Я твой демон

Но пора сделать ход. Мой черёд.
Я включил передачу и рванул по мокрой улице.
Зазвонил телефон, и я перевёл его на динамики. Это Эмиль.
– Слушай… Я чего-то не вкурил. А что это за тема с девственной шлюшкой?
– Не твоё собачье дело. Ты же развлекаешься, вот и занимайся этим. Я же не спрашиваю, кто тебе сейчас сосёт?
– Откуда знаешь?
На заднем плане у Ферре играла громкая музыка и стоял невероятный гул.
  
– Ты пыхтишь, и к тому же ты любишь это делать в людных местах. Ставлю, что зашёл за машину и даже не удосужился открыть дверь.
– Видишь меня насквозь, – томно выдохнул Эмиль. – Я тебя не осуждаю… Ох. Да, детка. Вот так. Боги… никогда не перестанет нравиться горловой минет. Так о чём я? Ах да. Тоже бы присунул Жасмин.
Его речь прерывалась вздохами и пыхтением.
– Тебе кончить – две минуты. Перезвони, когда от тебя отсосутся.
Я сбросил звонок и сжал руль. Меня раздражало, что Эмиль заинтересовался моей девочкой. В целом я давно не понимал смысла нашей дружбы. В ней не было ничего, кроме совместных бухаловок и диких игр. Они мне уже неинтересны. Ферре будто застрял в прошлом, а я двигался дальше. Мне даже было мерзко вспоминать все наши развлечения. Из них – стихийные оргии, когда мы жарим одну девчонку – это самое невинное. И всё от скуки, от того, что никакие эмоции уже не могут наполнить дырявую золотую бочку. Я именно так себя чувствовал: в меня пихали адреналиновые и развратные развлечения, а я устал. И сейчас хотел только одного: Жасмин.
Подъехав к дому, я нажал кнопку и открылись ворота. Машину припарковал во дворе. В доме сразу же включилось освещение, заиграла музыка и зажёгся камин. Скидывая с себя одежду, прошёл в ванную, там сразу полился тропический холодный душ и я долго под ним стоял. Возбуждение ещё играло внутри назойливыми пузырьками.
С Жасмин мне нужна ванна со льдом, лишь тогда я остыну. Да и то не факт.
Но очистить мозг всё же необходимо. Я должен подумать, что делать, в случае, если отец отберёт всё. Он может.
И на этот счёт я уже перестраховался. Отец когда-то решил разделить наши акции. Он мне доверял и хотел постепенно уходить от дел, поэтому класс А у меня, если быть точнее, у независимого траста. Усиленные голоса – это руль. У отца же акции класса В: он получает высокие дивиденды, но почти не имеет голоса. Без моей подписи нельзя менять устав и выпускать новые голосующие акции или продавать ключевые отели. Но и это ещё не всё. «Золотая акция» у фонда с правом вето на попытки перевернуть обратно. Всё просто и конверсия односторонняя: А можно превратить в В, но вот В в А – только по моему слову. И никаких скрытых скупок голосов. Договор это режет.
Отец щедро подарил мне доверие. Своими побоями и угрозами думал сделать шёлкового мальчика, отличную марионетку. Но вместо этого у меня выросли зубки и когти. Ещё в институте я понял, что надо учиться, чтобы одолеть монстра. И пока все мои «друзья» развлекались, я успевал вникать в сложные термины и управление. Я знал, что отец свяжет меня по рукам и ногам и дальше будет только хуже, но он совершил огромную ошибку: сделал меня умным и хитрым.
В моём сейфе даже кое-что копится. Это не бабки, хотя они тоже. Документы. Все левые сделки папочки. Ещё немного и я смогу потопить этот корабль, прорубив одну точную брешь. И да. Это значит, что и мне спастись будет сложно, но у меня хорошие адвокаты, и я уже надул себе шлюпки.
Я вышел из душа и вытерся. Осмотрев дом, подумал, что надо вызвать клининг. К моменту переезда Жасмин здесь всё должно блестеть. А ещё поставлю камер и найму охрану, чтобы ни одна тварь не смогла проникнуть в дом без моего разрешения. Даже отец.
Снова звонок от Эмиля. Вот же неугомонная ракалия.
– Чего тебе? – рявкнул я в трубку.
– Сыграем?
– Я не буду на неё играть.
Ферре любил играть в карты на девчонок. Но сейчас не тот случай.
– Тогда я буду к ней клеить ласты и когда её язычок окажется на…
– По рукам! – рявкнул я. – Только если выигрываю я, ты даже не вздохнёшь в её сторону. Усёк?
– У-у-у… какой ты гро-о-озный. А у девчонки-то явно шикарные навыки.
– Заткнись!
Мне стоило вычеркнуть его из своей записной книжки и забыть. Вот только это ещё больше разогреет интерес. Единственное, что сможет остановить этого ублюдка – карточный долг. С ним он наденет железные трусы и будет вздыхать в кулачок. В себе же я не сомневался. Вот только… как это потом объяснить Жасмин? Ведь по нашим правилам девушка должна присутствовать на игре.
Чёрт! Я потёр переносицу и попытался успокоиться. После всего этого набью морду Эмилю и вырву страницу с ним.
Этот гондон продолжал о чём-то бессвязно болтать:
– …увидимся на выходных.
Значит, это после свадьбы. Отлично. У меня ещё два дня успокоить мою бестию. Хотя я не знал, как она себя поведёт. Мне будет интересно увидеть её в гневе.
 
