Следующая станция – Луна (СИ)

— Но мы ведь не сдадимся? Нет, ни за что! — Веклер переводит взгляд с одного на другого и обратно.
— Полистайте дальше, Майк, — мягко советует шеф. — Мы вычислили точные координаты их базы. Двух посадок, самого лунного модуля и корабля-доставщика для этого достаточно. Наш лунный орбитер их не видит, но кое-какую телеметрию мы подглядели.
Веклер кивает и внимательно смотрит на лунную карту с отмеченным крестиком.
  
— Подвести орбитер ближе не можем?
— К сожалению, нет, Майки, — хозяин кабинета вздыхает в который раз. — Ресурс давно выработан. И есть ещё одно обстоятельство.
Брендон одним взглядом отдаёт тему Ремплингу, тот поджимает губы:
— Этот хренов мальчишка позволил себе высказать сомнения по поводу «Аполлонов»! — он буквально выплёвывает слова.
— На самом деле ещё хуже, — мягко и мрачно поправляет Брендон. — Он прямо сказал, что его орбитеры не обнаружили никаких следов. Он, конечно, сразу сдал назад, но…
— Но сделал это настолько издевательским тоном, что последнему дураку всё станет ясно! — рычит Ремплинг.
Глаза сужаются. Эти новости прошли мимо. Он слишком занят, чтобы отвлекаться, а американские СМИ внимания на этом не заостряли. «Би-Би-Си»-то он смотрит. Хоть и не каждый день.
Разум заполняет чувство, которое можно кратко охарактеризовать, как «сейчас или никогда». В жизни надо уметь иногда рисковать и прыгать. Есть вероятность разбиться, но если получится, то обживается следующая ступенька бесконечно высокой лестницы наверх.
— Джеймс, Алоиз… полагаю, между собой мы можем не играть словами и не пускать пыль в глаза, — долгая жизнь в России обогатила лексикон цветистыми оборотами. — Мы ведь реально не высаживались на Луне.
Прыжок сделан! Веклер незаметно выдыхает, делая равнодушный вид. Собеседники переглядываются, заметно напрягшись.
— Вряд ли вы, Джеймс, не принадлежите кругу достаточно информированных…
— Ты точно не принадлежишь! — на Веклере фокусируются сузившиеся глаза Ремплинга.
— Алоиз! — в голосе Брендона лёгкое предостережение, которое приносит огромное чувство облегчения.
Кажется, прыжок не завершится катастрофическим падением.
— Не принадлежу, Алоиз, — дружелюбия Веклер подпускает побольше. — Но голова у меня растёт в нужном месте. Сложить два и два я вполне способен.
Ремплинг продолжает сверлить взглядом, но за внешней агрессией чувствуется что-то другое. Это всего лишь оболочка, будем надеяться.
— Нам надо думать, что делать дальше. Маску в своё время нужно было поручить доставить посадочные модули «Аполлонов» на места высадки, но если нет… — Веклер разводит руками. — Остаётся только одно.
Вот теперь агрессия окончательно уходит, на её месте — напряжённое ожидание.
— Надеяться на волю провидения…
Ремплинг морщится, но вмешаться не успевает.
— Космос — это опасное место, — можно позволить себе налёт легкомыслия в сочетании с Эзоповым языком. — Та же Луна буквально изрыта кратерами от падения метеоритов. Иногда огромных. Крайне маловероятно падение метеорита точно в определённую точку…
Брендон мгновенно улавливает тему, глаза начинают поблёскивать. Ремплинг более туг, но тоже начинает понимать.
— Но редкость события не означает невероятности, — Веклер разводит руками. — Трагедии иногда случаются. Дорога в космос сложна, и бывает, что приходится платить жизнями…
Он окончательно понимает, что встал на следующую ступеньку, когда повеселевший Алоиз крепко жмёт руку на прощание.
7 июля, четверг, время 09:45.
Москва, Кремль, Сенатский дворец, канцелярия Президента.
Опять меня отвлекают, и опять приходится мысленно решать в уме сложные задачи. Тупое умножение чисел — вчерашний день. Обдумываю возможности развития лунной базы и не могу охватить возможные перспективы. Слишком много неизвестных. Абсолютно ясны несколько обстоятельств:
1. Надо забрасывать на Луну группу геологов.
2. Следующей партией — биологов… хотя нет, им нужна инфраструктура. Лунные теплицы, фермы, а в ту сторону мы пока не ходили. На «Оби» они только начинают раскручиваться.
