Праздник под угрозой (СИ)

У большинства курсантов на лицах играли улыбки — мы выдержали первый экзамен. И не просто выдержали — ни одной «тройки»! Хороший задел.
— Ну что, как у вас прошло? — услышал я звонкий голос Лены Салтыковой. Она стояла неподалёку с группой курсантов из второй группы. Рядом с ней был Слава Одоевский, их командир.
— Какие вопросы? Насколько строгие были Трубецкая и Шереметева? — Ребята из второй группы обступили нас, заваливая вопросами.
Феликс Юсупов, который вышел из аудитории последним, тут же ухмыльнулся и, оперевшись на стену, заявил:
— Ох, они строгие, настоящие инквизиторы! Особенно Трубецкая. Она на меня так посмотрела, когда я ответил про взаимодействие стихий, что мне захотелось стать невидимым.
Лена фыркнула:
— Да ладно тебе, Феликс. Не пугай нас. Хотели бы завалить — завалили бы.
— Так меня почти и завалили! — воскликнул он. — Второй вопрос меня чуть не добил. Забыл упомянуть о связке «земля-воздух» в контексте пятиэлементных заклинаний, и она мне указала на это с таким холодом в голосе, что у меня внутри всё замёрзло.
— И что, оценка?
Феликс ухмыльнулся и поднял руку, показывая четыре пальца:
— Четвёрка. Но, если честно, я её выцарапал с боем.
— Да уж, это тебе не светские беседы вести, — заметил Андрей Романов, стоявший рядом со мной.
Феликс картинно приложил руку к сердцу:
— Ой, Андрей Федорович, опять сыпете соль на рану…
Мы все рассмеялись. Настроение быстро улучшалось. Настя Гагарина, которая, конечно же, получила «отлично», тоже не осталась в стороне. Она выпрямилась, глядя на Лену и Славу:
— Если вы хотите знать, как пройти этот экзамен, главное — быть уверенными в своих знаниях. Не бойтесь делать выводы, даже если они кажутся спорными. Главное — обосновать их. И еще — некоторые задачи предполагают несколько решений, вам нужно описать все.
— Настя, мы-то знали, что ты получишь «пятёрку», — сказал Слава. — Ты вообще когда-нибудь ошибаешься?
Настя улыбнулась:
— Конечно, ошибаюсь. Но не на экзаменах.
Опять послышался смех. Я с удовольствием смотрел на ребят: напряжение спало. Даже Уваров, который стоял чуть в стороне, выглядел спокойнее. Я подошёл к нему и похлопал по плечу:
— Лёня, всё в порядке? Ты молодец.
Он кивнул, но в глазах ещё виднелся след пережитого волнения.
— Спасибо, Алексей, — сказал он. — Если бы не ты, я бы точно завалился и опять подвел всю группу. Мне просто в голову не пришло, что нужно говорить все варианты…
— Ты сам справился, — возразил я. — Я просто напомнил. Но впредь будь собраннее. Впереди ещё много экзаменов. Кстати, магическая практика будет сложнее. Так что расслабляться не стоит.
Уваров глубоко вздохнул и улыбнулся:
— Понял. Ты прав. Буду готовиться.
К нашему разговору присоединилась Тамара Зубова. Она энергично хлопнула Уварова по спине и весело сказала:
— Лёня, ты только не переживай. Главное — на практике не растеряться. Если нужно будет, мы тебе поможем. Я, например, всегда готова прикрыть.
— Спасибо, — смущённо ответил он.
Ребята ещё долго обсуждали вопросы экзамена, делились впечатлениями и шутками. Лена и Слава из второй группы слушали нас с вниманием, пытаясь запомнить как можно больше. Настроение было почти праздничным — первый экзамен остался позади, а вместе с ним и часть напряжения, которое сопровождало нас всю подготовку.
Одоевский вдруг выпрямился и добавил:
— А знаете, завтра наша группа первой сдаёт артефактологию. Как только всё узнаем, передадим вам информацию, чтобы вы знали, чего ожидать.
— Было бы здорово, Слав, — ответил я, оценивая его готовность помочь. — Но главное — сами не завалитесь. Там, судя по перечню вопросов для подготовки, тоже будет жестко.
— Справимся, — уверенно сказал он. — Не зря же из раза в раз берем первое место в общем зачете.
— И хоть бы раз потратили эту привилегию на что-то стоящее, — проворчал Юсупов.
