Я твой демон

– Документы будут через полчаса. А пока попробуй это пирожное. Оно очень вкусное.
Я посмотрела на красивый кусочек торта с листочками мяты на нём. Давно уже попробовала, если бы не дрожали пальцы. Показывать волнение мужчине не хотелось.
– Я не голодна.
– Хорошо. В следующий раз я закажу другое пирожное.
– Не стоит. Меня не надо водить… по таким местам.
Я обвела рукой всё перед собой. Заведение элитное. Мы с Мартой только в фантазиях мечтали сюда попасть, но очередь была на месяцы вперёд, да и ценники тут конские. Но этот вид. Комната почти вся утопала в зелени, небольшой фонтанчик по центру. Каждый столик будто в беседке и огорожен ото всех остальных. Такой природный приват.
  
Винсенту не понравился мой ответ.
– Я буду делать то, что я хочу и водить тебя туда, куда захочу.
– Это не входит в условия договора.
– Будет бонусом.
– Как премия?
– Если заслужишь.
Снова хищный взгляд и усмешка, не предвещающая ничего хорошего. Наш разговор был двусмысленным или мне казалось?
Рискну всё же.
– Я не собираюсь с тобой спать. Это тоже не указано в договоре. У меня будет отдельная комната.
Долгий и тяжкий вздох. Но лицо Винсента осталось непроницаемым. Он ничего не ответил, просто закатал рукава, обнажая сильные предплечья с прожилками вен.
– Мы с тобой ещё сходим в одно место в выходные. Будь готова и освободи их.
Мужчина небрежно откинулся с чашечкой кофе. Но всё же взгляд не отрывал. А после поставил её и продолжил:
– Это будет не очень приятное для тебя мероприятие. Ты должна выглядеть шикарно. Я дам карточку, сходи и купи вечернее платье. В том месте не самые хорошие люди, но ты… закроешь уши и глаза. Это образно. Просто не обращай внимания на всё, что там будет происходить.
– Ты меня пугаешь.
Вот как начинать брак с такого? Да какой брак? Фиктивные отношения. Наверное, очередной светский раут с кучей зазнавшихся особ. Мне-то что? Куплю самое яркое платье, раз уж на то пошло.
– Тебе не стоит переживать. Ни одной секунды не стоит. Мы пробудем там полчаса, а потом уйдём.
– Хорошо, – пожала я плечами.
Волнение отступало мелкими шажками. Я чувствовала себя спокойней, когда мы разговаривали.
– Я не очень-то хочу выходить замуж. Ты должен понимать, что это ради денег. Мне таких за всю жизнь не заработать. – Я всё же начала ковырять торт. – Глупо с моей стороны отказываться. Ведь так?
Отправив ложку в рот, я посмотрела на Винсента. Он хмурился. Ему не нравились мои слова. Но он сам начал со всяких контрактов, не с ухаживаний, не с внимания. И если у него на меня какие-то другие планы, пусть засунет их себе…
Мои глаза закатились от удовольствия.
– Это божественно, – пролепетала я, проглатывая воздушный кусочек.
Он просто таял во рту, переливаясь удивительной палитрой сладости: от ореховой до кремовой.
И только разлепив веки, я поняла, что снова сделала глупость. Кадык Винсента дёрнулся, а его пальцы медленно ослабляли галстук.
– Не делай так больше, – хрипло сказал он.
Взгляд мужчины сулил мне огромные проблемы, если я не подчинюсь. Наверное, я сейчас выглядела, как поранившийся человек, вокруг которого плавала акула. Мне стоило бы вести себя скромнее. Но почему? Ведь мы же не собирались спать.
Я так себя убеждала, а внутри желала, чтобы он раскрыл мои ножки и впился в мой истекающий бутончик. Поэтому я сделала то, что никогда не позволяла: решила подразнить и медленно лизнула ложку.
До сегодняшнего дня не ходила по краю, и это, оказывается, дико возбуждает. Но сейчас я знала свою силу. Он не посмеет даже дёрнуться в мою сторону, пока на договоре нет моей подписи.
– Жасмин! – В голосе Винсента послышалась угроза.
– Вкусное пирожное. Ты был прав.
Я снова окунула ложку в мягкие слои. Но теперь я не стала есть целиком, а слизывала их губами, оставляя на последних нежное безе.
– Ты сама расставила границы, а сейчас дразнишь? – Он говорил тихо, но я слышала, как сбивается его дыхание.
Глаза уже не просто жгли во мне дыру, они меня распыляли на крохотные горящие частички.
– Я ничего не делаю, всего лишь ем пирожное, – невинно улыбнулась я, слегка водя кончиком языка по кромке ложки.
Видеть, как он нервничает – доставляло удовольствие. Будто теперь мы поменялись местами. Откуда во мне взялось это беспутство? Азарт кружил голову.
«Ты поплатишься за это!» – говорили его глаза.
А я, не стесняясь, продолжала свою игру. Мне кажется, ещё бы несколько минут и Винсент распял бы меня на этом столе, размазывая по телу пирожное и слизывая своим языком, но тут нас прервал подошедший мужчина. Он передал документы, на которых Дюваль поставил размашистую подпись и протянул мне.
Я медленно просмотрела все страницы, в момент передачи ручки, наши пальцы столкнулись и по телу будто прошёл разряд.
Снова сжатые бёдра, нервозность и чувство, что меня бросают из холода в жар. На две секунды я замерла над графой росписи, а потом медленно вывела её.
Почти не дожидаясь, пока я поставлю последнюю закорючку, Винсент выхватил документы и передал мужчине. Тот, спрятав их в папочку, быстро исчез. Дюваль же резко поднялся и вытянул руку.
– Нам пора.
И действительно. Это ещё не конец. Шикарной свадьбы не будет, и мы едем окончательно узаконить отношения. На три месяца. Всего лишь на три. После всего я стану свободной женщиной с большими деньгами и смогу себе позволить всё что угодно. Даже купить маленький отель на побережье.
Я вложила свою ладонь в его горячую руку. Но что будет… если я влюблюсь?
Додумать не успела. Винсент потянул на себя, заставляя встать, а после, приобняв, повёл на выход.
О, моё сердечко. Только не растай раньше времени. Это всё неправда. Это не по-настоящему.
 