3. Строительство коммуникаций. Первым делом от базы к другим опорным точкам. Не дело это, когда космонавты могут прятаться лишь в одном месте. Не космический подход, всё должно дублироваться. Базы-сателлиты лучше строить рядом с богатыми месторождениями.
4. Коммуникации в виде тоннелей. Трение минимальное, а то и близкое к нулю, если на магнитном подвесе. Опять же, скорость и низкое энергопотребление. Отработка технологии строительства тоннелей перед возведением стартовой трубы для запусков в космос.
Примечание.
Когда труба, подобная нашей на Байконуре, заработает на Луне, то коэффициент полезной нагрузки при старте с Луны можно довести если не до ста процентов, то до девяноста точно. Большие корабли всё равно не запустишь, но схема уже отработана. На лунной орбите ставим второй космический док и большие корабли собираем там. С использованием лунного сырья.
5. Нужен человеческий лунный челнок. «Челнок-1», что мы послали на Луну, изделие сырое, нуждается в серьёзной доработке…
— Здравствуйте, Виктор Александрович, — меня встречают у входа в здание. — Проходите.
Молодой мужчина приглашает за собой, выверенным и точным движением распахивает передо мной дверь.
Через пять минут вхожу в знакомое помещение и ещё через три встаю при виде явившихся. Президент и вице-премьер по космосу. Здороваемся. Сначала требуют новостей из первых рук.
— Вы уже сами знаете. Первая доставка на лунную базу проведена успешно. Пару десятков тонн груза подбросили, — постоянно вру в сторону преуменьшения. — Что ещё? Парни начали плавить металл из лунного реголита. Выбирают места, где оксида железа побольше…
— Как они их находят? — Чернышов проявляет здоровое любопытство.
— По цвету. Оксид железа чёрного цвета, и там, где его больше, грунт более тёмный. Всё как обычно, навыки приходят с опытом. Среди груза ещё было оборудование для оснащения сепаратора. Им сейчас начинают обогащать реголит до пятидесяти процентов. Уже можно после восстановления водородом в печь закидывать как есть.
Президент одобрительно кивает.
— Меня тут ГЕОХИ трясёт, — усмехается Чернышов. — Когда уже вы им лунный грунт предоставите?
(ГЕОХИ, Институт геохимии и аналитической химии имени В. И. Вернадского Российской академии наук – научный институт в Москве, который специализируется на изучении геохимии, биогеохимии, качественного и количественного состава земного и внеземного вещества. Справка из интернета).
— Сколько предлагают? — интересуюсь невозмутимо.
— Что? — собеседники переглядываются.
— Доставка с Луны — дело весьма недешёвое, — поясняю с прежней невозмутимостью.
— Испортили вас рыночные отношения, — президент слегка хмурится.
— Не я же их ввёл…
— Считайте это формой налогов, которых вы почти не платите, — нажимает президент.
С одной стороны, одобряю. Хозяйский подход, бережёт бюджетные деньги. С другой… а с другой — сам заикнулся. Он упомянул налоги, так я тему разовью:
— Освободите нас от социальных налогов, тогда вопрос решён. С полцентнера грунта ГЕОХИ передадим бесплатно.
Чернышов слегка улыбается, а взгляд президента тяжелеет.
— А что? Мы на свои деньги медцентр почти построили. Зарплату врачам тоже сами будем платить, лечение работников в других местах тоже оплатим…
— Пенсию тоже будете платить? — усмешка высшего лица становится сардонической.
— А что в этом трудного?
— Если не обанкротитесь, — тонко улыбается Чернышов.
  
— Начну работать бесплатно — обязательно обанкрочусь, — парирую мгновенно, искин-то на полную функционирует.
— Ладно, — машет рукой президент, — снизим отчисления в ПФР вдвое, медстрахование оставим только федеральное.
С паршивой овцы, как говорится.
— Договорились.
— Мы, собственно, не для этого тебя пригласили, — выходит на основную тему президент. — Министерству обороны нужны спутники на геостационарной орбите. Хотя бы с полдесятка. Ещё надо обновить основную группировку. Это ещё с десяток аппаратов. Возьмёшься?