимая направление мыслей своего же парня. Посмотрела на него и увидела лишь поджатые губы и выделяющиеся желваки на скулах. Он был зол и на пределе сил.
– Вот это правильно, – хохотнул Ахметов, за секунду забыв обо всем остальном, и после его кивка Дина села обратно. – Я было поверил, что ты хочешь бросить мою дочь, но учти, такие шутки в нашей семье не приветствуются.
– А я не шутил. Но не переживайте, обесчещенной ваша дочь вряд ли станет. Свадьба будет, но не со мной.
Воцарилось молчание. Даже я затаила дыхание, ожидая, наконец, услышать правду. Повернула голову вправо, замечая, что Дина сама не своя. Побледневшая и будто готовая упасть в обморок. Не такая уж она сильная, какой хотела казаться.
Наши взгляды встретились, и внутри ее зрачков я увидела слабую маленькую девочку, которая, как огня, боялась собственного отца. Зашуганная, беременная непонятно от кого и потерянная.
– А ты чего молчишь, ничего не хочешь добавить? – вместо пояснений Дамир обратился к Вите.
Тот медленно обвел всех взглядом, но промолчал, продолжая пить бокал за бокалом.
– Я выполнил свою часть сделки, Дина, держи, – Загорский повернулся к невесте и кинул ей флешку. – Опущу подробности, но отец твоего ребенка – Виктор. Не я.
Его слова разрезали пространство подобно бомбе. Тишина, которая стояла за столом, была оглушительной. Я сидела с открытым ртом и переводила взгляд с Дины на Витю и обратно. Получается, ухаживая за мной, Ланковский спал с моей тогда еще лучшей подругой.
На меня вдруг накатила истерика. Я запрокинула голову и рассмеялась. Никак не могла остановиться, продолжая заливисто хохотать, да так, что на глазах от смеха выступили слезы. Этот день не мог закончиться хуже.
– А что вы все так на меня смотрите? – поднялся со своего места Витя. Распростер руки и ухмыльнулся нагло. – Я готов под алтарь хоть сейчас. Или я для тебя не так хорош?
Не знаю, что последовало спусковым крючком, но с этого момента все отмерли и загалдели. Баталии продолжались, пока Дина не всхлипнула, привлекая к себе внимание.
– Потаскуха! – рыкнул Ахметов-старший и залепил ей пощечину. – Вставайте! Мы уходим!
– Ну куда же вы? А свадьба? – хохотнул Загорский, выглядя донельзя довольным.
Семейство бывшей подруги ретировалось так быстро, что я не успела даже моргнуть.
– Кхм, – кашлянул в кулак Дмитрий. – Неожиданный поворот.
– Доволен? – рыкнул Булат на сына.
– А я что? Правда-матка, она такая, жалящая.
– Довольно! Убирайся!
– Так быстро прогоняешь? Я думал, мы обсудим аварию. Мне лично есть, что сказать. Жаль, Дина ушла, ей было бы интересно это послушать.
– Хватит! Мы уже не раз обсуждали эту… Ситуацию… – запнулся Загорский-старший, когда я подняла на него глаза.
– Пусть он говорит, Булат. Я хочу послушать, – твердый голос Дмитрия поставил на обсуждении точку.
В этот момент прозвучал хлопок входной двери. В гостиной появился Ахметов.
– Жена сумку забыла, – буркнул, стягивая искомое со спинки стула, но уйти ему было не суждено.
– Думаю, вам всем стоит вернуться. Есть новости, касающиеся вашей дочери.
– С нас достаточно новостей, Дамир, – мужчина развернулся и, чеканя шаг, направился к выходу.
– Готовы уйти ценой свободы вашей дочери? Она, как никак, преступница, и место ей в тюрьме.
Ахметов остановился, но рычать не стал. Спустя пять минут за столом оказалось всё его семейство. Дамир медлить не стал и врубил на большом экране нарезку из видеоматериала, где отчетливо видно всё, что предшествовало аварии. Аудиозапись разговора с Олесей стала итоговой точкой.
– И? Это ни о чем не говорит нам. Любой адвокат разнесет слова этой малолетки в пух и прах. Тут нечего обсуждать!
Мужчина был прав, вот только беременность сделала Дину чересчур чувствительной, и она расплакалась, всхлипывая и некрасиво сморкаясь в салфетку.