Глава 8
 
Винсент
Я в ней не ошибся. Порочная, сладкая, недоступная и страстная одновременно. Она мне подходила. Подходила моему характеру, всегда ищущему новое, неизведанное. Жасмин не первая девственница в моей постели, но было в ней что-то бесовское и притягательное. Об этой тайне знали только мы вдвоём.
Нас расписали быстро. Сейчас девушка ставила подпись уверенно. И мне это до чёртиков нравилось. Её внезапная смелость только показывала многогранность, которая пряталась внутри. И я хотел изучить все эти грани.
За столом плутовка играла, и нет, её флирт не похож на кокетство других женщин. Он более тонкий, возбуждающий, не вульгарный. По-своему наивный и в то же время грешный. Невинные девы себя так не ведут, а она позволяла маленькому язычку будить яркие фантазии. Там любовь смешивалась со страстью, чистое с грязным, великое с низменным. Мне стоило бы заранее рассказать о своих планах: что я собирался сделать с ней и в каких позах, но думаю, она и сама всё понимала, иначе не дразнила бы, не заводила так, что воздух электризовался и меня било желанием. Почти необузданным. Зверь внутри метался в клетке и тянул грязные лапы к светлой коже. Он уже сминал её, оставлял красные следы от шлепков и рычал от нескончаемого удовольствия.
Я настолько погрузился в свои ощущения, что забыл обо всём остальном: об Эмиле, отце и делах компании.
Но сразу же после того, как мы с Жасмин расстались, всё это напомнило о себе. Два пропущенных от отца, несколько с работы и одно сообщение от Ферре, в котором он трещал о нашей сделке. Мудак. Теперь я был точно уверен в его участи, но для него это пока весёлая игра. Развлечение, которое будет стоить нам дружбы.
А отец… Ему, скорее всего, уже успели донести. И разговаривать раньше времени с ним не хотелось. Поэтому я просто проигнорировал его звонки и работал оставшийся день в офисе. Меня грела мысль, что сегодня Жасмин будет уже в моём доме. Я не дал ей много времени на сборы. Терпение – не моя сильная сторона. Поэтому я прислал к ней помощников, чтобы всё ускорить.
  
Тренькнуло напоминание о встрече с психологом. Поздно. Я уже слишком глубоко увяз. Меня не вылечить, да я и не особо хотел выздоравливать. А ещё в неотвеченных числились звонки от Лиззи – бывшей невесты и от несостоявшегося тестя, что только подтвердило мои догадки: все уже в курсе. Их я тоже оставил без внимания. Пусть катятся в ад.