Глава 7
 
Жасмин
Жарко. Как жарко, даже невозможно дышать. Мы сидели на веранде дорогого ресторана и меня прожигали хвойные глаза Винсента. Они сразу же раздели и теперь ласкали кожу. Между нами стол, но я всё равно чувствовала его везде. Обмахивалась ладошкой и сдувала непослушную прядку, пытаясь хоть как-то охладиться. И когда принесли колу в стеклянной бутылочке, я просто выхватила её у официанта и прижала к шее. Но оказалось только хуже. Взгляд Винсента потяжелел, и теперь он почти трахал меня где-то у себя в голове.
– Так что… – шумно выдохнула я, погружаясь целиком в контракт.
Хоть куда, лишь бы не видеть на себе этого волнующего взора, от которого пульс сбивался, а внутри появлялась сладкая слабость.
Нам бы поговорить вообще об этой ситуации, но сердце выдавало волнение. Голос дрожал, как и пальцы, поэтому я сжала дорогую ручку и пригвоздила руки к столу.
– Подписывай.
Почти приказ. Надо что-то сказать, надо быть смелой, надо поднять глаза и ответить «нет», как я и решила, но его голос проходился вибрацией по моему телу и отдавался тянущей болью между ног.
– Мне хотелось бы узнать…
Нет. Всё же надо выпить стакан холодной воды. Что я и сделала. Залпом, до дна.
– Почему я? – наконец выдавились слова из меня.
Он несколько секунд молчал.
– Просто потому, что это ты. Здесь ничего нет.
– Но мы же не знаем друг друга, не знакомы, у нас всего была одна ночь.
Боже, кажется, я сейчас сгорю. Мои глаза по-прежнему бездумно бегали по строчкам контракта.
– Подписывай, Жасмин.
– Ты не будешь отвечать?
Винсент глубоко вздохнул, будто это было ему в тягость.
– Я хочу только тебя. Разве не такие слова желают услышать все женщины мира?
– Но в чём я так отличилась?
Я всё-таки посмотрела на него. И тут же пожалела, потому что он придвинулся, облокотившись на столик, и теперь мы стали ближе. А во мне уже полыхал пожар.
– Разве это не мои чувства к тебе? Ты хочешь всего и сразу, жадная девочка.
– Я просто хочу понять…
– Не забивай себе голову. У тебя будет всё.
– И какая стоимость?
– М-м-м. Скажем так. Это мои разборки с отцом.
– А разменной монетой буду я?
– Тебя это не коснётся.
– А как же?..
– Никак. Подписывай.
– У меня… – Я сглотнула, увидев, что он тянет руку к моему лицу. Но Винсент только поправил прядку. Простой жест, но меня словно ошпарило, все мысли вылетели из головы.
– У тебя… – повторил он почти шёпотом.
– У меня тоже есть условия.
В его глазах сверкнули искорки любопытства, а один уголок губы пополз вверх.
Я быстро сунула ему свои заметки. Но он их не сразу взял, ещё несколько мгновений облизывал моё лицо заинтересованным взглядом. И только потом спокойно забрал листок и откинулся с ним.
  
Молчание, складка между бровей и барабанящие пальцы – всё это показывало некое раздражение. Но вот пальцы остановились.
Меня окунули в зелёный омут.
Он сфотографировал мои записи и что-то набрал на телефоне.