* * *
Вечер уже окутывал главный корпус густыми тенями. Дни, экзамены, последние попытки подготовиться сменяли друг друга, и время совсем не ощущалось. Все мы словно застряли в бесконечном цикле испытаний.
  
— Ну, посмотрим, чем Ланской сегодня нас обрадует…
Мы с Андреем и Феликсом остановились в холле у большой доски с таблицей общего зачёта результатов экзаменов. Майор Ланской только что обновил средний балл, и теперь там красовались свежие цифры за сегодняшний день. Золотистый свет ламп отражался от лакированной поверхности доски, и цифры, выведенные строгим почерком, притягивали взгляды всех проходящих мимо курсантов.
— Похоже, у нас всё ещё плотная борьба с двойкой, — заметил Андрей, скрестив руки на груди и прищурившись, будто пытался уловить скрытые закономерности в цифрах. — Интересно, удастся ли нам в этот раз обойти их?
— Значит, на этот раз вы и правда поставили себе цель нас обскакать? — раздался весёлый голос у нас за спиной.
Лена Салтыкова, с неизменной искоркой задора в глазах, подошла к нам. Андрей тут же напрягся, хотя старался этого не показывать.
— Вам, первой группе, нужно сдать оставшиеся экзамены только на отлично. Лишь тогда вы перевесите нас в среднем балле…
— Ты сомневаешься в нас, Лена? — спросил Андрей, в его голосе прозвучала игривая нотка.
— Нисколько, — ответила она, подняв бровь. — Я просто не сомневаюсь в своей группе. Мы сдадим великолепно.
— Великолепно? — подхватил Феликс, поворачиваясь к Лене с широкой улыбкой. — Это звучит слишком уверенно. Теорию — да. Вы те еще зубрилы. Но оставшийся экзамен — магическая практика, причем по работе с аномалиями. А в этом наше «единичка» лучшая.
Салтыкова засмеялась, склонив голову:
— Феликс, не думал ли ты, что у вас старые данные? Мы так-то тоже времени даром не теряли…
Феликс картинно приложил руку к груди:
— Что, уже успели закрыть с пяток настоящих аномалий?
— Нет, но отработали все, что только было можно.
— Значит, реального опыта у вас все еще нет, — улыбнулся Андрей.
— Реального опыта почти ни у кого нет, — огрызнулась Салтыкова. Феликс напомнил ей о главном, и вот здесь они с одногруппниками и правда мало чем могли похвастать. Наша группа была посильнее в том, что касалось аномалий. И Салтыкову это бесило.
— Значит, скоро проверим, чего стоят и теория, и практика, — улыбнулся Феликс. — Это будет славная битва.
— Поборемся, — согласилась Лена, склонившись в шутливом реверансе. — Только не забудьте прихватить аптечку.
Словесная дуэль закончилась, и разговор плавно перетёк в обсуждение предстоящих экзаменов. Время было уже позднее, и я напомнил всем, что скоро пора расходиться по казармам.
Но прежде чем успел закончить, я почувствовал резкий всплеск энергии Искажения. Оно ударило в сознание, как холодный порыв ветра, и заставило меня остановиться на полуслове. Я инстинктивно напрягся, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом, а в груди привычно скрутился маленький ледяной вихрь.
Ребята замерли.
— Вы тоже это чувствуете? — спросил Феликс, его голос стал тише. Он выглядел настороженно, и глаза его блеснули холодным светом.
Андрей кивнул:
— Это случаем не Уваров?
Я покачал головой:
— Нет. Уваров в мужской кордегардии. Дежурит. Фон идёт откуда-то из главного корпуса.
Мы переглянулись, а затем я мысленно подозвал Чуфту.
Чайка приземлилась на подоконник и уставилась на меня. Её глаза ярко светились в полумраке.
«Выясни, откуда фонит», — приказал я.
Чуфта не заставила себя ждать — развернулась, взмахнула крыльями и скрылась в ночи.
— Нужно сообщить дежурному, — сказал Андрей, уже направляясь к ближайшему посту. Мы с Феликсом последовали за ним.
Дежурный офицер, мужчина средних лет с усталым лицом, сразу понял, что дело серьёзное, увидев наши напряжённые выражения.
— Все трое почувствовали? — спросил он, нахмурившись.
— Четверо, — сказала Салтыкова.